Конт
Шрифт:
– Кто ты?
– Мы еще встретимся….
Как же болит голова! Что это было? Галлюцинация-философ? К чему эти слова? Или это видение – продолжение сна с Вадием? И сон ли то был? Или точно такой же глюк?
– Отставить! – прохрипел конт Валлид. – Приведите ко мне чернобородого.
Она старалась не смотреть на окровавленное тело баронессы. Это было неправильно, нелепо и глупо.
«Она это заслужила», – безапелляционно заявил внутренний голос.
«Нет, смерть неизбежна, из нее нет возврата. Надо было продать ее в рабство, пусть бы попробовала на своей шкуре, что такое неволя».
«Считаешь? И чего ты переживаешь? Ты ведь и раньше видела убийства и не задумывалась о моральной стороне наказания».
«Там было исполнение приказов. Решения, вынесенные другими. Не палач несет ответственность за казнь, а судьи».
«Теперь ты – судья! Смирись с этим и постарайся выполнять свою работу хорошо, чтобы не было стыдно перед собой».
«Заткнись! Заткнись! – Виктория обхватила ладонями лицо и с силой его потерла. – Я теперь буду вынуждена разговаривать сама с собой?»
«Поздравляю, Викушка. Это шизофрения».
Голос в голове противно захихикал.
Неужели она все же сошла с ума? Не выдержала раздрая между мужским и женским? Не смогла приспособиться? Судя по галлюцинациям и выпадению из реальности, так оно и есть.
«Здравствуй, безумие!»
«Здравствуй, Виктория!»
Конт издал квакающий звук, совершенно не похожий на смех.
– Кир Алан, я привел раба.
В голосе воина звучало сочувствие. Или это ей показалось?
– Ты всегда был рабом? – Алан потер виски. В горле пересохло, жутко хотелось пить, но от запаха крови мутило, и Виктория боялась попросить воды.
– Бывший баронет Ровец. Не те земли захотел захватить, казнен Орденом Искореняющих, лишен титула и продан на рудники, откуда был выкуплен братом и перепродан сюда, на фронтир.
– Брат спас тебя, – кивнул конт. – Принесешь мне клятву верности?
– Вассальную клятву? Сочту за честь. Только…
– Ты больше не раб. Как владетель этих земель я дарую тебе свободу. Серый, – окликнул Алан воина, – скажи брату Искореняющему, что он мне нужен.
Быстрее бы закончить с делами здесь и вернуться в Кровь. Сейчас просто необходимо сесть и разобраться в себе. Понять, насколько далеко зашла болезнь, и научиться с нею жить. Если это возможно.
Искореняющий пришел через десять минут, полностью одетый, серьезный и строгий, словно не он дурачился и смеялся всего полрыски назад. Он бросил быстрый взгляд на трупы и одобрительно кивнул:
– Правильное решение, не стоит вводить наследников в искушение. Сын Рогана жив?
– Жив. – Алан опустил глаза под пытливым взглядом ксена. В отличие от него он не считал свой поступок правильным. – Баронет Ровец берет опекунство над мальчиком и до его совершеннолетия будет управлять этими землями. Он принесет мне вассальную клятву.
– Баронет Найк Ровец был казнен Орденом, – строго произнес брат Искореняющий. – Его герб уничтожен, он лишен титула и дворянства. Перед вами простой человек по имени Найк.
– И как нам соблюсти формальности?
– Зачем вам сохранять баронство? Не лучше ли присоединить земли Рогана к землям Валлида?
– А сын Рогана?
– Безземельный барон. Я бы на вашем месте приказал убить младенца, вам ведь не нужен в будущем враг за спиной?
– Я не смогу… – Конт покачал головой, что тотчас отозвалось пронзительной болью в висках. – Он ведь невиновен. Давай найдем другой вариант решения проблемы. Может быть, мне его усыновить? И когда мальчик вырастет, вернуть ему эти земли?
Ксен посмотрел на Алана с жалостью, а затем бросил быстрый взгляд в сторону прислушивающегося к разговору Найка.
– У вас еще будет время решить, что делать с ребенком, – многозначительно произнес Искореняющий, пристально глядя на бывшего раба.
Будь Виктория не такой уставшей и разбитой, не изводи ее головная боль и дурные предчувствия, она бы, конечно, обратила внимание на эти переглядывания, но она была слишком занята внутренним конфликтом и не заметила, как кивнул Найк, показывая, что понял намеки ксена.
– Пока предлагаю назначить наместника, который будет править замком от вашего имени. Им может быть любое ваше доверенное лицо.
– Отлично, прикажи подготовить бумаги на имя люда Найка. – Алан потер глаза. – Алвис, я ничего не понимаю в местных законах, сделай, чтобы все было правильно. Пожалуйста.
Ксен поклонился, но при этом бросил на конта очередной задумчивый взгляд. Нет, с этим надо что-то делать. С Искореняющим придется поговорить начистоту.
– Кир Алан, вам требуется изучить законы королевства. Варавское право и Законы Храма. Ваши учителя упустили этот момент или вы их просто не слушали, – не удержался от шпильки Алвис.
Виктория порылась в памяти. У виконта был всего один учитель – брат Взывающий, несший службу в Крови до брата Турида. А он обучал мальчика лишь чтению и устному счету. Да и сам Алан Валлид не стремился к знаниям, предпочитая меч и кулаки правописанию и математике. Ребенок не хотел, а остальным и дела до этого не было.
– Ты не думаешь, что таким было указание сверху? – Конт ткнул пальцем в небо. В глазах ксена мелькнуло понимание. – Вернусь в Кровь, начну учиться.
Ксен прав, знаний не хватало, даже в таких мелочах, как эта, возникали вопросы, как поступить правильно. Только вот лучше нанять хорошего юриста, чем сидеть за учебниками.
– Вы опять потеряли оберег, – с этими словами Алвис протянул конту талисман друиды. – Наденьте.
Но Виктория сунула мешочек в карман, страшась новых ощущений.
Все решилось быстро. Найк стал наместником конта в замке Роган и опекуном юного барона. Под присмотром Длани Наместника он принес Киру Алану клятву верности и сразу же приступил к своим обязанностям. Даже штаны не переодел, лишь нацепил на пояс меч. И такое блаженство было у него на лице, когда он гладил простую рукоять короткого широкого меча, такое удовлетворение и благодарность во взгляде, наполненном непролитыми слезами, что Виктория еще раз убедилась в правильности спонтанно принятого решения. Этот будет горой стоять и за конта, и за своих людей. Да и люди смотрели на Найка с уважением и надеждой.