Красный
Шрифт:
Скомканная жестяная банка отправилась в мешочек, в то время, как вторая рука уже доставала из упаковки следующую. Тихо шикнул выходящий из банки газ, и банка с щелчком открылась. Глоток ничего мне не дал, кроме ощущения скользящего по пищеводу холода.
Раньше я не понимала, как люди вообще это пьют. Сейчас… Сейчас я просто не чувствую вкуса. Только холод ветра и холод пива.
Маска лежит где-то там, на крыше. Какой теперь в ней смысл?
Майк давно жаловался, что у него сломался плеер, а починить или купить новый всё времени не хватает. Вот я и решила купить, благо денег немного свободных есть, так что какую-нибудь скромную модель я позволить себе могу. Конечно, на счету лаборатории уже скопилась огромная по моим меркам сумма, но я их не трогаю, продолжая брать только свою долю лаборанта, ведь, меня никто не повышал в должности, а кто знает, когда финансирование оборвётся и с меня затребуют компенсацию?
Я зашла в магазин электроники, где увидела всего двух сотрудников: один на кассе, второй в зале. Когда все люди разошлись, второй тоже направился к кассе, где они вдвоём принялись что-то активно обсуждать. Меня это не касалось, поэтому я продолжила своё занятие, сравнивая две модели между собой. Цены-то были примерно одинаковыми, но вот характеристики… Я бы сама их разобрала и сделала один хороший за полчаса, вот только денег на оба у меня не хватит, значит, выбираем, какой лучше. И вот, когда я уже определилась, со стороны кассы раздался крик:
— А ну никому ни с места!
Среагировала я мгновенно — давно уже геройствую, а в «Мстители» всё никак не возьмут. Обидно. Хотя помощь того же Старка в исследованиях мне бы точно пригодилась. Незаметно покинуть магазин не составило никакого труда. Скинуть рюкзак, убрать в него верхнюю одежду, взамен достать маску и вуаля, Паучиха готова действовать.
— А вот и я…
Задорно прокричала я, врываясь со всех ног в магазин. Каково же было моё удивление, когда я увидела, что тот сотрудник, что ходил по залу, обезвредил грабителя, которым оказался… Майк!
Я чуть было не прокричала вслух его имя. В эту секунду мой мир дал первую трещину. В голове роились мысли, в которых я пыталась как-то оправдать своего парня, но все доводы ломались о действительность и простую логику. Сотрудник ещё что-то говорил, но я его не слышала, полностью погрузившись в собственные мысли.
— Ну так что, вязать кадра будешь?
Спросил он.
— А? А, да, конечно.
«Это всё какая-то одна чудовищная ошибка.»
Думала я, связывая своего парня. Единственного, кого не смущали мои многочисленные шрамы. Единственного, в чьих глазах я не видела ни отвращения, ни, тем более, жалости ко мне. Вот уж чего-чего, а жалости к себе я не потерплю — не зря же наряжаюсь в этот костюм и ловлю различных беспредельщиков по всему городу.
Дальнейшее было как в тумане: приехала полиция, я вывела Майка из магазина и передала в руки стражей закона.
— О, какие люди! Что, снова за старое?
Мир разбился. Со стеклянным звоном разлетелись острые осколки, впиваясь в самую мою суть. Впервые я почувствовала себя преданной. В следующие десять минут, забрав рюкзак, я, как есть в костюме зашла в продуктовый и на все деньги, что я откладывала на подарок для Майка, впервые в жизни купила пиво и сигареты. Ещё минут пять я потратила на то, чтобы найти крышу повыше, да поудобнее, где всё-таки сбросила маску, в которой не видела уже никакого смысла. Зачем мне продолжать геройствовать, если последний близкий человек так жестоко меня предал?
Глава 4 Спасти супергероиню
«Почему мы его не сожрали?»
Наивно поинтересовался Красный, чем закономерно вызвал моё негодование:
— Сдурел? При свидетелях жрать человека?
«Ну, сожрали бы потом, какие проблемы?»
— Нет, приятель, я тебе чётко сказал, что в ближайшее время никого мы жрать не будем. И так наследили сверх всякой меры. И то, что делали мы это, по сути, в первый раз никак не умаляет наших косяков. Нам надо быть очень внимательными, чтобы не засветить тебя перед широкой публикой.
Так мы и препирались с Красным на протяжении всего пути до дома. Симбионт, прекрасно осведомлённый о том, почему именно я не разрешаю ему есть людей, всё равно продолжает проверять мой запрет на прочность, несмотря на то, что уже далеко не первый день обосновался в моей голове и прекрасно знает, что на попятную я не пойду. Это у него уже стало каким-то спортивным интересом. Как бы, результат-то не изменится, но нервы он мне потреплет. Такая изощрённая месть за то, что я его ограничиваю.
«Глянь наверх.»
Внезапно отвлёкся он от нашего, безусловно, увлекательнейшего диалога.
— Зачем это? Мы уже почти дома.
«А я говорю, глянь.»
Стоило мне поднять голову, как в районе глаз тут же проступил симбионт. Такая у него фишка: он улучшает все мои показатели. Сейчас, например, он таким образом прокачал мне зрение, чтобы я разглядел сидящий на крыше женский силуэт в обтягивающем костюме. Конечно, разглядеть всё в мельчайших подробностях даже Красный не может, но простые обыватели лишены и этого.
— Сходим?
«Ты носитель — ты и командуй.»
Мысленно пожал плечами этот кадр, когда я заходил внутрь здания.
— А, то есть, теперь я носитель, а когда я говорю, что нельзя есть людей, так тут ты начинаешь препираться!
Конечно, возмущаюсь я наигранно. Просто хорошее настроение, вот и дурачимся. Крыть ему было нечем.
— Ну, раз я носитель, тогда пошли, посмотрим, кто это там сидит-грустит.
«По стене?»
Тут же оживился красный.
— Ага, щас, перед кем я тут про конспирацию распинался? Своим ходом, ножками и на лифте. По пути в квартиру заскочим, кофе сделаем.
Сказал я, нажимая в кабинке на кнопку, обозначающую нужный мне этаж.
«Зачем?»
— Я. Хочу. Кофе.
«Ладно-ладно, хозяин — барин.»
Стоило только открыться двери в квартиру, как сумка с вещами тут же отправилась в угол, а я быстрым шагом направился на кухню, где приступил к священнодействию. Даже обувь не снял.
Через пять минут я уже стоял на крыше, держа в руках две кружки с горячим кофе. В глаза сразу бросилась лежащая на крыше маска Паучихи. Рядом с бортиком стоял рюкзак и пара упаковок пива, одна из которых опустела наполовину. Сама же супергероиня сидела на бортике, свесив ноги вниз и устало ссутулившись, распрямляясь только чтобы сделать очередной глоток из банки. Банка далеко не первая, но, видимо, уже пить некуда, потому что заканчиваться в этой таре пиво не спешит.