Чтение онлайн

— Вполне. Если у них были наработки в этой области, а также практические, а не только теоретические, опыты. На бумаге ведь всегда гладко получается. Да и после телепортации может выбросить куда угодно. Но я рассуждаю, исходя из гипотетической ситуации…

— Да я понял. И все же, да или нет?

— Да. И нет. Босс! Это всего лишь логические игры! Если кайтанец решиться проскочить через Крабов на простом катере даже с гипердвижком — ему потребуется не один месяц для путешествия, а его ждут на Формозе не сегодня-завтра. А при наличии генератора телепорта ему вообще никто не страшен. Раз — и ты на месте! Зачем тогда огород городить? Так, кажется, выражаются русские?

— Ты хорошо знаешь русские идиомы, — похвалил Северов девушку. — Но все же, какие могут быть варианты? Допускаем, что на его передвижном механизме стоит гипотетический форсированный двигатель, и время нахождения в пути существенно сокращается.

— Тогда выбор пути приобретает вариативность. Можно предположить о наличии неизвестных трасс, — вздохнула Мила.

— Можешь подсказать? — усмехнулся Макс, абсолютно уверенный в том, что ответа не услышит. Но ошибся.

— Несколько лет назад я была свидетельницей одного разговора. Спорили два пилота, в профессиональных качествах которых я не сомневалась. Один из них убеждал другого в наличии некоего пути между базой «Грэй» и Капри. Это какая-то трасса, почти не контролируемая военными и полицией. Тремписты ею мало пользуются, потому что старые волки мало кому об этом говорили, а молодые в силу своих амбиций не хотят учиться на ошибках предшественников. Есть такая лазейка. Трасса заброшена, пролегает вдали от оживленных векторов. Если допустить, что агент знает о ней…

— Откуда он может о ней знать, если Конфедерация с Кайтан только-только начали сотрудничество? — уныло пробормотал Макс.

— Почему же? Слухи о безопасных путях не возникают из ниоткуда, они имеют право на жизнь. Просто надо правильно воспользоваться информацией. Агент вполне мог воспользоваться таким шансом. Сделав крюк, почти не влияющий на сроки прибытия на Формозу, он выигрывает — и значительно. Господин Любарский не будет по простоте душевной метать молнии и рвать волосы на голове. Так что самое время заглянуть на древнюю трассу.

— Кстати, почему она оказалась заброшенной? — спохватился Макс.

— Там стали пропадать корабли. В определенной точке сигналы блокировались. Именно блокировались. Аппаратура к тому времени уже научилась распознавать такие нюансы. Около пятидесяти экипажей бесследно сгинуло в проклятом многоугольнике, распространяющем свои непонятные, а потому и наводящие страх на пилотов, явления и физические свойства. После очередной потери приняли решение закрыть трассу. Вот и все. Надеюсь, теперь вы поняли, босс, что за штука расположена между базой и Капри. Туда сейчас патрули не суются.

— Ты прекрасно осведомлена, — Макс действительно с большим интересом выслушал рассказ девушки, но не признался, что впервые узнал о феномене старой трассы.

— База «Лангуст» находится неподалеку от «Грэй», так что с общением у нас не возникало каких-то особых проблем, — пожала плечами Мила и сочла, видимо, разговор оконченным, повернулась к монитору.

Но Северов не успокаивался.

— Если все эти факторы страшат профессионалов — почему агент должен соваться туда? Риск исчезнуть навсегда возрастает неимоверно. А ведь надо учитывать, что он мало знаком с нюансами нашей системы. Одна ошибка — и все! Где потом тебя искать? Кайтанец не имеет права на авантюру.

— Значит, донесение стоит того, — спокойно парировала Мила.

— А если это «кротовая нора»? И все потерянные корабли сейчас свободно курсируют по просторам Вселенной, только в иных мирах.

— Это уже фантазии от отчаяния, — поежилась девушка. — Не пугайте меня, босс, иначе я начну думать, что нас тоже ожидает такая участь. Давайте лучше займемся отработкой основных маршрутов. Кайтанец может знать все трассы как свои пять пальцев.

— Шесть, — перебил ее Макс, откровенно посмеиваясь над вытянувшимся лицом девушки.

— Что? — переспросила Мила.

— У кайтанцев шесть пальцев, — пояснил Северов, — а еще слегка удлиненная голова. Они выглядят даже красивыми, особенно женщины, скрывая так называемую деформацию черепа пышными прическами. Ну, про деформацию это мы считаем, принимая за эталон красоты пропорции землян. А на самом деле кайтанки очень даже хороши.

— Босс, — сощурилась девушка, подозрительно глядя на Северова, — сдается мне, что вы хорошо с ними знакомы. А близкие контакты цивилизаций начались совсем недавно. Лично я не совсем представляю, как они выглядят. Если бы не ваше глубокое описание.… Или вы шутите?

— Нисколько, — с самым серьезным видом заявил Макс. — Я одно время работал с одним клиентом, которого судьба занесла как раз на Кайтан. Жутко далеко, надо признать. Он свел меня с людьми, которые представляли определенные структуры, с которыми работал мой наниматель. Это были кайтанцы. Серьезные ребята, только чуточку идеализируют землян и прочее сборище конфедеративных планет. Когда наши отношения углубятся — кайтанцы слегка разочаруются. Они ведь всегда держат слово, а заключенный контракт для них — святое дело. Так же, как и семейный долг, финансовый и прочее-прочее…

— Вы считаете население Конфедерации совершенно беспринципным? — Мила поджала губы и даже забыла про компьютер. — Но ведь не все такие, правда?

— Конечно, — Макс отложил замусоленную сигарету на панель и печально вздохнул. — Только большинство людей не рыскают по космическим далям, а предпочитают сидеть дома. А представление о нас всех, жителях Земли, создается по людям, склонным к авантюрам, мелкому жульничеству и подхалимажу. Бизнес не терпит честности и прочих добродетелей.

— Ну, не знаю, босс, — развела руками Мила. — Я обязательно постараюсь встретиться с каким-нибудь кайтанцем и убедить его в нашей честности и чистоте помыслов. Кучка дельцов не заменит всех жителей Конфедерации.

"Наивная девочка", — усмехнулся Северов, решив прервать назидательную и бесперспективную беседу о различных ипостасях человеческой составляющей. — Она еще долго будет находиться в том счастливом неведении, что лучшие стороны человека всегда будут стоять выше низменных поступков и мелкособственнических интересов. Увы, все не так, если не хуже.

Мила поняла, что продолжения разговора не будет, она повернулась к компьютеру и нарочито громко застучала клавишами. Несогласная, она по-детски проявляла упрямство в споре, не признавая правоту Макса, умудренного жизненными опытом.