Шрифт:
Саламандры.
В один из предновогодних вечеров я пришла домой. Так как дома было холодно и неуютно, разожгла камин, сделала себе горячий чай и села в глубокое, уютное кресло. От камина шло тепло и, постепенно, я согрелась. Выпив чай, я стала смотреть на огонь.
В небольшой комнате горела только одна настольная лампа (я люблю приглушенный свет.) Полностью согревшись, я продолжала смотреть на огонь. Он меня успокаивал, завораживал.
Не знаю, сколько прошло времени, только я заметила, что огонь начал менять свою форму. Из обычного пламени начали вырисовываться человечки. Это были саламандры. Здесь были и мужчины и женщины. Все одинакового роста. У женщин длинные волосы. Одеты они были так: на женщинах узкие платья, с широкой юбкой, ниспадающий до пят; на мужчинах – широкие шаровары. Подумав, что это мне только кажется, я хотела отвезти взгляд от пламени, но это мне не удалось – огонь полностью завладел мной.
Окончательно сформировавшись, саламандры, начали танцевать. Движения маленьких человечков были плавными, неторопливыми. Закончив один танец, они тут же начинали следующий, и я, зачарованная как самими саламандрами, так и их танцами, не отрываясь, смотрела на пламя…
Я проснулась, когда на улице было уже совсем светло. Часы показывали десять. Камин погас, когда я спала и там была лишь зола. Зола, и только. Я посмотрела на настольную лампу. Она была выключена.
22.12.2011
Алчность.
– Народ города! На главной площади, у Храма, для вас содрано золото, серебро, бронза, драгоценные камни – словом все, что вы просили. Вы можете взять все, что вам нужно, только с одним-единственным условием…
Глашатай не успел дочитать до конца королевский указ, как народ, недослушав, устремился на площадь. Там, распихивая всех и схватив все, что попалось под руку, люди вернулись в свои дома. Городская площадь опустела.
Проснувшись на следующие утро, никто не обнаружил у себя дома вчерашних сокровищ. Вдоволь наругавшись и подравшись, кто у кого что украл, народ повалил к королевскому дворцу. На их требования к ним вышел король.
– Вчера вы так торопились, что не соизволили дослушать до конца мой указ. А он гласит: «Народ может взять с собой ровно столько, сколько поместится у него в одной ладони. Все, что сверх этой меры, бесследно пропадет».
Конец ознакомительного фрагмента.