Кордон
Шрифт:
Взято английское знамя, 7 офицерских сабель и 56 ружей. Повреждения на судах замечены: на обоих фрегатах во многих местах пробоины в корпусе и перебиты ванты. На английским фрегате «Президент» сбит гафель и перебита крюйс-стеньга. На фрегате «Форт» перебита фока-рея, на берегу найдены обломки кормовых украшений, на пароходе поврежден кожух.
Пленные показали, что 18 числа, т. е. в самый день входа эскадры в Авачинскую губу, умер английский контр-адмирал Прайс, что будто бы он застрелился по неосторожности на верхней палубе в то время, когда наши батареи открыли уже огонь. Английский контр-адмиральский флаг не был спущен во все время пребывания эскадры на рейде.
25-го августа пароход «Вираго» отправился в Тарьинскую губу, имея на буксире три баркаса, прочие суда чинились.
Батареи наши № 3 и № 7 исправлены в ночь с 24 по 25 число…
26-го пароход возвратился ночью. Неприятель поднял большие гребные суда в ростры. В восемь часов пополуночи плашкоут наш изрублен и отпущен по ветру. На французском контр-адмиральском фрегате поднята фока-рея, на английском контр-адмиральском — крюйс-стеньга. В пять часов пополудни показался во входе в губу бот наш № 1, под командою боцмана Новограбленова и был уже в виду эскадры, но, предупрежденный людьми с Дальнего маяка, ушел в море и передал известие о неприятельской эскадре встретившейся с ним около Старочкова острова шхуне «Восток», шедшей в Петропавловский порт с депешами от Вашего Превосходительства и с почтою. Шхуна ушла в Большерецк, а бот № 1, перескочив через риф, скрылся в Жировой бухте.
27-го числа в половине восьмого часа пополуно1» эскадра снялась с якоря и вышла в море, и скрылась из виду сего же числа. Бот прибыл в Петропавловский порт 1 сентября, а 2-го — корвет «Оливуца».
Из найденной записки у убитого неприятельского офицера, так полагать можно у командовавшего десантом, видно, что у северной оконечности высажено десанта 676 человек, да кроме того у перешейка в пяти гребных судах до 200 человек, всего же около 900 человек. Десант этот был отражен и сброшен с горы малыми отдельными отрядами, в которых считалось 290 нижних чинов, что самое может свидетельствовать о храбрости отрядных командиров и их команды. Вообще считаю обязанностью донести, что господа штаб- и обер-офицеры и нижние чины исполняли свой долг с отличным мужеством и храбростью. Таким образом, обещание мое, сделанное его императорскому высочеству 18-го числа июля сего года за № 2021 в том, что в каких бы силах неприятель ни напал на Петропавловский порт, флаг оного будет свидетелем подвигов чести и русской доблести — исполнено ныне в точности.
В заключение долгом считаю донести Вашему превосходительству, что неожиданное прибытие фрегата «Аврора» в Петропавловск способствовало к увеличению средств обороны порта орудиями, снятыми с фрегата для устройства батарей, так и тем, что из находящегося на нем большего комплекта офицеров можно было назначить в командование этих батарей и стрелковых партий офицеров испытанных, которые, сумев воодушевить людей, способствовали победе…
Подробное донесение об отличиях господ офицеров представлено Вашему превосходительству с одним из храбрейших офицеров 47-го флотского экипажа лейтенантом князем Дмитрием Максутовым № 2453, 7 сентября 1854 г. Петропавловский порт.
Из письма И. Е. Вениаминова (архиепископа Иннокентия) Н. Н. Муравьеву.
«С искренней величайшей радостью честь имею поздравить Вас с дивною и нечаемою победою над сильнейшим врагом, напавшим на нашу Камчатку. Прежде всего слава и благодарение господу Богу, даровавшему силу и крепость нашим Камчатским героям и благословляющему все наши благие намерения и начинания! Кто теперь не видит, что если бы Вы не сплыли и не сплавили с собою по Амуру хлеб и людей, то теперь в Петропавловске были бы только головни и пепел. И потому не знаешь, чему более радоваться? Открытию ли Амура, столь благовременному, или спасению Камчатки, так ясно доказавшему пользу открытия Амура? Затем честь и слава Вам, как главному виновнику всего этого…»
Из письма писателя И. А. Гончарова Е. П. и Н. А. Майковым.
«Знаете ли, что Камчатская победа было плодом распоряжений
Н. Н. Муравьева? Мы плыли в Татарском проливе на шхуне в Ляп, * А что если англичане придут в Камчатку?»— спросил я. «А пусть придут, — ответил он. — Теперь там 70 пушек, и я послал туда 300 человек кнэа ков: пусть придут». «Какой чудак, — подумал я. — Что сделают 70 пушками, когда на каждом военном судне около 50 пушек и до 400 человек!» А вот он предсказал успех, стало быть, был уверен…»
Из письма Н. Н. Муравьева брату.
«Ты, вероятно, уже прочел в газетах о поражении, нанесенном не приятелю в Камчатке, и, конечно, порадовался этому прежде, как русский, а потом как брат мой, что и мои труды и хлопоты не остаются fltvi существенного вознаграждения, т. е. успеха. Конечно, Россия мне обязана сохранением Камчатки…»
Из статьи офицера англо-французской эскадры Эдмонда дю-Айна «Тихоокеанская кампания. Петропавловская экспедиция».
«Какое превосходное умение воспользоваться временем! Прийти из Кронштадта в Камчатку, переплыть два океана, едва имея несколько дней для отдыха, с изнуренным экипажем, половина которого в скорбуте, но что из этого? Не в море «Аврора» надеется нас отразить. И вот начались работы для защиты порта, в котором укрылась; работы, совсем забытые в продолжение долгих лет мира…
Может быть, покажется странным видеть возле знаменитых имена адмирала Завойко {Генерал-майор В. С. Завойко получил адмиральское звание после героической обороны Петропавловска} и командира «Авроры» капитана Изыльметьсва, но все на свете относительно…
Дождавшись союзную эскадру в пределах отдаленной Сибири, отразив ее нападение на полуострове, где еще не раздавался звук европейской пушки, два человека, названные нами, доказали, что русские моряки умеют сражаться счастливо: они имеют право, чтобы их имена сохранились в летописи русского флота…»
От автора
В Англии главным виновником полного поражения союзной эскадры в Петропавловске был объявлен адмирал Дэвид Прайс. Никто из англичан не побеспокоился о создании памятника на могиле командующего эскадрой. Ныне место захоронения Дэвида Прайса затеряно.
Адмирал Фебрие де Пуант после поражения на Камчатке жил несколько месяцев. Он умер в пути, не добравшись до Франции.
Судьбы некоторых героев обороны Петропавловска
Капатан-лейтенант Иван Николаевич Изыльметьев. За оборону порта награжден орденом св. Владимира 3-й степени и произведен в капитаны 2 ранга В 1866 году получил звание контр-адмирала.
Был начальником штаба Кронштадта. Умер в 1871 году.
Лейтенант Александр Петрович Максутов. Двадцатидвухлетний герой скончался от тяжелого ранения 10 сентября 1854 года.