Чтение онлайн

Этот вопрос тоже был отвергнут взмахом ладони.

– Дела, все дела. Нам помогали испанцы, требовавшие уплаты по тем же векселям. А также, по-моему, человек семьсот британцев. Тоже за уплатой.

– Кое-что припоминаю, – кивнул Линкольн. – Но британцы тогда причинили нам массу неприятностей из-за своего корабля «Трент», и мое внимание несколько рассеялось. Но теперь я весь внимание. По-моему, в Мексике новая конституция, основанная на американской, не правда ли, мистер Фокс?

– Совершенно верно. Принята в 1857 году.

– Полагаю, это делает Мексику нашей сестрой-республикой. Тридцать тысяч человек – это ужасно много кредиторов в гостях у нашей сестры. Полагаю, доктрина Монро охватывает вопросы подобного рода. Мистер Фокс, нельзя ли мне получить полный доклад об этом?

– Разумеется.

– Примите мои поздравления по поводу ваших военных побед, – изрек Валансьен, внезапно проникнувшись желанием сменить тему. – Нельзя ли мне повидаться с миссис Линкольн, дабы передать поздравления и ей?

– По-моему, она удалилась на отдых, но я непременно передам ей ваши слова.

Фокс увел француза, и Линкольн улыбнулся. Пока его внимание было занято другими делами, беда пришла через заднее крыльцо. Что ж, теперь он смотрит в нужную сторону.

Давно пробило полночь, но всеобщее оживление и не думало идти на убыль. Пробравшись через толпу доброжелателей, Линкольн поднялся по лестнице, и там его привлек стрекот телеграфа в комнате рядом с его кабинетом. Николай занимался там сортировкой толстой кипы бумаг.

– По большей части поздравления, сэр. А также предложения, как нам следует поступить с поверженным врагом, некоторые весьма поучительные. А также традиционные просьбы о назначениях.

Линкольн со вздохом опустился в кресло.

– А что с пленными? Сколько тысяч человек мы захватили?

– Итоги пока не подведены, но после падения Квебека наверняка будет еще больше. Пленные ирландцы приветствовали нашу фермерскую программу и останутся у нас. Считают, что устроятся куда лучше, обрабатывая землю здесь, нежели на своей обнищавшей родине. Хотя некоторые из них чересчур юны, чтобы заниматься тяжелым трудом, я уверен, что все они придутся ко двору. Среди ирландских солдат попадаются восьми – и десятилетние мальчики. Утверждают, что пошли в британскую армию добровольцами. Иначе им пришлось бы голодать. Касательно пленных англичан решение пока не принято.

– Что вы хотите этим сказать?

– Предложение фермерской работы и возможность получить надел предназначалось только для ирландцев. Но теперь объявились и английские добровольцы, предпочитающие возвращению домой возможность остаться здесь.

– Я бы сказал, пусть остаются. Одни ничуть не хуже других. Ну, пойду лягу, Нико. Денек выдался исключительный.

– Несомненно.

Но о постели думать было рановато. В кабинете его дожидался Гидеон Уэллс, глядя в окно и поглаживая свою окладистую бороду. Как только Линкольн вошел, он обернулся.

– Этот день останется в истории навечно. – В прошлом журналист, Уэллс порой высказывался газетными заголовками.

– Наверняка. Давненько британцы не получали такой основательной трепки.

– По-моему, вообще в первый раз. В последний раз захватчики вторглись в Англию в 1066 году. С той поры она не проиграла ни одной войны, хотя вела их во множестве. Поглотила Уэльс, Корнуолл, Шотландию и Ирландию и стала Великой Британией. Не удовлетворившись этим, принялась мародерствовать по всему миру и таким образом основала Британскую империю. Я боюсь за наш флот, господин президент.

– Вам по должности положено. Но что конкретно вас тревожит?

– Меня тревожит мир. Мы только что заложили еще восемь броненосцев. Найдутся ли теперь деньги на их постройку?

– Должны найтись. Мы вступим в мир легкой походкой, но не станем ходить безоружными. Сильный флот и сильная армия станут гарантией нашей безопасности.

– Народ будет сетовать на налоги, а Конгресс прислушается к нему.

– Конгресс прислушается еще и ко мне. Ни один член Кабинета не питает ни малейших сомнений касательно наших экономических нужд на будущее, каковые указал нам мистер Милл.

– Вдали уже звучит ропот недовольства.

– Пока он останется там, пусть себе. Но никто не смеет вставать на дороге могучего крейсера по имени Америка, отплывающего в светлое будущее. А те, кто находится на его борту, должны говорить в один голос, стремиться к одной цели.

– Они должны плыть по ветру – или прыгать за борт.

– Вот именно. В прошлом в Кабинете были перестановки – вряд ли вы забыли своего предшественника Саймона Камерона.

– Как не забыл и постигшей его участи – посол в России, – рассмеялся Стэнтон.

– Весьма заслуженной участи, как вам известно, поскольку именно вам пришлось разгребать кавардак, в который он превратил военный флот. Но давайте отложим эти материи до утра – и насладимся ночью победы. Завтра, когда Кабинет соберется, у нас будет в достатке времени, чтобы обсудить свое мирное будущее.

Крейсер «Мститель» прибыл всего на два дня раньше генерала Шермана. Подошел к побережью Новой Шотландии у мыса Сейбл, затем на всех парах пошел на север. Его появление вызвало переполох в гавани Галифакс. Два британских фрегата, стоявших в порту, подняли пары и направились в море, как только американский крейсер был опознан. Будь хоть небольшой ветерок, им удалось бы скрыться, прибегнув к совместной тяге винтов и парусов. Но в тот холодный декабрьский день царил штиль, и паруса висели, как тряпки. Машины только что сошедшего со стапелей «Мстителя» невероятно превосходили их двигатели. Снова сталь схлестнулась с деревом, и «Кастелян» был разбит и обездвижен после единственного залпа двух орудийных башен крейсера. Капитан британского фрегата не сдал корабль, хотя сражение не сулило ему ничего хорошего. «Мститель» даже не потрудился предложить ему сдаться и воздержался от продолжения боя, чтобы ринуться вдогонку за близнецом фрегата. Капитан «Отважного» оказался более осмотрительным, или практичным, или просто понял, что неравный бой не даст ему ровным счетом ничего. Он спустил флаг, как только прогремел первый выстрел. Высланный абордажный отряд принял командование над судном и привел фрегат в порт, из которого тот так недавно бежал. Нацелив на него заряженные пушки, «Мститель» наблюдал, как захваченный в плен корабль подходит к изувеченному «Кастеляну», бросает буксир и ведет его в порт. Подчиняясь приказу, «Отважный» остановил машины, как только вышел на рейд гавани, и бросил якорь. «Мститель» миновал сцепленные фрегаты и медленно двинулся к берегу. Как только он оказался в зоне обстрела, береговые батареи открыли огонь.

Пушечные ядра фонтанами вздымали воду вокруг американского броненосца – и отскакивали от его восьмидюймовой брони. Не обращая внимания и не отвечая на огонь, «Мститель» обошел акваторию. Не стал стрелять ни в торговые, ни в транспортные суда, стоявшие у причалов. Просто вышел в центр гавани и бросил якорь.

Ближайшая береговая батарея выпалила снова. На сей раз ответ последовал. Залп одной башни четырехсотфунтовыми ядрами в одно мгновение превратил батарею в руины. Остальные батареи огня не открывали.