Чтение онлайн

— Ну разве жизнь не прекрасна? — воскликнула Флоранс. — Каждый день я убеждаюсь, что Франсуа сделал мне потрясающий подарок, слиняв к этой старухе! Энергии у меня хоть отбавляй, живу как хочу, ни перед кем не отчитываюсь. Сегодня в три часа утра я принимала ванну, читая идиотский журнал. Какое же это счастье!

Элиза улыбнулась, восхищаясь энергией Флоранс, пытающейся выжить после непредвиденного крушения брака, — брака, который, по ее расчетам, должен был длиться вечно. Одиннадцать счастливых лет с первой и единственной любовью — и вдруг ненаглядный признается, что уже два года ведет двойную жизнь. Бедняга Франсуа оказался под каблуком у их общей приятельницы, которая, к слову сказать, была настолько же некрасива и простовата, насколько Флоранс очаровательна и умна. Он угодил в надежные материнские руки, наивно полагая, что влюбился. Оформили развод. Флоранс, в свои тридцать лет, ринулась наверстывать упущенное — зажила вольной жизнью молодой девушки, а Франсуа открывал для себя тихие семейные радости в загородном домике с заботливой и скучной любовницей и ее внуками.

— Смотреть на тебя — одно удовольствие, — сказала Элиза. — Закончила ремонт?

— Почти. Представляешь, я купила дрель. А ведь раньше даже гвоздь не могла вбить! Просто невероятно, сколько вещей казались мне непосильными, пока их делал Франсуа!

Элиза подумала, что сама она стала совершенно беспомощной в быту с тех пор, как безгранично любящий муж решил оградить ее от повседневных забот. Разучилась готовить и получать деньги по чеку, за руль садилась, только когда ехала одна… Зато отвечала за все, что касалось детей: школа, праздники, гардероб, зубной врач. Словом, она все время была занята и во всем зависела от мужа. От этого замечательного мужчины, полагавшего свободу священным правом каждой женщины.

У Элизы зазвонил мобильник: Люси, младшенькая, потеряла любимую игрушку.

— Ничего без меня не могут, — покачала головой Элиза. — Если бы ты знала, как это выматывает! Даже сейчас, когда пытаюсь делать вид, будто полностью распоряжаюсь собой и своим временем, я непрерывно нахожусь на связи с домом и детьми.

— Не понимаешь ты своего счастья. Это же здорово, когда в тебе так нуждаются, — вздохнула Флоранс.

Ответить Элиза не успела: на мост поднялась Каролина. Ее лицо и платье, одинаково помятые, красноречиво свидетельствовали о недавно (и не до конца еще) пережитом расставании. В силу своей скрытности Каролина сообщила Флоранс и Элизе совсем немного, минимум из того, что положено рассказывать подругам. Прожили вместе полгода; он обещал жениться и завести детей, что и натолкнуло ее на мысль провести с ним всю оставшуюся жизнь, однако выполнять обещанное он не спешил. Решение расстаться приняла сама Каролина.

Элиза, Флоранс и Каролина чокнулись. Под мостом проплыл прогулочный катер с гирляндами электрических лампочек. Флоранс притворилась, будто выливает на пассажиров вино из своего бокала. Затем они наблюдали, как розовеющее над башнями Нотр-Дам небо постепенно приобретает фиолетовый оттенок. Щеки у всех троих разгорелись от слишком быстро выпитого вина и от радости. От радости быть вместе, независимо от поворотов их — уже ставших извилистыми — судеб. В компании друг друга они не ощущали своего возраста.

У Элизы снова ожил телефон. На этот раз Марк: мол, он страшно извиняется, но звонила домработница и спрашивала, нужно ли ей приходить завтра, а он не знал, что ответить. Не могла бы Элиза ей перезвонить…

— Двух часов нельзя прожить спокойно! — проворчала Элиза.

— И она еще жалуется, — упрекнула Флоранс. — У тебя самый замечательный муж и самые прелестные дети в мире!

«Зато вам еще есть на что надеяться», — подумала Элиза и почувствовала, как защемило сердце.

— Мы о такой жизни только мечтаем, — подхватила Каролина, чье настойчивое стремление к продолжению рода уже обратило в бегство изрядное число потенциальных отцов.

— Ну нет, только не я! — возразила Флоранс. — Хватит с меня семейных радостей! Верно, прежде я считала, что ничего лучше на свете не придумано, но с тех пор, как попробовала существовать по-другому, совместная жизнь с мужчиной кажется мне противоестественной.

— Предпочитаешь совместную жизнь с женщиной? — засмеялась Элиза.

— На прошлой неделе у меня гостила Каролина, и, честное слово, мне не хотелось ее отпускать. По вечерам мы смотрели старые фильмы и объедались пирожными. Потом гасили свет и болтали до рассвета. Разве не сказка?

«Сказка, в которую я уже никогда не попаду», — с грустью отметила про себя Элиза. От приступа ностальгии по школе, по ночевкам у одноклассниц у нее перехватило дыхание.

Каролина несколько остудила пыл Флоранс: конечно, приятно иногда поребячиться, но только за неимением лучшего, а именно стабильных отношений с любимым мужчиной. Флоранс изобразила возмущение. Она уверяла, что присутствие Каролины в ее доме доставило ей огромное удовольствие без каких-либо оговорок. Ни разу за время супружества она не чувствовала себя такой беззаботной.

— Так ты собираешься всю жизнь прожить одна? — спросила Каролина.

— По-твоему, сейчас, сидя здесь, с вами, я одна? И думаешь, ужиная с Франсуа, я не чувствовала себя одинокой, когда он говорил со мной, а думал о другой? Должна вас разочаровать, девочки, перед вами убежденнаяхолостячка. Ваше здоровье!

— Мне казалось, ты не мыслишь жизни без детей, — заметила Элиза, которую от окончательного разочарования в семейной жизни удерживали только дети.

— Правильно казалось. Только жаль, что в таком серьезном вопросе приходится полагаться на мужчин. Лучше всего было бы жить в большом доме с несколькими хорошими подругами. А жеребцов для развлечения и продолжения рода держать в хлеву. Как вам моя идея?

Элиза и Каролина расхохотались. Флоранс приложила руку козырьком ко лбу и посмотрела вокруг, словно выбирая подходящий экземпляр.

— Вот этот вполне бы подошел, — продолжала она дурачиться. — Конечно, не красавец, но, думаю, он способен удивить.

Она указала подбородком на брюнета среднего роста, с виду похожего на туриста.

Каролина пожала плечами. Она смотреть не хочет на других мужчин, ей нужен только Шарль. Увы, Шарлю она оказалась не нужна, а еще меньше ее матримониальные планы, в которые она вкладывала всю душу. Каролина утверждала, что отныне все особи мужского пола внушают ей отвращение. Подобные заявления, произносимые тридцатитрехлетней женщиной, только смешат публику. То же самое Каролина говорила и после печальной истории со священником, но уже через два месяца завязала отношения с Фредериком.