Кристалл
Шрифт:
– Они и сейчас так считают.
– Но раньше у них были для этого основания!
– Верно… были…
– А теперь? Как это называется?
– Фашизм ближе всего, – заметил я, – хотя я не уверен в терминологии. Когда считаешь себя человеком, а остальные расы – нет.
– Нам надо будет забрать свои вещи из этого барака, который они называют омом.
Вещи мы забрали без шума. Вошли через дверь, мимо часового, поздоровались, и заперлись изнутри в своей каморке – весь барак изнутри был поделен на такие. Затем открыли окно и выбрались наружу, вместе с рюкзаками. Было уже темно, и можно было не опасаться, что нас заметит часовой на вышке. В конце концов, ему полагалось следить за внешними опасностями, разве не так?
Без приключений мы добрались и до окраины лагеря, а там нас уже ждали. Четверо вооруженных мечами громил и изможденный человек, лет сорока, со связанными руками. Одет он был в видавший виды черный балахон, живо напомнивший мне старину Зирта. Вне всякого сомнения, перед нами был маг.
– Далеко собрались? – поинтересовался один из четверки. Я посмотрел на мага.
– Простите меня, – пробормотал тот. – У меня не было выхода… – За что тут же получил тычок под ребра.
– Вас только четверо, – заметил я, – так что можете сложить мечи и встать на колени. Мы вас свяжем, но сохраним вам жизнь.
Вместо ответа они ринулись вперед, и я шагнул им навстречу, стараясь опередить Джейн. Звон мечей перебудит весь лагерь. Рукопашная – нет. Что же касается их мечей – мало иметь меч, надо еще знать, что с ним делать. Эти не знали.
– Вот видите, – сказал я, – все равно вышло по-моему.
Мы оставили их связанными, с кляпами во рту, и стали решать, что делать с магом. Не оставлять же его здесь!
– Мы идем в Илинори, – сказал я, разрезая веревки у него на запястьях. – Можете пойти с нами.
– Почту за честь, – маг поклонился. – Меня зовут Тибор.
– Рады познакомиться, Тибор, – сказала Джейн. – Идти-то сможете?
– Я маг, – с достоинством произнес он и закашлялся.
Мы пошли, а через десять минут маг принялся напевать себе под нос знакомую песенку – эльфийское заклинание от усталости. Если он уже устал, то один ночной переход его убьет. Просто убьет – он будет в порядке, пока поет заклинание, но потом вся накопленная усталость вернется к нему… Так что я взвалил его на плечи и потащил дальше, не слушая возражений. Жанна была полегче, да…
Утром мы устроили привал, собрали грибов и приготовили из них и картофельной муки, захваченной в Илинори, неплохой обед. Тибор был голоден… Насколько я понял из его краткого рассказа, в плен его взяли больше месяца назад, выкрали прямо из его дома в Илинори, связали руки, чтобы он не мог делать магических пассов, и использовали – как дополнительную охранную систему. Кормили его хлебом и водой, если вовсе не забывали кормить. Беглецы из лагеря, вроде нас, кончали, по его словам, одинаково – в каменоломне.
Затем он извинился за свой вопрос и поинтересовался:
– Скажите, Том, вы знаете, что на вас наложено проклятие?
– Знаю, – сказал я. – И еще одно – на нашего спутника, Роджера. Если вас не затруднит, мы хотели бы, чтобы вы посмотрели, что можно сделать.
– Я обязан вам жизнью, – серьезно сказал маг. – И я сделаю все, что в моих силах. Только, – он вздохнул и беспомощно развел руками, – не сейчас. Мне нужно хоть немного придти в себя.
– Приходите, – сказал я, и Тибор немедленно заснул.
– Как ты думаешь, – посмотрев на спящего мага, спросила Джейн, – что будет, когда он объявится в Илинори, и расскажет о том, где он был все это время, и как к нему там относились?
– Надеюсь, – мрачно произнес я, – он не забудет также упомянуть, кто его оттуда вытащил…
Наши опасения оказались напрасны. Тибор повернул все дело таким образом, что жители Новой Америки представлены были жертвами кучки подонков, так что вместо того, чтобы идти громить это змеиное гнездо, горожане стали подумывать об освободительной миссии. Я только очень опасался, что они забудут дать «спасаемым» предварительные объяснения. Тремя днями позже Тибор решил, что оправился от плена в достаточной мере, чтобы «посмотреть» нас с Роджером. Он послал к нам одного из своих слуг с формальным приглашением на обед.
– Это здесь? – спросила слугу Джейн, с удивлением глядя на утопающий в зелени особняк. – Хорошо живут волшебники.
– И очень хороший сад, – заметила Тиал. – Ухоженный. Я думаю, у него больше, чем один садовник.
Особняк был белым, и белые стены прорезаны были сквозным узором. Нечто подобное можно видеть на востоке, но там тепло, а вот дырявить стены своего дома в здешнем климате…
Впрочем, внутри оказалось отнюдь не холодно, возможно, стены были двухслойными, или магия не позволяла сквознякам гулять в этом доме.
– Добро пожаловать! – хозяин, на сей раз в пурпурной мантии поверх нормального костюма, сбежал по широкой мраморной лестнице, навстречу дорогим гостям. По его виду и вправду было похоже, что он уже оправился от пережитого потрясения – я с трудом узнавал в нем того изможденного дистрофика, которого мы волоком вытаскивали из плена. Он поочередно пожал руку всем, включая Кирка и Тиал, а Жанну поднял на руки и поинтересовался, в каком кармане у него конфета. Девочка не отгадала, но конфету все равно получила. Да, Тибор действительно готовился к нашему визиту.
– Прошу к столу, – заявил он. – Дела подождут.
Стол был накрыт с перебором. Опять заметна была тщательность хозяина в деталях, например, зная, что в числе гостей – эльфийка, он не поленился включить в меню вегетарианские блюда.
– Вы ешьте, – сказал он, – а я пока буду к вам присматриваться. К концу обеда, я думаю, буду знать о ваших проклятиях достаточно.
Мы не заставили себя уговаривать. Не знаю, к чему он там «присматривался», но о роли хозяина Тибор не забывал ни на секунду. Наконец большая часть обеда была позади. Слуги подали десерт, включая кофе – напиток, который в этом мире не пил никто, кроме нас, визитеров.