Шрифт:
Януш А. Зайдель
КОЛОДЕЦ
Перевод Е. ВАЙСБРОТА
Сквозь голые кроны деревьев было видно серое небо, под ногами мягко проминались опавшие листья. Влажные от утреннего дождя, они уже не шуршали. Ян шел от академгородка к институту. К беспокойству примешалось и любопытство. Что ему предложат?
Перед кабинетом профессора Маера он глубоко вздохнул, откашлялся и, придав лицу серьезное выражение, осторожно приоткрыл дверь.
– Разрешите?
– Прошу вас! Чем обязан?
– Маер поморщился, но Ян знал, что это еще ни о чем не говорит.
Профессор был невысок ростом и лысоват, но очень подвижен для своих семидесяти лет. Во время разговора со студентами он имел привычку мелкими шажками прохаживаться по комнате. Если по выражению профессорского лица невозможно было угадать его настроение, то по скорости, с какой он вышагивал по кабинету, это можно было определить безошибочно. Чем больше скорость, тем лучше... Если профессор снижал темп, студент начинал волноваться... Если останавливался, дело было совсем скверно, а если садился за стол, можно было распрощаться с надеждой на благополучное завершение разговора. Во время экзаменов у "деда" Маера ожидавшие на "бирже" обычно спрашивали выходивших: "Скорость?" и, если ответ был "Бегает!", спокойно шли за билетом.
Когда Ян вошел, профессор сидел за столом. Это было скверно.
– Я насчет дипломной работы.
– Ах, вот как!
– недовольное выражение не сходило с лица Маера.
– Наконец-то. Ну-с, посмотрим, что там у нас осталось...
Он приподнялся, достал папку и вытащил из нее исписанный листок. "Хоть бы уж встал", - подумал Ян.
– Почти все разобрали, - говорил Маер, водя карандашом по списку.
– Осталось еще вот это... это... и это...
Он поставил галочки против трех пунктов и снова сел, держа листок в руке.
"Ну, - думал Ян, - сейчас дед влепит мне подлейшую тему, от которой все отказались, и вдобавок станет утверждать, что это ужасно интересная проблема!"
– Это тебя, скорее всего... не заинтересует, - бормотал Маер под нос, - это... пожалуй, тоже. О! Я бы посоветовал вот что: "Результативность гамма-отражателя в качестве биологической защиты", - прочитал он.
– При желании на этом можно сделать превосходную оригинальную научную работу. Интереснейшая проблема! Что скажешь?
– Н-н-ну... пожалуй...
– Значит, все в порядке. Так и запишем - Линк, - он проставил фамилию Яна.
– Желаю успеха. Обратишься к доктору Трауту.
"Влип, - размышлял Ян.
– Придется в массовых масштабах уничтожать морских свинок с помощью гамма-излучения. Я сразу учуял, чем это кончится. Старик злится, что я опоздал на распределение тем. Даже с места не сдвинулся!"
В этот момент Маера словно подтолкнули. Он вскочил со стула, но тут же, схватившись за колено, снова сел.
– Забыл совсем... Понимаешь, утром вывихнул ногу...
– досадливо поморщился он, левой рукой растирая колено, а правую протягивая Яну.
– Ну, желаю успеха! Да, работать будешь на Фобосе. Траут вылетает через неделю, так что поспеши. Завтра можешь застать его в отделе ускорителей...
Ян поклонился и выскочил из комнаты. Только в коридоре он дал волю своему веселью:
– Вот это да! Лучшая хохма месяца... Да, что там, месяца... Года!.. Дед сидит - ни с места. Ну, думаешь, буря, а у него... нога подвернулась...
Подпрыгивая как мальчишка, Ян выбежал из здания. Немного остыв, он подумал, что не очень-то хорошо смеяться над хворями старого профессора, и вдруг ахнул - ведь он же летит на спутник Марса! Привыкнуть к этой мысли непросто. Поверить в это - невозможно. О такой дипломной работе он не смел и мечтать!
Он вспомнил о Лисе. Что делать, немного поскучает - всего несколько месяцев.
Домой идти не хотелось. Уж очень заманчиво было, встречая знакомых, словно бы мимоходом ввернуть в разговоре: "Я страшно занят - послезавтра экзамен, а через недельку придется слетать на Фобос..."
О Трауте Ян знал немного. Обычно, когда произносилось его имя, студенты спрашивали: "Это тот, который Альбах?" - потому что каждый еще из вводного курса ядерной физики знал "закон Альбаха-Траута".
Да, это был тот самый Траут, известный физик, но, кажется, скверный педагог и не очень симпатичный человек. На первом курсе он читал им лекции, а на экзамене завоевал репутацию вечно недовольного брюзги. Потом, забросив педагогическую деятельность, Траут часто летал за пределы Земли, проводил какие-то исследования, настолько специфические, что в них мало кто разбирался.
"Почему же на Фобос?
– раздумывал Ян.
– И что за штука гамма-отражатель? Минутку, минутку..."
Он старался вспомнить... Всплыла фраза, вычитанная когда-то в каком-то научном журнале:
"...Зеркало, полностью отражающее гамма-лучи, почти идеально решало бы проблему фотонного привода с использованием аннигиляции в качестве источника энергии".
Уж не об этом ли речь? Если так, то тема действительно увлекательная... Однако отсюда следует, что Трауту удалось создать идеальный отражатель! Может, пока это просто небольшая модель, что-то вроде "комплекса с нулевой мощностью" для изучения непрерывного процесса аннигиляции?
Прежде чем пойти к Трауту, надо будет ознакомиться с материалами. Правда, это не имеет прямого отношения к теме, но, что говорить, никогда не мешает расположить к себе руководителя дипломной работы.
Заметив неподалеку видеофонную будку, он решил позвонить Лисе. Ждать не пришлось.
– Ты когда вернулся?
– обрадовалась она.
– Сегодня утром. А представляешь, вчера раздавали темы дипломных работ.
– О-о!
– встревожилась она.
– Ну и как же теперь?
– А никак. Уже все в порядке. В связи с этим у меня есть для тебя не очень веселая новость,
– Что нибудь случилось?
– Я уезжаю...
– То есть как? А диплом?
– Я поэтому и лечу... Отгадай куда?
– Откуда мне знать?
– она на секунду задумалась, изучающе глядя на него.
– На Луну? Угадала?
– Почти. Осталось угадать, на какую?
– Что? Не на нашу? Ну, скажи же наконец, не разжигай женское любопытство!
– На Фобос, - сказал Ян, стараясь, чтобы это прозвучало как можно будничнее.
– Опять исчезнешь на несколько месяцев, - погрустнев, сказала она.