Чтение онлайн

Он развернулся, чтобы предстать перед двумя оставшимися солдатами. Теперь в его руках был окровавленный короткий меч.

— Я захватил беглеца. Парень сказал, что капитан заплатит за поимку. Вы также обманете меня, как пытались эти люди?

Старший гвардеец прочистил горло.

— Это не было моей идеей.

— Ваши мужчины слабы, — продолжал глумиться варвар. — Вашему хозяину требуются воины подобные мне, — он намеренно растягивал слова, подражая говору жителя Нордхейма. Помня уроки Венариума, Конан позволил аквилонцам воспринимать его не иначе как глупым дикарем и даже стукнул себя в грудь кулаком, чтобы усилить впечатление. — Хозяин должен сделать меня вашим капитаном.

Аквилонец поднял вверх открытые ладони.

— Думаю, ты полностью прав, ванир. Такая должность прямо создана для тебя.

Конан осклабился.

— Ну что ж, в знак доброй воли, я бы мог отвести тебя к нашему хозяину. Я просто уверен, что он возьмет на службу великого воина немедленно. Но только при условии, если ты докажешь свои честные намерения.

— Честные намерения? — киммериец наморщил лоб.

— Да, — подтвердил солдат и указал на стонущих на полу людей. — Конечно, тяга к насилию говорит о твоих достоинствах, но это также призывает соблюдать осторожность.

Варвар растерянно покрутил головой, словно пытаясь постичь смысл сказанного. Потом он улыбнулся и воткнул короткий меч в скамью.

— Честные намерения!

— Но лучше бы ты не использовал оружие против этих бедняг, — вздохнул аквилонец. — Ты, безусловно, принес бы пользу нашему хозяину, и все же тебе не разрешат к нему приблизиться из естественного опасения. Вот если…

— Твой хозяин хорошо платит? — прищурив глаз, спросил киммериец.

— Очень.

Конан присел и снял пару наручников с пояса раненного солдата. Он застегнул один браслет на своем запястье, а другой протянул аквилонцу.

— Веди меня к хозяину, который хорошо платит. В духе доброй воли.

— Мудрое решение, ванир, — кивнул с улыбкой гвардеец. — Поистине мудрое.

— Тупоголовый дикарь! Ты рассчитываешь получить за меня награду, — одноглазый плюнул в дорожную пыль, — только она будет в виде стального клинка, торчащего из твоего брюха. Но тебе этого не дано понять из-за недостатка ума, не так ли?

Конан, за время долгой прогулки к рудникам хранивший молчание, смерил попутчика насмешливым взглядом.

— Даже глупец догадался бы, что такие тощие шемитские шавки как ты не пригодны для работы в шахте.

— Что?

— И никто бы не послал бы шестерых охранников вдогонку за сбежавшим рабом, — ухмыльнулся киммериец. — В чем твоя ценность?

Коротышка был явно потрясен.

— Безусловно, тебя интересует — кто я. Ведь иначе, зачем стоило выдавать меня врагам?

Конан кивнул.

— Я — Эла Шан, самый искусный вор в мире. Нет замка, который не поддался бы мне.

Варвар дернул за его цепь.

— По-моему твои браслеты имеют замки.

— Да… Ну, в общем, сейчас я испытываю недостаток в подходящих инструментах, — Эла фыркнул. — Однако мои прежние достижения говорят сами за себя.

Киммериец поднял бровь.

Одноглазый вор вздохнул.

— Ты, наверное, слышал о Башне в Аренджуне, где хранилось Сердце Слона?

— И ты это украл?

— Не совсем… У Яры, владельца талисмана, была небольшая вилла. После его кончины я ловко проник туда и очистил от излишка сокровищ.

— Да ты падальщик, шакал.

— Я просто вор, — пожал плечами человечек, — собирающий добычу там, где она плохо лежит.

Конан улыбнулся. Если бы коротышка стал утверждать, что лично выкрал Сердце Слона, то киммериец придушил бы наглеца прямо на месте. Тем не менее, одноглазый не приписывал себе чужих заслуг, а лишь позабавил рослого собеседника рассказом про удачу в воровской карьере. Учитывая текущее плачевное состояние Элы Шана, он не мог быть слишком уж успешным вором. Но тот факт, что парень умудрился достичь своего возраста, лишившись всего одного глаза, определенно указывал на его знакомство с наукой выживания.

Прежде чем Конан успел вытрясти информацию, с чего вдруг Луциус расщедрился на награду за голову маленького вора, пыльный каньон вывел их на открытое пространство. Справа у подножия холма зияли два круглых отверстия, похожие на ноздри. Согнутые под тяжестью кожаных носилок мужчины таскали груз к партии рабочих, которые дробили руду. Там же другие невольники насыпали лопатами мелкие осколки на тележки, чтобы вести сырье к плавильным печам. Поднимающийся над ними черный дым невольно навеял Конану воспоминания об отцовской кузне.

По левую сторону дороги стояли грубые постройки из валунов, скрепленных между собой глиной. К одной из них охранники повели Конана и Элу Шана.

— Неужели ты всерьез полагаешь, что Луциус одарит тебя за мою поимку? — коротышка посмотрел в лицо киммерийца.

Конан небрежно повел плечом.

— Нет, — нахмурился вор. — Ты не можешь быть настолько глуп.

Когда они вошли в расположение гарнизона, из-за стола навстречу им поднялся холеный улыбчивый мужчина.

— Заставил же ты нас побегать, Эла Шан. Мой хозяин разочарован.

Охранники указали киммерийцу на табурет, и тот молча присел. Двое тут же встали у него за спиной, и один человек спереди. Казалось, кроме них в помещении больше нет солдат и справиться с ними не составляло особого труда. Но все усилия оказались бы напрасными в отсутствие главного противника.

— А это еще кто? — удивился помощник Луциуса.

— Северянин, искалечивший четверых вооруженных людей. Он прибыл сюда в поисках награды за пойманного вора.