Чтение онлайн

— Попытка склонить мужика к женитьбе, должна быть приравнена к попытке склонения к суициду и преследоваться, в уголовном порядке! — сделал Дед, своё заключение, видимо, вынашиваемое в течение всей жизни. — Бабам одним не спится, пока они не замужем, а потом всплывают все хронические болячки, в периодической последовательности и с завидной регулярностью; начиная с мигрени и заканчивая жидким стулом.

Открылась дверь, и появился странный тандем: усталый Крон и раненная в голову связистка. Во всяком случае, первое впечатление было именно таким. Её мотало из стороны в сторону, а взгляд отсутствовал напрочь, и если бы не поддержка попутчика, то ей бы не устоять. Не давая барышне грохнуться на пол, Крон уложил её на кровать, а сам присоединился к пирующим.

— Чем это вы там занимались? — спросил Доцент, хитро прищурившись.

— Да ничем! — усмехнулся Крон. — В моём возрасте и состоянии, без участия сексопатолога — делать нечего. При всём притом, что и жена не одобряет…

— А какая роль отводится сексопатологу? — уточнил Почтальон.

— Прямая — полное его участие, вместо меня!

— Наслышан, как они лечат! — вмешался Дед. — Видео, да бельё с рюшечками.

— Старо, — зевнув, опроверг дедовскую версию Крон. — Сейчас мужикам выдают трусы с надписью «Чужой», а женщинам подгузники с перлами «Новые ворота».

— В наше время, в специализированных магазинах, чего только нет! — со знанием дела намекнул Доцент. — Без нижнего белья рот разинешь — такие автоматы.

— А ты что, там был? — удивился Дед, поперхнувшись маринованным огурцом.

— Я нет, а вот корова Мурка, возвращаясь с сельскохозяйственной выставки, случайно заглянула в окно сексшопа и была настолько поражена увиденными размерами, что без доклада заявилась к председателю колхоза. Будучи не понятой последним, она собрала экстренное собрание племенного стада, на котором обратила внимание соплеменниц на то, что творится в городе. Бык Герасим жался в углу, виновато потупив взор в пол, и теребил копытом солому.

— Ну, хватит вам про это! — недовольно прервал его Крон. — Разговаривать, что ли, больше не о чем? Мы же дома, а не на работе.

— Может виски «Легендарной» попробуем? — предложил Доцент, разглядывая пёструю заморскую этикетку, за которой плескалась красноватая жидкость. — Шотландия, всё-таки!

— Пробовали уже, — сморщился Крон. — Самогон, настоянный на черносливе. Лучше уж «Скотч», он хоть обжигает. Нет, лучше ром кубинский подай!

Пропустив по рюмке, друзья сморщились, как весенние грибы, а лицо Доцента, и после запивки осталось похожим на сморчок.

— Качественное пойло! — оценил Крон запах далёкой юности.

— Обжигает — то, что надо! — подтвердил Дед.

— Сладкой не показалось, — согласился Почтальон.

Крон заулыбался, вспомнив давнюю историю, которой не замедлил поделиться:

— Жил-был толковый паренёк, и в результате своей толковости, водились у него деньжата, а где неучтённые деньги, там и неучтённое вино. Потихоньку втянулся он в это дело, пристрастившись к портвейну, и привкус горечи на губах стал неотъемлемой частью его бытия. Тут окружающие стали замечать, что пропадает пацан и нужно что-то делать! Самое гениальное решение лежит во французском ответе «Шерше ля фам», что и было осуществлено. Новая знакомая взялась за свою роль со всей энергией: водила его по кино, музеям и прочим культурным мероприятиям. Разумеется, что за его счёт. Прогуливаясь, как-то, в обычном режиме, они шли по центральной улице: баба что-то щебетала, он с тоской вспоминал вкус горького портвейна, и тут — она предложила купить мороженое. Сказано — сделано. Парень расплатился за покупку и, апатично откусив от своей порции солидный кусок, с размаха размозжил рожок об асфальт так, что забрызгал себе штаны, а ей колготки. Выпучив глаза, он с нечеловеческой тоской в голосе воскликнул:

— Оно же сладкое!

Дед окончательно подавился огурцом, а Доцент тушёнкой. Почтальон не помнил, как уснул…

Утренняя побудка носила хаотичный характер: связистка уже испарилась, Крон с тяжёлыми думами на лице сидел за столом, а Комбат выползал из-под кровати, тычась в металлическую сетку над головой, как слепой котёнок. Выбравшись на свет, он оглядел комнату, крутя головой на сто восемьдесят градусов во все стороны, ища товарищей по партии.

— А где все? — спросил Комбат Крона.

— Ушли на ипподром.

— Куда? По ночному городу, в другой конец?

— Нет — в соседнюю комнату, устраивать тараканьи бега. Она у меня изолированная.

Распахнутая настежь дверь в коридор удлиняла беговую дорожку. Стартовым пистолетом послужил баллончик с дихлофосом. Спортсмены проявили, воистину братскую солидарность: обессилевшего товарища, два соседа по беговым дорожкам, подхватили под лапы и поволокли прочь, из зоны поражения боевыми отравляющими веществами. Другого павшего спринтера, затолкали в импровизированный противогаз, которым послужил резиновый напальчник, и пока тот не задохнулся, уже от недостатка кислорода — волоком отбуксировали под ржавую мойку.

Почтальон предложил усложнить жизнь рыжим приживальщикам, с помощью «Циклона» — пылесоса отечественной марки, но ему чуть морду не набили, решив, что это просто не гуманно. Тот, в свою очередь, попытался оправдаться, говоря про то, что засасывающее жерло надо ставить не позади отступающих, а впереди. Это обстоятельство поспособствует более быстрому перемещению усатых гвардейцев.

— А газы? — возразил Доцент.

— Что — газы? — не понял Почтальон.

— Их тоже будет засасывать, с ускорением! — пояснил Доцент.

Под угрозой избиения, новатор отказался от идеи допинга и согласился, что это не спортивно, а газовую камеру «Циклон», отменили единодушно. На пороге появился Крон и спросил:

— Вы что, сегодня совсем спать не ложились?

— Да нет, прикорнули чуть-чуть, — ответил Дед. — Но в четыре часа утра, как по команде похмеляться встали.

— Да уж, единодушное решение, — согласился Крон. — Пошлите завтракать, а то выходить скоро.

Самым большим откровением для хозяина квартиры было то, что работает телевизор. Комбат, разбирающийся в радиотехнике прошлого века, поковырявшись в начинке, выбросил несколько ненужных деталей, и голубой экран засветился разноцветными красками. Самое поразительное заключалось в том, что именно так поступил с отечественным телевизором умелец, когда они находились в заграничном походе. Он так же, именно выкинул лишнее из отечественной техники, и итальянское телевидение было к услугам моряков. Пусть и не все каналы, но пара штук, это уже кое-что, а с полной заводской комплектацией советской сборки, показывать ящик отказывался наотрез. Есть ли в этом обстоятельстве какая-либо связь реального мира с вымышленным континуумом, оставалось только догадываться. Завтракали молча, уткнувшись в голубой экран, и не обременяя себя сервировкой стола. Товарищи постепенно приходили в себя: лица расправлялись, губы растягивались в улыбках, а позы принимали непринуждённость и расслабленность — за спиной вырастали крылья.

По телевизору шли новости. Спортивный телеканал «Доходяга» освещал вчерашние скачки. Его ведущий Георгий Кащеев вводил в курс дела спешащих на работу сограждан.

— Ведущий. — На ипподроме присутствовали представители правящей элиты, которые отдыхали, после трудового дня. Работал тотализатор. На беговых дорожках были выставлены элитные представители рода динозавров.

Крон встал и со словами: «Пора!» — выключил телевизор. Все нехотя поднимались с насиженных мест, чертыхаясь и ворча, чтобы поправить поклажу. Проверить снаряжение, на случай непредвиденных ситуаций, являлось первейшей задачей любого сталкера, если, конечно он не самоубийца или экстремал.