Чтение онлайн

Я прикинулась глупышкой:

– Подарками от спонсоров!

Тома взяла сантиметр и начала наматывать на палец.

– Конечно, нет! Только полная идиотка может визжать от восторга, заполучив набор дешевой косметики и полупердон из крашеной мыши. В зале непременно присутствуют представители крупных модельных агентств. Жюри ерунда, там сидят непрофессионалы, мужики, которые пускают слюни при виде смазливых девушек, и какая-нибудь скукоженная баба, завидующая молоденьким куколкам. Агенты другое дело. Порой девчонка сразу сходит с дистанции, на первом этапе испытаний вылетает. А потом глядишь, через полгода лузерша по подиуму в Нью-Йорке или Париже вышагивает. Ее выделил из массы агент с отличным чутьем. Супермодели Водянова, Пивоварова и многие другие считались неперспективными с неправильной внешностью, у всех у них непростая судьба, и всех открыли именно так. Знаешь, кто к нам на полуфинал заглянул? Том Клампенски.

– Клампенски? – повторила я. – Никогда о нем не слышала.

Тамара кивнула.

– Верно, ты не работаешь в области моды, в фэшн-мире Том человек из первой десятки. Американец. Аккредитовывается под видом журналиста и на самом деле пишет для прессы. Но основной его род деятельности – звездозажигатель. Если Том тебя заметит, пляши джигу, беги в церковь, скупай все свечи и засыпай ими алтарь, тебе повезло невероятно, ты очутишься в США и станешь лучшей!

Я посмотрела на раскрасневшуюся Тамару. Чего она так нервничает?

– Той девушке, которая станет королевой, «Комареро» обещало контракт в Америке, она и без твоего Клампенски попадает на лучшие подиумы, – возразила я.

Стилист дернула плечом.

– Не говори о том, чего не знаешь! Думаешь, все в Нью-Йорке супермодели? Да там полно никому не известных вешалок, как и у нас! Бегают по показам, получают копейки, никому не интересны. Ну подпишет дурочка договор, покантуется год в США и вернется назад без славы и денег. А Клампенски делает звезд! И ему плевать на звание супер-пупер мисс. Главное, чтобы модель выделялась. Но, правда, не все от него зависит. Клампенски дает шанс, а девчонка должна работать. Начнет бухать, нюхать волшебный порошок, таскаться по мужикам – конец карьере.

Тома швырнула сантиметр на стол.

– Я уверена, что он придет на финал и предложит одной из наших участниц контракт.

Я потрясла синим платьем.

– И ты решила представить кого-то в исключительном виде? Чтобы получилось как на полуфинале. Все в платьях, а я одна в шароварах? И кто же та счастливица, которую патронирует стилист? Это стойка с платьями, приготовленными на финал?

Тамара кивнула.

Я принялась перебирать вешалки.

– Нежно-розовое в блестках! Персиковое в пайетках! Бежевое с бисером! Дорогие наряды, модные… Одна беда!

Тамара насупилась.

– Какая?

Я опять пошевелила вешалки.

– Выйдут финалистки на сцену, встанут в линию, и что? Сольются в единое целое. Все блестит, переливается и примерно одного тона: цвета пудры, созревшего персика, жемчуга. Нет ярких пятен. Красного! Зеленого! Оранжевого! Даже черное в этом соседстве заиграет. И еще. Финалисток четыре, а вещей три! Кому-то не хватило тряпочки? Или?..

Я вернулась к стулу и взяла темно-синее старинное платье.

– Или вот оно? То самое яркое пятно, выделяющееся не только цветом, но и фасоном. Три девочки будут словно клоны, четвертая притянет взоры. Кто эта счастливица? И каким образом ты убила Лену?

Тамара ахнула и схватилась за горло.

– Спокойно, – быстро добавила я, – думаю, это ты угостила дурочку, придумавшую себе супержениха Шота Руставели, напитком, который содержал пустырник. Понимаю, зачем ты устранила Лену, она могла претендовать на победу. Но кто рассказал тебе об аллергии девушки на распространенное успокоительное? Как тебе удалось заманить ее на чердак и влить в несчастную отвар? Сколько ты заплатила Михаилу Матвеевичу?

Тамара разлепила побелевшие губы.

– Я не общаюсь с хозяином. Зачем мне давать ему деньги?

– За удержание Катерины в его апартаментах! – желчно пояснила я. – Катя в группе лидеров. А ты ведешь свою линию, в обход Зямы и Риты договорилась с букмекерами.

Губы Тамары из белых стали синими.

– Катя отвлекающий фаворит. Мне нет смысла от нее избавляться! Я отлично знаю, что на финале выстрелит темная лошадка!

Я подмигнула стилистке:

– Сандра?

– Да, да, да, – излишне быстро подтвердила Тамара, – Сандра. Какой смысл мне наряжать Катю? Конечно, наивная девчонка считала себя лидером и соответственно капризничала, но недолго она ликовала.

Меня вдруг осенило, я встала, вернулась к стойке и вгляделась в бумажки, приклеенные к верхней части вешалок.

– Ой, как забавно! Сандре предназначено «пудровое» платьишко! Алисе персиковое, Кате жемчужное! Ты, выходит, знала, что Катерина примет участие в финале, иначе зачем ей наряд утюжить?

Тамара опять схватилась за шею.

– Если Катю не найдут, ее роль исполнишь ты! Нельзя же написать на ярлычке «Лампа», вдруг кто увидит?

– Отличная попытка, – похвалила я. – Засчитано. Но вот новый вопрос. Сандре по решению Зямы и Риты предстоит получить корону от фирмы «Комареро», но ты выбрала другую девушку – Олю. Самую тихую, неприметную, она при мне ни словечка не проронила, на репетициях скользит молча, но на конкурсах выделяется. Всегда метко отвечает, словно заранее знает, что у нее спросят, и ей постоянно достаются оригинальные наряды. Только в последнем испытании облом случился, я в шароварах плясала, слабала на арфе и обошла всех на повороте! Я сейчас вспомнила, как держится Ольга, и запоздало сообразила: ею кто-то руководит, слишком уж правильное поведение у красавицы. В лидеры она вроде не рвется, но без срывов дошла до финала, не порет глупости, не капризничает, на фоне остальных смотрится очень достойно. Она спокойно стояла, когда в конкурсах побеждала Катя, не злилась, не канючила, как другие, создавалось впечатление, что Олечка замечательно воспитана, умеет делать хорошую мину при плохой игре. Но, может, дело не в интеллигентности, а в ее уверенности, что она непременно победит? Синее платье ты решила надеть на Олю!

Дверь в костюмерную приоткрылась, в комнатушку, как по заказу, вошла Оля.

– Ну, принес? – не замечая меня, стоящую за стойкой с платьями, зашептала она. – Давай скорей мерить!

– Ольга! Выйди вон! – каменным голосом произнесла Тамара. – Вон! Повторяла сто раз! Никто сюда не лезет! Я сама приглашаю на примерку. Немедленно убирайся!

Но Олечка оказалась на редкость непонятливой:

– Тетя Тамара, ты чего? Мы же ночью договорились! Ты сказала про старинное платье, просила меня до завтрака забежать.

– Дура! – выпалила стилист.

Я вышла из-за ряда вешалок.

– Тетя Тамара? Вы родственницы?

Оля взвизгнул и хотела удрать, но я успела схватить девушку за капюшон курточки.

– Погоди, у меня к тебе есть вопросы.

– Я ничего не знаю, – захныкала Оля. – Тамара Владимировна, простите, я не хотела вам помешать.

Стилист отвернулась к окну.

– Наоборот, ты очень кстати, – заверила я девицу. – Тома, она вам кто?

– Племянница, – сквозь зубы процедила Тамара, – дочь сестры.