Чтение онлайн

Он открыл сейф и положил перед Макмилланом папку с голубыми полосками.

– Ознакомьтесь. Я хочу знать ваше мнение.

Макмиллан углубился в чтение. Не успел он прочесть даже первую страницу, как его брови поползли вверх.

– Я не могу поверить, – едва не заикаясь, произнес заместитель.

– Читайте, читайте внимательно, Джон, – довольным тоном произнес Кейнс. – Черт побери! Я и сам не могу поверить.

Макмиллан наконец добрался до конца документа и протянул руку к пакету с фотографиями. Он медленно перебирал карточки, подолгу вглядываясь в каждую, затем отложил их в сторону.

– Как давно вы получили эту информацию, босс?

– Если вы обратили внимание, здесь два отдельных материала.

– Плюс фотографии, – дополнил его Макмиллан.

– Да, плюс снимки…

Кейнс снял очки и помассировал кончиками пальцев виски.

– Я не сплю уже вторую ночь, – его признание содержало косвенный ответ на вопрос заместителя. – Надеюсь, теперь вы понимаете, почему я так себя вел на совещании?

Макмиллан медленно кивнул. Да, он прекрасно понимал своего босса, главу ЦРУ, директора центральной разведки США. Сведения, которые он только что держал в руках, могли лечь в основу самого громкого успеха ЦРУ за последние годы. Или, наоборот, стать причиной грандиозного провала.

– Мы не имеем права на ошибку, – заметил Макмиллан и потянулся за графином с водой. – Вы уже докладывали наверх?

– Нет. Там начнут задавать вопросы, а я пока к этому не готов.

– Если позволите, – мягко улыбнулся Макмиллан, – сначала я задам вам несколько. Как могло случиться, что я ничего не знаю об этих источниках? Насколько я понимаю, Джексон также пребывает в счастливом неведении? Черт побери, как вам удалось завербовать этих людей?! И где гарантии…

– Достаточно, – перебил заместителя Кейнс. – Я вас понял, Джон. Вам нужны подробности. Для начала прошу учесть следующее. То, что вы сейчас услышите, является не просто секретной информацией…

Он многозначительно посмотрел на заместителя и продолжил.

– Джон, это настолько важно и секретно, что даже не с чем сравнить. Вам не хуже меня известно, что западным спецслужбам за всю их историю ни разу не удалось завербовать кого-либо из высокопоставленных советских чиновников из центрального аппарата КПСС, КГБ или министерства обороны. Я говорю о тех людях, кто находится на самом верху и принимает решения. Не мне вам объяснять невероятную сложность агентурного проникновения в Россию. Еще Андропов, в свою бытность председателем КГБ, приложил максимум усилий, чтобы каждый отдел, каждая ячейка были пронизаны доносительством, а стукачи, – Кейнс произнес это слово по-русски, – стали неотъемлемой частью советского общества. В последнее время там кое-что меняется, но система по-прежнему работает четко и надежно. Произвести в таких условиях вербовку кого-либо из важных чиновников практически невозможно, нет ни единого шанса, даже одного из миллиона, по крайней мере, сейчас.

– Но вам-то это удалось сделать?

Довольная улыбка разгладила морщины на лице Кейнса.

– Нет, дорогой. Вербовки не было. Те люди, донесения которых вы только что читали, вышли на нас сами. А история эта началась в 1983 году, в Цюрихе. К одному из наших сотрудников обратился местный адвокат с любопытным предложением. На руках у него был объемистый пакет, который третье лицо, использующее адвоката в качестве посредника, предложило нам за двести тысяч долларов. Пустяк, да?

Кейнс издал короткий клохчущий смешок, но его глаза оставались серьезными.

– Пакет был адресован лично мне. Условия сделки следующие. Если нас устраивает качество товара, ровно через две недели мы передаем деньги адвокату. Второе. Мы берем на себя обязательство не предпринимать какие-либо шаги, направленные на установление личности третьего лица. Нам дали понять, что это не только бесполезно, но и небезопасно. Слава Богу, у нас хватит ума последовать его совету.

– Что было в этом пакете? – нетерпеливо спросил Макмиллан.

– Сведения о структуре и ключевых фигурах Второго и Пятого управления КГБ. Анализ нескольких последних операций, проведенных сотрудниками этих подразделений. А также полный набор сведений, которыми располагает контрразведка русских о масштабах проникновения в страны Варшавского пакта наших британских коллег. Информация была составлена таким образом, чтобы в случае ее перехвата русскими невозможно было установить источник. В ней также не содержалось чего-либо такого, что мы могли бы использовать немедленно. Но по всему было видно, что источник прекрасно информирован и в перспективе представляет огромную ценность. Придя к такому выводу, я сразу же засекретил всю эту информацию и ограничил круг посвященных до минимума.

– Мой предшественник, очевидно, в этот круг не входил?

– Нет. Честно признаться, я все это время твердо следовал рекомендациям фигуранта. Особенно настойчиво он советовал исключить из этой комбинации московскую резидентуру ЦРУ. Если бы я с большей внимательностью прочел его послание, возможно удалось бы предотвратить провал, связанный с преступной деятельностью Ховарда. В своем послании, обращаясь лично ко мне, он посоветовал подключить к этому делу одного-двух опытных проверенных сотрудников советского отдела. Какие-либо вопросы или заказы на получение определенной информации полностью исключались. Он дал нам ясно понять, что если наше сотрудничество продолжится, он сам будет определять не только содержание информации, но и способ ее передачи. От нас требовалось только одно – проявлять максимальную осторожность и исправно платить по счетам. И как я уже говорил, мы не должны предпринимать попыток установить личность и род занятий этого человека.

– Уж больно он смахивает на расчетливого дельца, – улыбнулся Макмиллан. – И сколько денег ему удалось вытащить из вас?

– Почти полтора миллиона. Справедливости ради нужно сказать, что сведения того стоили. Всего было четыре контакта, порядок передачи информации каждый раз новый. Со своей же стороны я скрупулезно выполнил все его рекомендации. По существу, Джон, это мой личный агент и этим обстоятельством я очень дорожу.

– Вам удалось выяснить, кто этот человек?

– Даже не пытался. Конечно, я много размышлял об этом, но мне удалось справиться с искушением, так что никаких практических шагов я не предпринимал. Могу сказать только одно. Это профессионал высочайшего класса. Он ни разу не прокололся, и у него есть чему поучиться. Бесспорно, этот человек работает в КГБ и имеет практически неограниченный доступ к самой секретной информации. Я с карандашом в руках тщательно проанализировал каждую фразу в его посланиях, да что там говорить, – каждый знак препинания, пытаясь понять этого человека. Джон, у меня ничего из этого не вышло, хотя я старый волк и знаю людей. Возможно, вы правы, утверждая, что у этого человека психология биржевого маклера. Но мне иногда кажется, что дело здесь в другом. Для нашего фигуранта весь смысл жизни заключается в этой опасной игре, все остальное ему наскучило. Он желает быть действующим лицом в борделе, который называется у нас большой политикой. Ему претит роль статиста. И он не предатель, ибо у таких людей нет родины. Им совершенно безразлично, где жить, лишь бы получить возможность поучаствовать в игре за центральным столом. Я присвоил ему прозвище Игрок.