Командир
Шрифт:
– Позволь мне быть с тобой, просто позволь.
Таня вдруг поцеловала пропахшие оружейной смазкой пальцы Хрома.
«Я должен ей сказать!» – подумал Хром, но слова застряли в горле, вместо этого он произнёс:
– Девочка моя.
И провёл ладонью по щеке. На лице Тани мгновенно расцвела улыбка. Александр поцеловал её в щёку, ощутил вкус нечаянной слезинки.
– Ну ты что, не плачь!
– Ничего.
Таня бросилась ему на грудь, обняла крепко. Александр поднял её, невесомую и дрожащую, отнёс на кровать в другую комнату. Едва касаясь, провёл губами по щекам, шее, оттянув край кофты, между грудями. Таня трепетала от этих прикосновений и дышала часто-часто, закрыв глаза. Хром остановился: совесть кольнула и девочка рядом с ним выглядела такой юной и невинной. Но не успел он продолжить свои размышления, как невинная девушка обхватила его шею, прильнула и впилась в губы страстным поцелуем.
Александр, уже начавший забывать прикосновение женского тела, ответил с неменьшей страстью, но спустя минуту нашёл в себе силы отстраниться. Завёл обнимавшие его шею руки, тонкие, но сильные, с мозолями на ладошках, девушке за затылок. Таня с готовностью подчинилась: закрыла глаза, раздвинула ножки в трикотажных штанах. Хром усмехнулся: и впрямь юная совсем. Он только приспустил резинку брюк, задрал край кофты и начал целовать тёплый бархатный животик, водить по нему языком, поднимаясь всё выше. Помог девушке освободиться от лишней одежды. Таня смотрела то на Александра, то на свою обнажённую грудь – уже совсем не девичью, хорошо сформировавшуюся, с алыми набухшими сосками, – с какой-то смесью стеснения и гордости. Александр усмехнулся, жадно поцеловал молочно-белую грудь, зажал между зубами упругую ягодку соска, провёл по нему языком. Девушка протяжно застонала. Хром запустил ладонь ей между ног и ощутил влагу, насквозь промочившую брюки. Чуть надавил, вращая ладонью. Таня застонала-заплакала, сжала ногами ладонь Хрома, прижалась к нему, вся дрожа.
– Ты всё, что ли? – спросил разведчик.
– Угу.
Таня пожала плечами, будто извиняясь, и озорно засмеялась:
– Я обожаю, когда так… ну руками ласкают, – последнюю фразу Таня произнесла шёпотом, будто боялась, что кто-то услышит.
– Ну, раз ты всё, я, может, пойду?
– Нет, ты что! Не уходи! Я хочу, чтобы всё по-взрослому было.
– По-взрослому?
Таня закивала головой, глядя немножко испуганно и робко улыбаясь.
– Ну ладно. Ложись, как лежала, закрой глаза, и сейчас всё будет.
Таня выполнила просьбу. Почувствовала, как с неё сняли штаны и трусики. Оставаться совсем голой при свете дня, когда её видят всю, было так непривычно. В этом была какая-то беззащитность, и в то же время это было так возбуждающе, когда ничто не сдерживает, не преграждает. Таня почувствовала поцелуи на внешней стороне бёдер. Они отдались мурашками по всему телу, и сладкое тепло вновь начало скапливаться внизу живота. А потом её поцеловали там. Горячий язык прошёлся по набухшим губкам, потом ещё раз и ещё. Что-то твёрдое ткнулось между ними, и горячий шар удовольствия лопнул. Тело наполнил нереальный, бешеный кайф.
Когда Хром вошёл в неё пальцами, Таня не выдержала – её снова накрыл оргазм. Она закричала, выгнулась луком, прижала Хрома к себе.
Когда девушка немного пришла в себя, Александр спросил:
– Что ж ты так? Я тебя свиристелкой называл, а ты самая настоящая нимфоманочка, – и нарисовал пальцем замысловатый узор по мокрой от пота коже между её грудей.
– Да нет, ну просто, – Таня перевела дух. – Просто меня никто не целовал… там. Ну ты понимаешь.
– Понимаю. Ты же вроде говорила, что не девочка?
– Нет, это правда. Только меня там не целовали ни разу. И грудь нормально не ласкали. Первый раз даже вспоминать не хочу.
Таня дёрнула плечами.
– Он тебя?…
– Нет, ты что, – быстро исправилась девушка, уловив в голосе Александра угрозу, и засмеялась. – Мы с ним ровесники. Только у него ничего не получалось, и мне… словом, промучились мы с ним, но кое-как проблему решили.
– Проблему, надо же, – усмехнулся Александр. – А продолжения хочешь?
– Очень. Хочу, чтобы ты… Ну ты понял, в общем…
– Понял-понял.
Хром чмокнул Таню в курносый носик и стал не спеша раздеваться. Таня наблюдала за ним, облизываясь: водила языком по губам, словно в предвкушении какого-то лакомства.
Совсем голый Хром встал коленями на кровать. Таня отодвинулась подальше, шире раздвинула ноги. Когда-то в далёкой молодости Хром мог оценить эту позу как крайне вульгарную, пошлую и вообще – фу, недостойную приличной девушки, но тот мечтательный сопливый курсант канул в Лету. Сейчас бывший спецназовец видел в этом только лишь естественное и искреннее желание близости с любимым человеком.
Хром наклонился над Таней, та ещё сильней выгнулась ему навстречу, и они соединились. Дальше всё произошло быстро. То ли томительное ожидание сыграло свою роль, то ли жажда близости. Быстрые резкие движения, нарастающее удовольствие, вспышка блаженства. Наслаждение, заставившее потерять ощущение Мира, улететь куда-то в измерение кайфа. И только где-то на краю подсознания – ощущение удовольствия и счастья близкого тебе человека.
Усталый и взмокший, как после марш-броска, Хром откатился на бок. Таня, не открывая глаз, сомкнула ноги, потёрла между них ладошкой и прижалась к Александру.
– Как же классно, – протянула она.
– Это да, – ответил Александр, теребя её волосы.
– Ты самый классный парень, который у меня был.
Таня вдруг забралась на Хрома, села на живот, упёрлась руками в грудь.
– Мужчина, вернее. Я и не думала, что может быть так круто. Просто… просто улёт, – Таня вскинула руки вверх так, что её грудки призывно дёрнулись, и добавила лукавым тоном: – А ещё хочешь?
– Твоя мама скоро придёт.
– Это да, нехорошо может получиться.
«Ты даже не знаешь насколько», – мысленно добавил Хром.
– Но ничего, я попробую побыстрее, – сказала Таня и взяла инициативу в свои руки.
В прямом смысле. Меньше чем через минуту она, чуть изменив позу, поднималась и опадала, грациозно изгибаясь на бёдрах Александра. Лицо её было блаженным, но сосредоточенным, губа закушена, глаза закрыты. Вскоре они пришли к финалу – вместе.
После всего, что случилось, одеваться и куда-то спешить не хотелось. Даже дышать получалось с трудом. Но им стоило поторопиться. Александру пришлось отнести Таню в ванную – у девочки подкашивались ноги. В тёплой воде из бойлера – не бедствовала, однако, семья при Баюне – Хром массажем быстро привёл девушку в норму, и она, источая энергию и задор, умчалась одеваться.