Чтение онлайн

На следующий день вернулся Леггет, высокий, длиннолицый. Держался он сухо и неприветливо, но Кону показался человеком честным и далеко не глупым. Толково рассказал о состоянии пастбищ, где пасся скот, о местонахождении источников, не забыл предупредить и о том, какие бычки самые бодливые.

Кон приладил седло, затянул подпругу, принес винчестер и сунул его в чехол.

— Это тебе не понадобится, — усмехнулся Малер. — Мы давно не видели следов краснокожих.

— Мне так спокойнее, — ответил Кон.

Сиборн Тэй вышел на крыльцо и предупредил его:

— Первый выезд просто ознакомительный. — Он коротко описал приблизительные границы владений ранчо «СТ» и затем добавил, понизив немного голос: — Честный ковбой вызывает у меня только уважение.

Кон поставил ногу в стремя и собрал поводья.

— Мистер Тэй, я объездил немало мест в этой стране, и когда получаю от кого-то деньги, то блюду его клеймо.

За первый час Конагер проехал четыре мили по открытой равнине, лежащей чуть ниже шести тысяч футов над уровнем моря. Вдоль русел ручьев росли тополя, пинии, кустарниковый дуб, можжевельник, иногда на склонах попадалось красное дерево.

Состоянию пастбищ он дал оценки от «отлично» до «удовлетворительно». Ему встретились несколько бычков и коров с клеймом «СТ». Если они находились слишком близко к описанным Тэем границам, Конагер отгонял их в глубь территории и ехал дальше.

Скот оказался в хорошей форме для холодного времени года, и травы на выпасах для такого количества голов вполне хватало. На первом объезде Кон должен был составить общее представление о владениях ранчо «СТ» и его насущных проблемах. Он отметил про себя несколько участков, где в изобилии рос конский щавель… Надо отогнать отсюда скот, когда придет весна. Коровы не станут есть ядовитую траву, если вокруг полно другого корма, но беда в том, что большинство опасных растений первыми выпускают зеленые побеги. Кон вытащил записную книжку и сделал пометку насчет этих участков и их возможных границ.

Перед самым полуднем он свернул на южный склон холма, обнаружил там ручеек, текущий в зарослях ольхи, и спешился. Ослабив подпругу, дал коню напиться и пустил его пастись в ложбине, а сам уселся, жуя кусок вяленого мяса.

С того места, где он устроился, открывался хороший вид. Вытащив из седельной сумки бинокль, Кон принялся изучать окрестности. Отметил отдельные группы скота и несколько отбившихся коров, а также стадо оленей. Уже собравшись убрать бинокль, заметил вдали, за пределами владений «СТ», еще одно коровье стадо. Любопытствуя, почему животные держатся так близко друг к другу, он приглядывался какое-то время, пока не различил облачко пыли и не увидел, что скот гонят два всадника. Но стадо находилось слишком далеко, чтобы разглядеть этих ковбоев.

Кон затянул подпругу, сел в седло и поскакал за ними следом.

На огромной, открытой равнине, где земля еще не знала корчевки, владельцы ранчо произвольно устанавливали границы. Порой соседи их не признавали. Они значили лишь, что Сиборну Тэю хотелось бы держать свой скот в этих пределах, потому что так удобнее за ним следить, проверять пастбища, лечить животных от клещей и ран, нанесенных рогами или острыми камнями.

Конагер нашел следы отбившихся коров на территории Тэя и увидел, что животных собрали в стадо и угнали. Судя по следам, угонщики ехали, не скрываясь, словно встретили скот случайно.

Кон последовал за ними, держась низин и прикрытий, пока, взобравшись на поросший пиниями кряж, не обнаружил невдалеке стадо, двигавшееся по-прежнему на север. Всадников поблизости не оказалось.

Прячась за пиниями, ковбой размышлял. Скорее всего, скот носит клеймо «СТ», но надо убедиться. Стадо дрейфует на север, вероятно, так и продолжит свой путь; слегка направляемые всадниками, коровы уйдут миль на тридцать, пока здесь снова появится объездчик.

Достав бинокль, Кон посмотрел в ту сторону, куда уехали всадники, но они уже скрылись из виду. Выждав несколько минут, спустился к стаду. Все животные, кроме одного, носили клеймо «СТ». Он вернул отбившегося быка в стадо и погнал животных в родные пределы. Они почти достигли цели, когда к ним с холма спустился еще один наездник, на гнедой кобыле с тремя белыми чулками.

Это был крепко сложенный человек с жестким скуластым лицом, квадратной челюстью и шрамом над глазом. Его лошадь носила клеймо «Пять решеток».

— Куда гонишь скотину? — спросил он.

— Домой, вестимо. Видишь — на них клеймо «СТ». Погуляли, пора и обратно.

— Что-то я тебя не знаю, — протянул он. — Ты новый объездчик у Тэя?

— Точно. Меня зовут Конагер. Мой первый выезд. Знакомлюсь с ранчо.

— А я Тайл Кокер. Тебе бы надо поговорить с Крисом Малером.

— Да мы много с ним говорили. Мы с Крисом вместе недавно работали в почтовой компании.

Кокер метнул на него быстрый взгляд.

— Да, у нас возникли некоторые трудности в общении.

— Слыхали, слыхали… И все же ты бы получше познакомился с Крисом. Всем было бы спокойнее.

— Возможно.

Кокер ускакал, а Конагер, отогнав стадо подальше в глубь территории «СТ», возобновил свой маршрут.

Еще дважды он обнаруживал стада с клеймом «СТ» слишком далеко на севере. Направляя их обратно к югу, он не забывал следить за горизонтом и держал винчестер в руках.

Конагер первым увидел Джонни Мак-Гиверна, который поджидал его возле рощицы кустарникового дуба, но предпочел подняться выше по склону, обогнув заросли.

Заметив его наконец, Мак-Гиверн радостно заорал. Конагер же медленно, будто с ленцой, объезжал рощицу кругом. Он искал следы. Не увидев ничего, кроме следов Джонни, приблизился к костру.

Джонни приготовил кофе, и Конагер спрыгнул с коня. В этом месте, очевидно, часто останавливались объездчики. Повсюду виднелись их следы, но свежими оказались только отпечатки копыт серого мерина Джонни.

— Скотина, в целом, в хорошей форме, — сказал Конагер. — Но некоторые коровы уходят слишком далеко.

— Да? — Джонни взглянул на Кона. — Ты кого-нибудь встретил?

— Только одного ковбоя — Кокера. Он работает на «Пять решеток».

— Вы о чем-нибудь говорили?

Кон вынул из седельной сумки свою кружку и налил себе кофе.

— Так, перебросились парой слов.

Джонни как-то странно смотрел на него, но тот не обратил на это внимания, благодарно прихлебывая кофе.

— Кофе хорош, — отметил он.

— Мы оставляем кофейник на этом кедре. Кто первый приезжает, тот и варит.

— Я буду стараться, чтобы первым приезжал ты. У тебя здорово получается.