Чтение онлайн

Ирина пододвинула ему свой сотовый.

— Ваш разрядился.

Не женщина — мечта! Понимает с полувзгляда! Трижды будет дурак, если упустит!

— Володя, дуй ко мне домой… а, ты уже там? Поднимись, Анна Тимофеевна тебе вручит чехол с костюмом и рубашкой для меня. Привезёшь по адресу: Горный переулок, четыре. Жду звонка.

— Анна Тимофеевна — это? — Котова замерла в ожидании ответа.

— Домработница, — просто ответил Коршунов, набирая очередного абонента.

— Катюша, я буду через час. Телефон разрывается? Ну что могу посоветовать — отстреливайся и держи оборону. Я в тебя верю!

Покончив с распоряжениями, «деспот» аккуратно положил на стол телефон и задумался. Помещение наполнилось какой-то напряженной тишиной. Ирка из-за неловкости почувствовала себя гостьей в собственной квартире. Смотрела в чашку, не в силах поднять взгляд на Вадима.

— Ирина, до которого числа у вас больничный? — Шеф решил вернуться к «вопросу дня».

— Вадим Федорович, я не вернусь в фирму, — вздохнув, тихо сказала Кошка, чувствуя, как начинают подрагивать губы. — Закрою бюллетень и сразу уйду в отпуск, а потом… Я надеюсь, что вы все-таки подписали заявление.

Тёплая ладонь мужчины легла поверх её. Чуть сжала.

— Я не хочу тебя отпускать. Куда ты пойдешь? Столько лет отдать предприятию, не жалко бросать? То недоразумение… я был неправ, признаю. Вспылил, не разобрался. Давай забудем, будто ничего не было.

— Допустим… допустим, забудем. — Ирина отчетливо представила свое дальнейшее пребывание в «Сфере». Опустила взгляд на его руку, в которой покоилась её длань, как в нежном коконе из тепла и ласки. Служебный роман? Только не это!

Не избежать сальных взглядов сослуживцев, мерзкого шёпота за спиной, грязных намёков. Отчего ж намёков? Будут и отношения: близкие, головокружительные и… недолгие. Эйфория схлынет. Вон на каких засматривается — на рыжих, наглых, красивых. А ей останется только страдать и мучиться. И всё равно уволиться. Нет, не нужно питать ложных надежд, а уйти сейчас красиво, пока любовь не затянула удавку на шее, пока она открыто и прямо может смотреть в глаза этому обаятельному самоуверенному мужчине, пока еще в силах сказать «Нет».

Кошка аккуратно высвободила ладонь, вставая, отворачиваясь к окну, потирая вдруг озябшие плечи, мысленно прося его поскорее уйти. Водитель должен появиться быстро. У начальника всё происходило быстро.

Вздрогнула, почувствовав прикосновение к спине. Мужчина стоял позади, касаясь ее. Его шумное прерывистое дыхание щекотало макушку, посылая искорки возбуждающих разрядов по всему телу. Сразу стало тепло. Хотелось совершить безумство, броситься в его объятия, забыть обо всём, наплевать на сплетни, косые взгляды, побыть счастливой хотя бы месяц, неделю. А потом будут пустота и холод, самоедство и самобичевание. Всё это будет разъедать душу, отравлять разум, калечить психику.

Вадим притянул её к себе, обнимая за плечи, чувствуя, как она напряглась.

— Ирина, — выдохнул в затылок, — я понимаю, что тороплю события. Но мы взрослые люди.

— Вадим Фёдорович, — она отстранилась от него, поворачиваясь, всматриваясь в глаза, — не нужно. В вас говорит уязвлённое самолюбие и…

— Ты о чём? — перебил он её, настораживаясь.

— Я ведь не глупая и всё понимаю. Не нужно объяснять. — Она чувствовала, что ей уже больно прогнать его, а ведь еще ничего не было! Так, случайный головокружительный поцелуй на природе двух опьянённых лесным воздухом людей. — Зачем вы вернулись? Почему не поехали домой? — Отчаяние прорвалось наружу полушепотом.

— Наверное, потому, что не успел сказать, что люблю тебя, — выдохнул он, будто шагнул с края крыши, собираясь расправить крылья и…

Котова несколько раз задумчиво кивнула: «Для храбрости вчера, видать, набрался, но и тут незадача — алкоголь связал язык узлом».

Три слова. Три слова, от которых голова должна идти кругом. Три слова, которые ждут и которые она уже слышала давно, в другой жизни. А потом были горькие: «Я полюбил другую».

— Неправда, я видела, какие женщины вам нравятся. И это правильно. Вы просто увле…

Звонок мобильного прервал на полуслове. Приехал водитель. Вадим сказал, в какую квартиру подняться. Приняв костюм, велел тому ждать.

В соседней комнате послышалась музыка. Проснулся Сашка.

— Ирина, — Коршунов вышел из ванной во всей красе, — мы не договорили. Я вечером заеду за одеждой?

Вот только без этого! Хотелось крикнуть ему, чтобы отстал и убирался ко всем чертям! Она вдруг очнулась от мыслей, доставая из тумбочки в прихожей пакет-майку, торопливо и небрежно заталкивая его одежду, вручила в руки недоумевающему мужчине и настойчиво, бесцеремонно выпроводила из квартиры, легонько подталкивая в спину.

Когда за ним с громким стуком захлопнулась дверь, Вадим вздрогнул.

— Что это сейчас было? — Сердце стучало как ненормальное. Его выставили? Почему? Он ведь извинился за вчерашнее поведение и за то… давнее. Что он делает не так?

Ирина прошла в кухню. Слёзы. Кто их зовёт? Прибегают сами, быстро, непрошенные, обидные и от этого такие горькие, безостановочные. А ты ведь уже любишь его, глупая. И когда только успела? Плохо. Очень плохо. Уже больно. Невыносимо больно. Но так нужно. Потом будет хуже. Ирка тяжело вздохнула. Сашка прошёл в ванную. Не хочется, чтобы сын видел её такой. Посыпятся вопросы, на которые она не знает ответов.

Чистобаев проснулся от нежного прикосновения к лицу чего-то легкого и пушистого. Открыл глаза и уставился на рыжий подрагивающий хвост в нескольких сантиметрах от своего носа.

— Кот, принеси воды! — прохрипел, выдавая горлом чудовищные звуки прокуренного хроника.

— Герр майор изволил проснуться! — прозвучало в ответ подозрительно знакомым голосом.

— Это что, другая реальность? — Хрип перешел в сип. — Коты не могут разговаривать! — Прозвучало неубедительно.

Чья-то волосатая рука аккуратно пододвинула мурлыку чуть в сторону и подала Баю стакан с живительной влагой.

Со стоном приподнявшись на локте, Александр вцепился в подношение трясущимися мелкой дрожью пальцами. Припал губами к прохладному стеклу. Большими глотками опустошил емкость и удовлетворенно протяжно рыкнул. Осмотрелся: однокомнатная квартира холостяка Петра Семёновича была по-мужски аскетична и мрачна из-за темных обоев и портьер на окне. Но вот вопрос: как он попал сюда?

— Ты чем себя вчера накачал, Шурка?