Чтение онлайн

Мягкая кровать, три покрывала, пуховая подушка.

В своих воспоминаниях они видела поразительно красивое лицо. Слышала грешный сексуальный голос.

Кирпичные стены, гобелены, свисающие с крючков.

Уловила аромат парфюма, увидела высокого мощного мужчину в дорогой одежде, услышала звон разбившегося стекла.

Огонь в камине, одна дверь. И ни одного окна.

Эви с трудом сглотнула в полной тишине. Она понятия не имела, где находится. В фильмах и книгах подобное происходило постоянно, но в реальном мире случившееся сопровождалось парализующим ужасом. Это означало, что в какой-то момент контроль над происходящим утерян. В какой-то момент, ты уже не отвечал за собственные способности, память и судьбу. И можно было лишь надеяться, что кто бы это ни был, он не причинит тебе вреда.

— Никогда ни за что на свете я не причиню тебе вреда, Эви.

Эви вздрогнула, резко вздохнула и с безумной скоростью вскочила с кровати. С развевающимися, хлестающими по лицу волосами она поворачивалась, осматривая каждый угол странной комнаты без окон. С длинными темными бесконечными тенями.

Но в этой тьме сияли звезды — две звезды, которые становились все ярче по мере того, как мужчина появлялся из темноты. Его красивое лицо освещал свет.

О боже… Эви, обезумев от ужаса, мысленно пронзительно закричала. Это оказался мужчина из ее воспоминаний, все шесть с половиной поразительно восхитительных футов.

Нет… Она покачала головой, раздираемая противоречивыми эмоциями, влечением к нему и тем, что означало его появление перед ней. Воспоминания теперь всплывали все быстрее и сильнее, сливаясь, словно частички головоломки, ожившей в ее сознании. В ней не было никакого смысла. Это невозможно.

Фантазии.

В вихре красок, света и какафонии звуков от нахлынувших воспоминаний высокий смуглый мужчина появился из ниоткуда, поднял ее в небо, чтобы спасти от взбесившейся упряжки лошадей, а затем он же поприветствовал ее в кафе. А потом там же раздались выстрелы, взорвались стекла, и он снова притянул ее к себе…

Поток образов прервался от нахлынувших воспоминаний о его объятиях. Крепкая, но нежная и уверенная хватка. Тепло, и несмотря на все это безумие, исходящее от него ощущение безопасности.

Несбыточные фантазии. Она действительно рехнулась.

«Кто ты? — захотелось ей закричать. — Где я? Что, черт возьми, со мной происходит?» Но Эви словно онемела, не в силах произнести ни слова. Она застыла, осознавая мелькающие перед ней картинки… порабощенная мужчиной, стоявшим в нескольких футах от нее.

Это оказалось уже слишком. Она словно скользила вниз по грязному склону, прямо в зияющую перед ней огненную пропасть безумия.

— Мне так жаль, Эви, — пробормотал мужчина. Она окунулась в его бездонные глаза, темные и наполненные, казалось, искренним сожалением. — Каким-то образом у тебя выработался иммунитет к моему ментальному воздействию. Я больше не могу тебя защищать.

— Кто вы? — вдруг закричала Эви, ее голос, словно из недр бурлящего вулкана, наконец вырвался изо рта. — Откуда вы меня знаете? — простонала она, с бешено колотящимся сердцем. — Где я? — Эви затихла, срывая голос на опасно высокой ноте, переводя с него взгляд и осматривая комнату.

— Эвелин Фэрроу, — произнес мужчина, его бархатный голос словно усилился. Проник в ее сознание, на мгновение вытесняя воспоминания, страх и всепоглощающее безумие. Он требовал ее внимания… и она подчинилась. С прерывистым вздохом, преодолевая истерику, Эви повернулась, что снова заглянуть в его бездонные глаза.

— Прежде всего пойми, я не желаю тебе зла. Пока я с тобой, тебе никто не причинит вреда, — сказал он. — Пока ты здесь, — он обвел рукой комнату. — Ты под моей опекой, и поверь, прежде чем добраться до тебя, любая опасность наткнется на меня.

Эви услышала его слова и даже как-то осмыслила их, почувствовав себя спокойней.

Он шагнул к ней, эхо от начищенных ботинок прокатилось по каменному полу.

— Ты понимаешь? — спросил он мягким, но настойчивым тоном, словно говорил с больным ребенком.

Эви не была глупой. Она очень хорошо знала, что серийные убийцы и психопаты имеют очень странные представления о том, что значит вред для другого человека. Она знала, доверять ему — безумие. Но разве то, что происходило сейчас, не безумие… и когда посмотрела в его невероятные глаза, почувствовала, как обволакивает его голос, не могла отрицать, что хотела поверить. Даже очень.

Она кивнула. Только на это оказалась способна в данный момент.

Мужчина, медленно и глубоко вздохнув, продолжил:

— Меня зовут Роман. Это мой дом. — Он замолчал на мгновение, обводя взглядом стены и дверь. — Во всяком случае, один из них. — Он снова повернулся к ней. — Я привез тебя сюда, чтобы защитить.

— О-от чего? — автоматически спросила она.

«От лошадей», — расхохотался ее внутренний голос. Совсем не ободряющим смехом. Нет, подумала она вполне серьезно, словно школьный учитель, успокаивая хихикающего ученика. От того, что снаружи… Ее воспоминания застыли во времени. Эви заглянула в собственное подсознание, словно вошла в киноленту, которая крутилась прямо в ее голове. Она видела опасность — ощущала ее прямо за окнами кофейни. Посмотрела на окна, сквозь них, и увидела пригнувшиеся к земле фигуры, темные и выжидающие. Они пришли за ней. Смерть. Нет, не для нее.

Для Романа.

— Их называют Охотниками, — сказал он. — А теперь, когда они увидели тебя со мной, то станут охотиться и на тебя.

Эви моргнула. Сглотнула, ну или попыталась сглотнуть, но в горле застрял сухой комок. На глаза навернулись слезы, размывая видимость. Она провела дрожащими руками по джинсам, посмотрела вниз и поняла, что все еще полностью одета, вплоть до шерстяных носков. С нее сняли только ботинки.

Нечто обнадеживающее.

Эви все еще смотрела вниз, избегая взгляда Романа, — так легче думалось.

— Как вы меня сюда доставили?

— Я перенесся вместе с тобой. Для подобного есть очень простое заклинание.

Заклинание…

Мир слегка потемнел, и Эви словно снова оказалась на вершине грязного пологого склона. Подумала об остановке и экипаже, запряженном лошадьми. Она даже услышала грохот, когда изображение стало более реальным.

— А в первый раз? — спросила она едва слышным шепотом. — С лошадьми?

Роман заколебался. Возникла убийственная пауза.