Чтение онлайн

Они миновали окраины и въехали в пригород. Примерно через пять километров Салли свернул на пустынную окружную дорогу. Это, в принципе, с трудом можно было назвать дорогой. Узкая двухрядка. Но, тем не менее, машин на ней не было, и «порш» получил лишний козырь — скорость.

Если на улицах города Салли не ног извлечь из мощного двигателя все, что тот мог дать, то здесь, не боясь встречных машин, этот козырь играл большую роль.

Теперь «порш» начал отрываться от «форда». Джон выругался. Мотор их автомобиля не был предназначен для таких гонок. Его на долго не хватит, а значит, блондин сможет скрыться.

Но ему повезло еще раз. Через пару километров дорога начала петлять между холмов. К тому же асфальтовая лента пошла в гору. Салли был вынужден снова снизить скорость. Метрикс видел, что «порш» чуть бросает из стороны в сторону. Он усмехнулся.

( Ты нервничаешь, малыш! )

Еще через пару километров подъем закончился, но теперь слева от дороги темнела пропасть, а огни города, плывущие в густо-чернильной темноте, блестели далеко внизу. Джон знал, что впечатление обманчиво: пропасть не очень глубока, по крайней мере, не так, как кажется, однако, если рухнуть вниз, то от машины останется только груда лома, а от людей… Об этом лучше не думать. На очередном повороте «форд», наконец, настиг автомобиль блондина. Теперь они шли бок о бок, изредка сталкиваясь с глухим стуком и скрежетом. Свет фар выхватывал из темноты то желто-зеленую траву, растущую на склонах холмов, то белую разделительную полосу, тянущуюся посередине дороги. Изредка появлялись флюоресцентные знаки, ограничивающие скорость до 30 километров в час. На спидометрах обеих машин стрелка застыла у 120-километровой отметки.

На очередном повороте в ярком свете мелькнуло тельце какого-то зверька.

Тут-то Салли и допустил ошибку: принял вправо. Джон воспользовался его промахом, резко ударив «порш» правым крылом «форда». Будь скорость чуть ниже, и этот маневр ничего не дал бы, но теперь «порш», словно снаряд, вылетел на холм и перевернулся, встав на левый борт. Салли вылетел из салона и покатился по дороге.

— Моя машина!!! — вдруг заорала Синди во всю силу легких.

Джон, следящий за блондином в зеркальце заднего обзора, перевел взгляд на дорогу и оторопел: прямо перед «фордом» маячил непонятным образом возникший посреди дороги столб.

— Держись!!! — крикнул Метрикс девушке.

За секунду до столкновения он вытянул правую руку и уперся ей в дверь, защищая Синди от удара о приборную панель.

КРАААААНГГГ!!! — «форд» врезался в столб с такой силой, что Джон сломал плечом рулевое колесо. Он ударился о щиток, но тут же выпрямился.

Девушка, к счастью, осталась невредима. Конечно, если бы не рука, предусмотрительно подставленная Метриксом…

( «Ты бы сейчас как раз подлетала к Джексонвиллу, дорогуша. Точно к Сан-скверу».)

— …С вами все в порядке? — осведомился Джон. — Вы целы?

— По-моему, я умерла, — только и смогла выдавить девушка. — Но точно не знаю. — Она открыла глаза и огляделась. — Хм… Если это рай, то чему же мы молимся в церкви?

— С вами все в порядке, — удовлетворенно констатировал он. — Подождите меня. Я схожу поболтаю с приятелем.

— Поболтаю? — изумилась Синди. — Поболтаю?

— Разумеется, — подтвердил Джон, вылезая из изуродованной машины. — Поговорю о погоде.

Он пошел по дороге обратно. Салли уже умудрился подняться. Руками блондин зажимал разбитое лицо. Между пальцев сочилась кровь и падала в пыль.

Но Джон не обратил на это внимания. Подойдя к стоящему на боку «поршу» и наклонившись, он начал осматривать выпавшие из отделения для перчаток мелочи. Солнцезащитные очки Салли, платок, записная книжка — Джон подобрал ее и сунул в карман — и пластиковый брелок с одним-единственным ключом. Хм. Интересно. На белой поверхности пластика было нарисовано солнце. Красная надпись сообщала:

Чуть ниже, более мелко, адрес и номер телефона.

Ключ отправился следом за записной книжкой. Что еще? Галстук, здесь же документы. Джон перелистал их. Фальшивые, но сделаны добротно.

Все.

Салли застонал и сделал несколько неуверенных шагов к машине. Его пошатывало.

Метрикс подошел к нему, ухватил за шиворот и потащил к пропасти. Блондин даже не пытался оказывать сопротивление. Он судорожно переставлял ноги, стараясь сохранить равновесие.

Джон оттащил его чуть в сторону, так, чтобы Синди не могла видеть того, что произойдет сейчас.

Город, раскинувшийся внизу, казался особенно красивым в темноте.

(« Иллюзия, — подумал Джон. — Взойдет солнце и все изменится. Вся жизнь — иллюзия. Мгновение назад ты был сильным, хозяином положения, и вдруг выясняется, что все наоборот. Ты слаб и жалок. Иллюзия.Еще утром этот парень смеялся и радовался жизни, а через несколько минут он превратится в мертвеца, сломанную куклу.

Все, все под этим небом — иллюзия».)

Ухватив Салли за ногу, Джон поднял его и теперь держал над пропастью. Блондин размахивал руками, пытаясь освободиться. Тщетно.

— Ну что, Салли? — спросил Метрикс, глядя весельчаку в глаза.

Тот побледнел, хотя все еще пытался сохранить остатки самообладания.

— Поцелуй меня в задницу, — выдавил он.

У Джона вдруг появилось дикое желание поставить этого парня на дорогу и дать ему такого пинка, чтобы тот летел до Канады. Но это было слабостью. Обычной человеческой слабостью, которой подвержены все люди. Только, одни реже, а другие чаще.

Он вздохнул.

— Ты ведь слышал меня?

— Пошел ты к такой-то матери, Метрикс, — ощерился блондин.

Джон почувствовал усталость. Неожиданно заныло избитое тело. Мускулы требовали отдыха, которого он не мог им дать. И Метрикс вдруг осознал: ему нельзя отпускать Салли. Как бы этого ни хотелось. Независимо от того, скажет тот правду или нет. В общем-то Джон понимал это и раньше, но сейчас ощущение безысходности стало отчетливым и глубоким. Он понял, что ему придется убивать, убивать и еще убивать. Возможно, столько, сколько он не убивал за всю свою жизнь. А за безысходностью пришли равнодушие и апатия. Да. Ему придется убить их всех. И честь здесь ни при чем. Просто так нужно. Он, Джон Метрикс, шагает по вырытой кем-то колее и не может свернуть с нее, как бы ему ни хотелось. Не он контролирует ситуацию, но она держит его, затягивая все глубже, по мере того как Джон бредет все дальше и дальше по кривой дорожке убийства.