Крести
Шрифт:
До последнего надеясь на галлюцинацию, я подняла голову и встретилась с прозрачными, сверкающими азартом и охотой серо-голубыми глазами. Обычно, такое выражение лица у Шерлока на месте преступления, но сейчас… Действительно гончая, взявшая след. Холеная, опасная и уже вцепившаяся в загривок добычи. И этот черный бархатный пиджак, контрастирующий с белой рубашкой…
– Что ты здесь делаешь? – процедила я, готовая нахлобучить ему на голову первую же попавшуюся под руку тарелку. – Шейн, прости его, он не всегда понимает, какие собственные выводы можно озвучивать, а какие нет.
– Вообще-то я сказал все, что хотел, - приподнял бровь Шерлок. – Конечно, можно еще добавить, что он пользуется гелем для волос, сегодня не чистил зубы…
Я вцепилась в руку Холмса, с силой дернув за рукав пиджака:
– Какого черта ты здесь делаешь? Кого-то убили? Ватсона похитили? Миссис Хадсон выгнала тебя из квартиры за неуплату?
– Я всегда знал, что идиотизм заразителен, - хмыкнул Шерлок. – Посидела за одним столом с ярко выраженным идиотом и теперь фонтанируешь глупостями.
– Шейн, извини, - не выдержала я, после чего, поднявшись, потащила довольного собой Холмса прочь.
– Ты что там устроил? – рыкнула я, выходя вместе с ним на улицу, за угол, подальше от людей. – Зачем ты наговорил все это Шейну…
– Ты не должна быть с ним, - заявил Холмс, твердо посмотрев мне в глаза, затягивая и… чеееерт…. Спокойно, вздох, это все тот же Холмс, испортивший мне свидание, и ничто его не оправдывает.
– Прости? – сделала я вид, что ослышалась. – Назови хотя бы одну причину, почему я не должна быть с ним.
– Я этого не хочу, - невозмутимо уронил Шерлок.
– Я сказала: нормальную причину, а не подтверждение твоего космических размеров эгоизма!
– Ты этого не хочешь, - исправил детектив местоимение в фразе, и, не дав мне опомниться, одним рывком прижал к стене, вторгаясь в мое личное пространство, захватывая и его, и меня. – Все в тебе говорит об этом, - прошептал Холмс, гипнотизируя и шевеля губами слишком близко от моих, в то время как его рука неожиданно властно скользнула по моей ноге и остановилась на бедре. Горячо, горячо, ащщщ, как горячо! – Расстояние, на котором вы были друг от друга, скованность, тусклые взгляды, нервные движения плеч, подсознательный поиск комфорта… Ты не хочешь его.
– Ты погляди-ка, какой знаток отношений выискался, - еле прошептала я, тяжело дыша и чувствуя сердце в горле. – Отпусти меня…
– Нет, - низко и глухо обрубил Шерлок, вжимаясь в меня крепче. – Ты не вернешься к нему.
– Ты… Ты ревнуешь, - оторопело выдавила я, одурманенная ароматом его одеколона и близостью, вызывающей мурашки по коже. – Шерлок…
Черт возьми, я не верю в происходящее. Шерлок Холмс, мистер асексуал, мистер «все трахаются, а я на скрипке играю», мистер «я верю в сверхчеловека, и я социопат» ревновал меня! Что в свою очередь подводило к тому, что он хочет меня. Из чего следовало, что не такой уж детектив и равнодушный к плотским наслаждениям, каким хотел казаться! С ума сойти, я еще не настолько пьяна и не настолько в шоке, чтобы этого не понять! Ну, Шерлок!
– Какого черта ты ждал и тянул до последнего? – прошипела я, толкая его в грудь. – У тебя была масса времени сделать первый шаг и признать, что я нужна тебе не только как сейф с хреновой теорией! Ты мог бы остановить меня там, в гостиной…
– Я… Понял это только час назад, - моргнул Шерлок.
– Поздравляю, мастер дедукции! – рявкнула я. – А теперь отпусти, меня ждет Шейн, а я, по твоим же собственным словам, не интересую тебя никак, кроме…
Я не успела договорить. Едва хватило на вздох, как мои губы оказались атакованы Холмсом. Он на удивление умело проскользнул мне в рот, подчиняя, заставляя следовать за ним, выметая мысли, выметая все, кроме желания быть ближе и теснее.
Это был запрещенный прием. Силовой прием, вспарывающий все мое недовольство изнутри и фильтрующий его в нечто более опасное. Для меня же. Боже, что я делаю, почему не отстраняюсь, почему обвиваю его шею и закидываю ногу на бедро?
Кармен, стоп, красный свет! Но, разум не услышали ни жаждущее ласки тело, ни глупое, разрывающееся в грудной клетке сердце, ни, тем более, душа, все это время стремящаяся к тому, в ком нашла себе равного. Мозг сдался, заключая очевидную истину, ранее озвученную Холмсом. Не Шейна я хотела, и не в отсутствии мужчины было дело.
Застонав, подалась вверх, еще глубже, еще требовательней, еще отчаянней. Прикусив его губу, выражая через это свою злость и свирепость на то, что он устроил, наказывая за мучения, которым меня подверг, я все же вынуждена была отстраниться, хлебнуть еще воздуха, хотя в нос упорно заползал только аромат Шерлока, словно все вокруг превратилось в него одного, насквозь пропитавшись Холмсом.
– Ты не вернешься к нему, - сдавленно повторил Шерлок, зарываясь носом в мою шею и согревая ее дыханием, тревожа этим простым процессом все мое женское нутро. – Ты – моя.
Наглая заявка. Не заявка, а констатация, что еще наглей. Наглый чертов Холмс и его диктаторские замашки собственника. Видимо он прочел это определение в моих глазах, потому что, ухмыльнувшись, заткнул меня еще раньше, чем я даже смогла до конца сформулировать язвительную реплику.
– Кхм, я вам не мешаю?
Шейн! Оторвав свои жадные губы от Холмса, я повернула голову и как-то сразу представила, что за картина сейчас перед Аккеем. Прямо как в какой-то эротического толка драме: высокий брюнет прижимает к стене девушку в красном, которая, ничего не имея против, стоит на одной ноге, второй обняв партнера за пояс и зарывшись пальцами в его кудри. Оба разгорячены и тяжело дышат, даже и не думая расплестись, окутываемые сексуальным напряжением, возбуждением и острой ясностью правильности собственных действий.
Моргнув, я сфокусировалась на друге, возможно, собирающемся перестать им быть. Шерлок что-то процедил себе под нос, раздраженно глянув на Аккея. Что-то, подозрительно напоминающее «я же говорил, он идиот».
– Я… Шейн… - я никак не могла отдышаться, чтобы сказать хоть что-то вразумительное.
– Не надо, - качнул головой парень, грустно улыбнувшись. Так, хорошо, значит, драки не будет. – Я понял, что между вами что-то есть, еще когда впервые увидел вместе. Собственно, я просто принес твой клатч, и это, в конце концов, была попытка. Как-нибудь созвонимся.