Чтение онлайн

– Никак нет!
– Заученно гаркнул строй.

На лицах людей просматривалось эйфоричное настроение. Первый выход, это всеравно, как дефлорация у юной девы, совершаемая по согласию, по большой любви. Знает, что может быть больно, но как-же хочется.

– Сейчас подойдете к телеге и, Борич выдаст каждому экипировку. Переодеться, вооружиться. Построение по первой команде. Разойдись.

Отойдя в сторону, офицеры наблюдали за молодежью экипирующююся в выкрашенную в цвет летнего камуфляжа одежду. Новая форма, с подачи Монзырева пошитая женщинами городища, один в один соответствовала КЗСу армейской разведки. Напялив на себя невиданую ранее одежду, воружаясь, молодые люди с интересом рассматривали друг друга. Пока "обезьяна вертела в руках гранату", отцы-командиры стояли в стороне, не став отвлекать подчиненных.

– Ну что, Анатолий Николаевич, Андрюха появился?

– Да нет, Сашок. Я уж стал волноваться. Может, произошло что в дороге? Поэтому, от мыслей шальных, развеюсь с тобой на пленэре. Вернемся, если не будет этого засранца, придется ехать на поиски.

– Как дела в деревне?

– Да стройка, что затеяли, уже задолбала, сил нет от дел хозяйственных, сбежать куда глаза глядят, хочется. Ощущаю себя председателем колхоза. Опять-таки, лесопилку на реке ставим. Неподалеку от деревни Аня Майкова глину достойную нашла, печь для обжига кирпича ставить будем. Нам нужно не только укрепленное городище. Нам необходима крепость - цитадель. Выжить проще будет.

– Ну и планов у тебя громадье, командир. А, осилим?

– Осилим, Сашка. Ты мне только диверсантов подготовь. Уж очень они через год цениться будут. Каждый на вес золота. Придут по весне кочевники, чую. И по зубам им надо будет чувствительно дать.

– Будут тебе диверсанты, Николаич. Это даже не обсуждается, ты мне только хорошего мечника в наставники изыщи.

С головным дозором впереди и замыканием позади, колонна разведчиков уходила в свой первый "поиск".

Ратибор умирал, он лежал у ворот своего двора, зажимая ладонью вспоротый живот. Вот-вот появится Мара и уведет его через Калинов мост, где ждут щуры. Закончился его земной путь. Руки уже захолодели, и даже боль отступила куда-то вглубь. Селенье, которое ему доверили хранить, умирало вместе с ним. За спиной горела его усадьба, сухое дерево стонало под напором огня. Где-то внутри этого костра находились тела его внуков, которых не смог защитить, как не защитил и восточных гостей, приведших быть может, к северянской верви северных волков. Коварное нападение викингов произошло ночью. Стремительно напав, они безжалостно уничтожили всех, кто стал на защиту своих очагов с оружием в руках. Тех, кто не пытался отстоять свою свободу, сгоняли как стадо в круг. Упоенные кровью, в предчувствии добычи и безнаказанности, напавшие веселились и, подтрунивали друг над другом. Им было смешно. Смешно бросать зажженные факелы в жилища, где сгорало чье-то счастье, где когда-то рождались дети и умирали старики. А между жилищами лежали мертвые северяне, люди из селища, которое переставало существовать. Эти волки в личине человека, походя, растоптали весь и, загрузив новоявленных рабов, отплыли.

Ночь подходила к концу, было ясно и тихо. Время от времени потягивало сыростью от реки. Старейшина вздохнул. Вдруг перед его лицом появился чужой лик, вымазанный полосками сажи. Сразу и не скажешь, кто перед тобой, человек или нежить речная. Нет, образ больше соответствует людину! Человек был одет в пятнистую куртку, опоясанную мечом.

– Ты кто? Неужели Мара тебя прислала за мной?

– Я боярин кривичей, Гордей. Наша весь в седмице пути вниз по реке. Что у вас произошло? Кто напал на селище?

– Я Ратибор. Был старейшиной веси, - пересиливая боль, уже с трудом ворочая языком, ответил умирающий.
– На нас напали нурманы. Кого не убили, увели с собой. Поплыли вниз по реке. Прошу, боярин, спаси моих соплеменников, кого сможешь. Умерла северянская весь. Прими к себе, пусть даже в закупы, все ж лучше, чем на чужбине рабами помрут.

Монзырев положил руку на голову Ратибора.

– Обещаю, сделаю что смогу. А теперь, отец, извини, ухожу. Свою весь спасать надо. Если хищник отведал крови, он не остановиться. Мой род в опасности.

– Пусть Сварог поможет тебе. И мне легче на душе. Прошу, добей, муку терпеть тяжко.

– Прощай!
– Монзырев молниеносно всадил нож в сердце Ратибора и, выходя из горящей деревни, свистом подозвал своих. Собрались в круг.

– Слушай боевой приказ. Вниз по реке плывет отряд викингов. Это они сожгли деревню и взяли из нее рабов на продажу. Плывут в направлении нашей веси, значит, попытаются сжечь и ее. Наша задача. Опередить их по суше. Устроить засаду и уничтожить. В ближний контакт не вступать. Не потянете вы еще боя с профессиональными воинами. Темп передвижения максимальный. Место засады определю. Кто хочет высказаться?

– Здесь неподалеку видел людей. Мужчины, вооруженные луками.

– Судя по всему, это все, что осталось от жителей деревни. Отвлекаться не будем. Горбыль в головной. Я в средине колонны. Все, пошли.

Воины растворились в рассветных сумерках. Догорающая деревня осталась позади. Ну, а река, она все так-же спокойно несла свои воды вниз по течению, туда, где в нескольких днях пути в уютной долине раскинулось поселение кривичей.

Дракар река несла вниз по течению, она была не широка, но извилиста. Пологий левый берег, такой низкий, что воды свободно вторгались в него широкими извилистыми заливами. Крутые склоны правого берега были покрыты шапками кустарника, а с крон, смешаного леса, ветви деревьев задевали ванты проплывающих кораблей. Паруса сложены, весла подняты и вытащены на палубу, сами хирдманы отдыхают после успешного ночного налета и только на кормах воины шевелят рулевыми веслами.

Рагнар Рыжий, сын Фудри Счастливого, хевдинг датской ватаги, все Гардарики прошел без драк и нападений, удерживая своих воинов от скоропалительных поступков с пьяными разборками в кабаках и на постоялых дворах. Хотел наняться в дружину в Новом Городе, не получилось, поплыл в Ладогу, там - тоже самое.

"Неужели не нужны умелые бойцы конунгам русов? Ничего, византийским императорам всегда потребна крепкая дружина".

Было принято решение плыть на юг. И вот, когда до границы славянского княжества осталось совсем немного верст, соблазнился восточным купцом. Благо дело, плыли по одной реке, в нужную Рыжему сторону. Свою добычу он пас долго, не отпуская ее далеко от себя. Выбрал момент и, практически, без потерь взял ее. Попутно, не отказался и от славянских трэлей, знал, их тоже можно выгодно продать на восточном базаре. Навлечь на себя недовольство славянской верхушки у границы риск минимален.

Хевдинг зачерпнул из стоявшего у мачты бочонка хмельной мед и с удовольствием большими глотками выпил сладковатую с привкусом специй жидкость. Посмотрел назад за корму, любовно разглядывая свое новое приобретение. Шестеро хирдманов управлялись с купеческим кнарром, ничуть не хуже, чем с боевым дракаром.

"Жаль погиб купец, его тоже выгодно можно было бы продать родичам. Сам виноват, схватился за оружие, вот и получил, чего хотел".

Вожделение будущих побед переполняло сердце Рыжего. Поход, начавшийся сначала так неудачно, выправился в нужную сторону.