Шрифт:
– А сейчас позвольте мне поднять тост за командный дух! – громко сказал Адонис Аристонович Лимончиков – первый вице-президент по экспорту импортозамещения государственной корпорации «Российские пилорамы» (сокращенно – Роспил) и оглядел собравшихся на предмет того, все ли собравшиеся подняли свои бокалы. Годом ранее Лимончиков, не упускавший случая щегольнуть знанием английского, непременно сказал бы «за тим спирит», но наступили новые времена, обозначился новый тренд, то есть, пардон, тенденция на импортозамещение, и Адонис Аристонович, будучи вынужден придерживаться ее в силу занимаемой должности, импортозамещал даже тосты.
– Ведь мы все – едины! Иными слова, мы – команда! Или, как модно сейчас говорить, банда! – продолжил вице-президент по экспорту импортозамещения, озорно подмигнув тостуемым.
Тост был встречен единодушным радостным гулом.
– За единение! За команду! За банду! – подданные Роспила, раззадоренные как и ранее выпитым алкоголем, так и словами Лимончикова, чокаклись, повторяя его тост словно мантру.
– Мы плывем в одной лодке, так выпьем же за это водки! – неожиданно Адонис Аристонович заговорил стихами и, под аплодисменты зала, плеснул свой бокал спиртное, потом еще раз плеснул, но уже спиртное внутрь себя, правда, отнюдь не водку, которой, к слову, и вовсе не было за столом ВИП-ложи, а Курвуазье ХО. В Роспиле все знали, что водку, даже премиальных брендов, Лимончиков не жалует, считая ее напитком, недостойным употребления истинными сливками общества. Эту аксиому усвоили все игроки команды, включая даже запасных, начиная от референта Адониса Аристоновича Алины Гладкиной и заканчивая уборщицей Карабах Нурсултановной, притом последняя усвоила наглядно, поскольку по утрам в мусорных корзинах его кабинета ей доводилось обнаруживать опустошенные бутылки из-под самых диковинных алкогольных напитков постоянно, а бутылок из-под водки в мусоре она не встречала ни разу.