Чтение онлайн

Плохой сон объяснялся еще одной причиной. Антон не успел расстаться с Джоном, как его мозг «в фоновом режиме» начал обдумывать изменение в программе, идею которого подбросил Джон. Эта идея – еще одно доказательство, что Джон разведчик. Чувствуется образ мышления мастера провокаций.

Дополнительная чашка кофе развеяла вялость. Был соблазн принять что-либо более существенное, чем кофеин. У Антона в аптечке были таблетки разных средств, клинически проверенных и вполне безобидных. Однако он устоял, так как считал, что переутомление последних недель еще не достигло фазы, требующей вмешательства медицины. Впереди два выходных дня. От программирования можно будет отключиться. Правда, оставался еще один стрессовый фактор – ожидание вестей от Лидии или о Лидии…

В рабочей комнате Антона ожидал сюрприз. За ночь был оборудован туалет и душевая кабина. Этот факт развеселил Антона. Экономия на десяти метрах прогулки по коридору в общий туалет составит пару минут за день. А потеть на работе он не собирается. Зачем тогда душ?!. Здесь, вероятно, зимой и летом строго двадцать один градус и влажность воздуха в норме, как сейчас…

На пятницу у Антона был план создать вариант, работоспособность которого не превысила бы минуту. Этим он преследовал две цели.

Во-первых, нарушал подозрительную монотонность, когда время работы программы постоянно растет, а ошибка в программе радикально не устраняется.

Во-вторых, он надеялся так надежнее скрыть предложенные Джоном «детонаторы», так как сомневался, что «два сапога» будут дотошно анализировать неудачный вариант. На это у них ушло бы еще два-три дня. В среду он подбросит им окончательный вариант без ограничений по времени, но заряженный словами-детонаторами. Они набросятся на программу и начнут проверять.

Проверка будет безусловно успешной. Антон получит свои деньги, которые не помешают при любом исходе авантюры Янагиды и Лидии.

В пятницу, как и в последние дни, Антон выполнил компиляцию программы несколько раз. После получения нового варианта программы, он проверял его в работе, но не более одной минуты. Хитрость была в том, чтобы братья или их помощники, непрерывно следящие за работой Антона, обнаружили сокращение времени правильной работы программы по возможности позже, желательно в конце дня.

Однако расчет Антона не оправдался. Оказалось, что братья дотошно проверяют время работы каждого варианта. На этот раз Дэвид не стал бежать в комнату, где работал Антон. Уже через пятнадцать минут после получения «двухминутного» варианта Рон пригласил Антона к хозяевам.

Братья встретили Антона нарочито сурово, без тени улыбки. Только Лайон едва кивнул на приветствие Антона.

– Вы, почему не проверяете время безошибочной работы программы после каждой компиляции?

– Потому, что пытаюсь устранить ошибку вообще, а не занимаюсь поисками того, как продлить еще на несколько минут время безошибочной работы…

– Как вы собирались за одну минуту ее работы установить, что программа исправлена радикально?!

– После серии изменений я должен убедиться, что ничего не нарушил в основном цикле работы. Полное время работоспособности я собирался проверить в конце дня…

– Нас такие темпы не устраивают!

– У меня еще неделя до сдачи работы. Все может получиться и в последний день.

– При той системе отладки программы, которую мы наблюдаем у вас, результата вы можете не добиться и за год. Это какой-то сумбур! Полное отсутствие логики во всех этих скоропалительных изменениях. Ваши пальцы работают на клавиатуре и с манипулятором явно быстрее, чем работает мозг. Может, сначала нужно подумать, а потом изменять программу?!

– У каждого свой стиль. Не скрою, у меня нет никакой идеи или хотя бы смутных подозрений о причине такой работы программы…Поэтому и приходится перекраивать все многократно, вдруг программа заработает. Вы внимательно анализировали тексты программы и наблюдаете каждый мой шаг сами или с помощью специалистов-программистов. Если можете, подскажите свои подозрения о причине ошибки. Насколько я понял, вы очень заинтересованы в том, чтобы моя работа была выполнена в срок..

– Возможно в этом и причина?!

– В чем?!

– В том, что мы неосторожно проявили слишком большую заинтересованность в скорейшем окончании работы над программой. Поэтому вы умышленно затягиваете работу.

– Какой мне смысл?! Я больше вас заинтересован, чтобы получить деньги, которые мне положены по контракту в случае завершения программы в месячный срок. Вед даже при задержке в один день я теряю половину всей суммы!

– Какой смысл?! Например, вынудить нас заплатить вам еще больше!

– Это не так! Я делаю все, что могу в данной ситуации. Вы сами создаете обстановку стресса. Я постоянно чувствую вас за своей спиной. Не уверен даже, что вы не установили скрытые телекамеры в туалете, чтобы мое расстройство желудка, если такое случится, объявить саботажем…

– Не преувеличивайте!

– Это вы явно преувеличиваете! Зачем вы ночью оборудовали в моей рабочей комнате санузел? Решили сократить на две минуты затраты времени на естественные надобности…

– Нет! Санузел оборудован для вас, но с другой целью. Об этом мы еще скажем.

– Может, с этого и нужно было начать?

– Возможно! Мы предлагаем удвоить вашу премию за выполнение работы в срок, но с небольшим условием. Вы останетесь здесь, пока не закончите работу!

– Мне не нужна добавка к премии и, тем более, не устраивает ваше условие, – едва сдерживая себя, выпалил Антон. Так вот для чего нужно было ночью перестраивать комнату. Ему готовили тюремную камеру. Возможно, в одном из стенных шкафов уже приготовлена и кровать. После паузы Антон уже спокойнее добавил. – Не скрою, я также против удлинения рабочего дня даже на полчаса.

– Вы меня не поняли! Остаться здесь вам придется в любом случае, а повышение премии предназначено для компенсации некоторых неудобств.

– Это противоправное действие. За незаконное задержание вы предстанете перед судом. Это я вам гарантирую! А уж суд определит сумму компенсации за моральный ущерб, который вы наносите мне и моим родственникам…

– Родственникам мы сообщим. Волноваться они не будут, – братья переглянулись и впервые за время разговора насмешливо, или так показалось Антону, улыбнулись.