Крылья
Шрифт:
Тамани вздохнул.
– Но я перегнул палку, и мы ничего не знали о ваших планах, пока не приехали грузчики. Я уже хотел идти на крайние меры: опоить грузчиков, забрать тебя домой, признать, что план провалился. Но… скажем так, меня не послушали. Вы с родителями сели в машину и просто… исчезли. – Тамани сдавленно рассмеялся. – Ну и взгрели же меня!
– Прости.
– Ничего. Ты вернулась. Теперь все хорошо.
Лорел настороженно посмотрела на Тамани.
– А вы, случаем, не поселитесь во дворе моего нового дома? Раз уж вам так нравится за мной наблюдать.
Он засмеялся.
– Нет! Нам и здесь хорошо, спасибо. Мы переволновались, когда ты зацвела и не знала, что делать. К счастью, все обошлось.
– Так я просто буду жить там, а вы – здесь?
– Пока да.
– И зачем было делать… привой? Ради эксперимента?
– Нет, вовсе нет! – Тамани громко, сердито выдохнул и быстро огляделся по сторонам. – Ты будешь помогать нам беречь эту землю. Она… очень важна для фей. Владеть ею должен тот, кто все понимает. Вот почему мы решили подселить тебя именно в эту семью. Когда у твоей мамы умерла мать, она очень расстроилась и почти сразу выставила участок на продажу. Ей было девятнадцать – видимо, ее тревожили воспоминания.
– Да, она рассказывала.
Тамани кивнул.
– Ей полегчало, когда она вышла замуж за твоего отца, но попыток продать землю она не оставила. Тогда Благой двор и решил подселить к ним ребенка. Все получилось как нельзя лучше. Привязавшись к тебе, мама прекратила продавать дом. Случайные покупатели иногда появлялись, но мы легко их выпроваживали. Теперь все просто… – Тамани откинулся на траву, подложив руки под голову. – Надо только дождаться, пока ты унаследуешь землю.
Лорел опустила глаза.
– А если я ее не унаследую? Если мы ее продадим?
– Не продадите, – уверенно сказал Тамани.
Она вскинула голову.
– Почему?
Он хитро улыбнулся.
– Нельзя продать дом, о существовании которого никто не помнит.
– Что?
– Мы способны стирать из людской памяти не только себя.
Лорел изумленно распахнула глаза.
– Это же вредительство! Вы заставляли людей забыть, что они видели дом!
– Пришлось.
– А оценщики?
– Уж поверь, твоя мама точно не устояла бы, если б узнала, сколько на самом деле стоит земля.
– Их вы тоже опоили?
– Лорел, это было необходимо. Поверь мне.
– Ну… у вас ничего не вышло, – тихо сказала Лорел.
Тамани насторожился.
– В каком смысле? – серьезно спросил он.
– Мама продает землю.
– Кому? Смотреть никто не приезжал. Мы бы его отвадили.
– Не знаю, какому-то человеку, с которым папа познакомился в Брукингсе.
Тамани подался вперед.
– Лорел, это очень важно. Не дай ей продать землю.
– А в чем дело?
– Хотя бы в том, что здесь живу я. Мне бы не хотелось лишиться дома. Но… – Он оглянулся и застонал. – Я не могу тебе все объяснить… Останови маму! Отговори ее продавать, пусть откажет этому человеку – во что бы то ни стало.
– Боюсь, не получится.
– Почему?
– Нам уже прислали предложение. Скоро родители подпишут все бумаги.
– О нет! – Тамани откинул волосы со лба. – Это скверно, оченьскверно. Шар меня убьет. – Он вздохнул. – Ты никак не можешь им помешать?
– Это ведь не моя собственность, – ответила Лорел. – Я не вправе ею распоряжаться.
– Хотя бы попробуй. Скажи им… что-нибудь! Мы тоже не будем сидеть без дела. Если бы ты знала, как важна для нас эта земля, ты бы не смогла спать, пока все не уладится.
– Почему?
Он тяжко вздохнул.
– Я не вправе… это запрещено.
– Запрещено? Я ведь тоже фея!
– Ты не понимаешь, Лорел. Я не могу выложить тебе все только потому, что ты одна из нас, – пока не могу. Даже дома молодым феям запрещено ходить в мир людей, пока они не докажут свою верность, и то не факт, что им разрешат. Ты просишь раскрыть тебе одну из величайших тайн нашего народа.
Помолчав, Лорел проронила:
– Я попробую что-нибудь предпринять.
– О большем я и не прошу.
Она натянуто улыбнулась.
– Родители подумают, что я чокнутая.
– Люблю чокнутых.
Лорел удивленно взглянула на Тамани и хлопнула его по плечу.
Он только расхохотался.
Почти в ту же секунду он посерьезнел и внимательно посмотрел на Лорел. Затем робко придвинулся и погладил ее голую руку.
– Я рад, что ты пришла… Я скучал.
– Кажется… я тоже скучала.
– Правда? – В его глазах засветилась такая непритворная надежда, что Лорел отвела взгляд и нервно хохотнула.
– Ну да, когда перестала считать тебя спятившим бродягой.
Они дружно рассмеялись. У Тамани был приятный, звенящий голос, от которого по спине Лорел побежала теплая дрожь. Она взглянула на часы.
– Мне… надо домой.
– Возвращайся скорее, – сказал Тамани. – Поболтаем еще.
Лорел улыбнулась.
– С удовольствием.
– Обещаешь поговорить с родителями?
Она кивнула.
– Сообщишь мне новости?
– Как только смогу. Не знаю когда.
– А родителям про все это расскажешь? – спросил Тамани.