Чтение онлайн

Вот это мне по душе, подумала Коралайн и выглянула в окно. Пейзаж из окна открывался такой же, как из окна ее собственной спальни: деревья и поля, а за полями, на самом горизонте – далекие пурпурные холмы.

Что-то черное стремительно пронеслось через комнату и скрылось под кроватью. Коралайн опустилась на колени и заглянула туда. Не меньше пятидесяти крошечных красных глаз уставились в ответ на нее.

– Привет, – поздоровалась Коралайн. – Вы и есть крысы?

Они выбрались из-под кровати, часто мигая от яркого света. У крыс была короткая угольно-черная шерсть, маленькие красные глаза, розовые лапки, похожие на когтистые миниатюрные руки, и такого же цвета безволосые хвосты, напоминающие длинных скользких червей.

– Вы умеете разговаривать? – спросила у крыс Коралайн.

Самая большая и самая черная из них кивнула. Коралайн решила, что та как-то неприятно ей улыбается.

– Ну, – сказала Коралайн, – что вы умеете?

Крысы собрались в круг.

Затем принялись осторожно но сноровисто взбираться друг на друга, пока не образовалась пирамида с самой крупной крысой на вершине.

Крысы принялись выводить тонкими шипящими голосами:

Нехорошая какая-то была их песня. Коралайн была уверена, что где-то уже слышала если не эту песенку, то что-то очень похожее, но никак не могла вспомнить, где именно.

Но вот пирамида распалась, и крысы, черные и шустрые, резво помчались к двери.

Другой сумасшедший старик с верхнего этажа стоял на пороге с высокой черной шляпой в руках. Крысы облепили его, забираясь ему в карманы, в рукава, штанины брюк и за шиворот.

Самая крупная вскарабкалась старику на плечи, уцепилась на длинные седые усы, и, мелькнув перед его черными глазами-пуговицами, залезла на голову.

В считанные секунды о том, что здесь вообще были крысы, напоминали лишь непоседливые комочки под его одеждой, без устали переползающие с места на место вдоль и поперек; осталась лишь самая большая крыса, глядящая вниз с макушки хозяина своими сверкающими красными глазами.

Старик одел шляпу – и эта крыса исчезла тоже.

– Привет, Коралайн, – сказал другой старик сверху. – Вот, услыхал, что ты здесь. Крысам пора ужинать. Но ты можешь пойти со мной и посмотреть, как они едят.

Было что-то голодное в его пуговичных глазах, и Коралайн почувствовала себя неуютно.

– Нет, благодарю, – отказалась она. – Я схожу на улицу, поразведываю.

Старик очень медленно кивнул. Коралайн слышала, как его крысы о чем-то шепчутся, хотя, никак не могла разобрать, о чем. Она вообще не была уверена, что хочет это знать.

Ее другие родители стояли на пороге кухни, когда она проходила мимо по коридору, улыбались совершенно одинаковыми улыбками и медленно помахивали ей руками.

– Удачно развлечься! – пожелала ей другая мама.

– Будем ждать тебя домой! – добавил другой папа.

Дойдя до входной двери, Коралайн обернулась. Они так и смотрели на нее, улыбаясь и махая руками.

Она вышла из квартиры и спустилась по лестнице.

Снаружи дом совсем не изменился. Или почти совсем: вокруг двери мисс Форсибл и мисс Свинк мигали бегущие синие и голубые огоньки, которые складывались в слова. Они все бегали и бегали, вспыхивали и гасли.

Сначала шло слово «ИЗУМИТЕЛЬНО!» за которым появлялось «ТЕАТРАЛЬНЫЙ» а затем «ТРИУМФ!!!».

Погода вокруг не изменилась – стоял по-прежнему холодный и солнечный день.

За спиной раздался вдруг вежливый шорох.

Коралайн обернулась. Рядом, на стене примостился огромный черный котяра, точь-в-точь такой же, как кот у нее дома.

– Добрый день! – поздоровался кот.

Голос словно раздавался внутри ее головы; он будто бы состоял из одних слов, но был определенно не женским, а мужским.

– Привет, – ответила Коралайн. – У себя дома в саду я видела точно такого же кота. Ты, должно быть, другой кот?

Кот покачал головой.

– Вот и нет, – возразил он. – Никакой я не другой! Я – это я. – И отвернулся, оскорбленно сверкнув зелеными глазами. – Вы, люди, так любите распыляться! Коты же, наоборот, всегда цельные. Если ты понимаешь, что я хочу сказать.

– Кажется, понимаю. Но если ты тот самый кот, что и у меня дома, то как ты можешь разговаривать?

У котов, конечно, нет таких плечей, как у людей. Но этот кот по-настоящему пожал плечами, одним плавным движением, начавшимся с подергивания кончика хвоста и закончившимся приподнятыми усами.

– Я просто разговариваю.

– У меня дома коты не разговаривают!

– Правда? – спросил кот.

– Правда, – подтвердила Коралайн.

Кот грациозно спрыгнул со стены на траву у ее ног. И внимательно уставился на нее.

– Что ж, ты знаток в таких делах, как я посмотрю, – сказал он сухо. – Что, в конце концов, могу знать я? Я ведь всего лишь кот!

И он зашагал прочь с гордо вздернутым хвостом и головой.

– Вернись! – попросила Коралайн. – Ну, пожалуйста! Я прошу прощения. Честно!

Кот остановился, сел и принялся задумчиво умываться, очевидно, совсем не интересуясь присутствием Коралайн.

– Мы... знаешь, мы могли бы быть друзьями! – предложила она.

– А еще мы могли бы быть каким-то редким видом танцующих африканских слонов. Но мы не слоны. – И злорадно добавил: – По крайней мере, не я.