Чтение онлайн

— Особые обстоятельства. Вам необходимо пройти тест на морскую лихорадку. На базе зафиксированы случаи заболевания, а в вашей медицинской карте…

— Не порите чушь, вторпом! — Максим рявкнул так, что нахальный офицер невольно присел от акустического удара. — Вы в глаза не видели моей медицинской карты!.. А впрочем, — добавил он тише, — вы тут ни при чем. Это явно не ваша инициатива. Идемте, я хочу выяснить, чья это затея и ради чего!

Офицер с видимым облегчением и должной почтительностью повел Максима по коридорам и переходам, и спустя пару минут они вошли в просторное помещение, показавшееся Максиму смутно знакомым. Вернее, оно было здорово похоже на то, где Максим уже побывал недавно, только это меньше по размерам и количеству находившегося здесь оборудования. «Натурализация!» — всплыло через секунду искомое слово.

Офицер, пропустивший Максима вперед, продолжал стоять за его спиной, а у постамента натурализатора копались еще двое.

— Ну, и что все это значит? — спесиво начал Максим, но незнакомый голос сзади заставил его обернуться.

— Это значит, что ты должен заткнуться и слушать меня, северная крыса!

Вместо угодливого вторпома на Максима теперь смотрел матерый хищник, волчара-контрразведчик, и на лошадином лице его блуждала торжествующая улыбка. Максиму понадобилась секунда, чтобы оценить ситуацию и понять, что времени на «переключение» личности у него нет, а следовательно, процедура натурализации неминуемо выдаст его с головой.

— Ну, что, аристократ доморощенный, где же твоя крысячья гордость? — медленно надвигаясь, продолжал глумиться контрразведчик. — Язык проглотил? Ничего, мы его тебе сейчас быстренько развяжем! Гольбум, у тебя все готово?

— Да, господин секретный советник, — торопливо откликнулся маленький круглолицый южанин и замер возле натурализатора со знакомым шлемом в руках.

Времени совсем не оставалось, и решение, как это часто бывает, нашлось внезапно. Максим снова принял нагловато-вальяжную позу и заговорил через губу:

— Секретный советник? Так, так!.. А я-то думаю, что за шавка посмела тявкать на личного тайного агента главы Адмиралтейства?

Коротышка Гольбум едва не выронил шлем, его помощник тихо сполз по стенке натурализатора и затих. Контрразведчик тоже растерялся, но лишь на мгновение. Это действительно был битый волк, навидавшийся за годы службы всякого и расколовший не один десяток шпионов разного пошиба.

— Личный агент адмирала Тимасса? Какая неожиданность! — парировал он. — И у вас есть подтверждение вашего статуса?

— Ну, разумеется, советник. — Максим небрежным жестом смахнул с ближайшего стола какой-то прибор и уселся, опершись спиной о переборку. — Надеюсь, вы знаете, что такое радиомаяк?

— Да, конечно. — До контрразведчика начало понемногу доходить, что ситуация складывается не в его пользу.

— Ну, так распорядитесь, чтобы принесли щуп!

— Х-хорошо… Гольбум, вы слышали?

— Сию минуту, господин секретный советник! — Коротышка пулей вылетел за дверь.

— И… с какой же миссией вы направляетесь на Шалосс, господин… Гален, если не ошибаюсь? — прищурился контрразведчик.

— По-моему, вы превышаете полномочия, советник. — Максим прицелился и пнул стойку с кучей каких-то мелких коробочек и индикаторов. Сооружение обрушилось с печальным металлическим звоном, оглушительно хлопнула взорвавшаяся катодная трубка. — Кстати, ваше имя меня совершенно не интересует.

— Римас Горасс…

— Я сказал, не интересует.

— А вот меня так очень интересует, что вы делали сегодня ночью, с половины второго до без четверти два!

— Вы опять превышаете свои полномочия…

Дверь распахнулась, и ввалился красный от усердия Гольбум, держа в охапке длинный цилиндр с параболической сетчатой антенной на одном торце.

— Вот… господин… советник… — в три приема, запыхавшись, выдавил коротышка и протянул прибор контрразведчику.

Горасс придирчиво осмотрел радиощуп, щелкнул тумблером. На торце прибора вспыхнула зеленая лампочка, антенна пришла в движение и начала медленно вращаться. Советник повернулся к Максиму.

— Ну, и где?

— На правом плече. — Максим слегка повернулся. — Определяется с расстояния до полуметра.

Контрразведчик направил щуп в сторону Максима. Лампа на торце прибора медленно налилась красным светом, и раздался тихий ритмичный писк. Советник изменился в лице и стал окончательно похож на отощавшего оронтского тяжеловоза.

— Красный допуск!.. — пробормотал он потерянно, потом опомнился, выпрямился и щелкнул каблуками. — Приношу свои извинения, ленд Гален! Служба такая.

— А в чем, собственно, дело, Горасс? — небрежно поинтересовался Максим, спрыгивая со стола.

— Сегодня ночью кто-то воспользовался корабельной радиостанцией для передачи секретного сообщения. Передача велась в сверхчастотном диапазоне, расшифровке не подлежит за неимением нужного транслятора. Адресат также не установлен.

— М-да… Происшествие. — Максим, засунув руки в карманы, озабоченно покачался с пятки на носок. — А на Шалоссе имеется транслятор?

— К сожалению, нет. — Огорчение советника было совершенно искренним, и Максиму на секунду даже стало жалко этого старого служаку. — Такая аппаратура имеется только в столице, в Адмиралтействе.

— Жаль. Мы туда с вами попадем теперь нескоро. Я имею полномочия закрыть базу Шалосс для подготовки секретной разведывательной операции, в которой, думаю, вы сыграете не последнюю роль, советник!

— Почту за честь работать с вами, ленд Гален!

— Что ж, тогда готовьтесь к высадке, господа! — Максим распахнул дверь и перешагнул комингс отсека. — До скорой встречи!

Канцлер сидел в своем рабочем кабинете и задумчиво смотрел в окно. Из окна открывался вид на дворцовую набережную и парк за неширокой лентой канала. Ветер гнал по набережной серо-зеленую чахлую листву, сорванную в парке, и сбрасывал ее в черную воду канала. «Вот так и нас всех скоро сорвет с пригретых, обжитых мест, закрутит и утопит в мертвой черной бездне. И следа не останется, — мрачно думал Канцлер. — А как все славно начиналось!.. Мы были молоды, отчаянно смелы и полны благородных идей: спасти страну от гибели, спасти мир от разрушения, построить светлое будущее… Где теперь все это — страна, мир, будущее? Мир рушится, страна подыхает от лучевого голодания, а будущее очень скоро придет сюда вместе с флотом белых субмарин…»