Шрифт:
В особняке де Мелло царила несусветная суета. Слуги сбились с ног, в сотый раз смахивая невидимую пыль, проверяя каждую их многих сотен лампочек в роскошных хрустальных люстрах и бра. Завтра все должно было сверкать, ибо произойдет событие, которого хозяйка дома ждала уже давно. Сын, Карлос Рикардо, одобрил ее выбор, и сутки спустя весь свет Каракаса будет присутствовать на приеме по случаю помолвки наследников двух состояний.
Правда, Элда Регина де Мелло предпочла бы видеть в роли наследника своего старшего, обожаемого, сына. Но, увы, несколько лет назад тот трагически погиб. Самолет, на котором Деметрио летел из Европы, взорвался в воздухе, и его горящие остатки упали в океан. Не осталось даже могилы, где несчастная мать могла бы выплакать свое горе. Поэтому сердце Элды Регины оделось ледяной броней отчужденности. Но пусть не сердцем, так разумом эта властная, целеустремленная женщина делала все, чтобы оставшиеся двое сыновей заняли подобающее им место и деловой и общественной жизни страны…
А в часе езды от особняка де Мелло, в своей очаровательной девичье спальне – бледно-розовой с белым – сияющая Марсия Арбэлоэс в который уже раз прикладывала к себе белоснежное платье, которой ей предстояло надеть завтра. Строгое и элегантное, оно должно было подчеркнуть ее чистоту и непорочность, кроткий взгляд прекрасных бархатных глаз из-под полуопущенных ресниц и легкий румянец, столь свойственной безгрешной юности.
Марсия получила прекрасное образование и последние годы провела в дорогой частной школе при монастыре. Энрике Арбэлоэс был уже в преклонном возрасте, когда судьба подарила ему долгожданного ребенка. Подарила ли? Потому что, едва увидев прелестное крохотное создание, жена Энрике скончалась. Чтя память любимой супруги, сеньор Арбэлоэс, хотя и большой поклонник прекрасного пола, не привел в дом другой женщины.
Марсия не знала ни матери, ни мачехи. Женщины, постоянно суетившиеся вокруг нее, были в основным чужими ей: няни, воспитательницы, горничные, наставницы в монастыре. Она не нашла ни в ком из них задушевной подруги, которой могла бы излить душу. А родственники, как назло, были в основном мужчинами. Дядюшки, кузены, племянники – все как на подбор самоуверенные, высокомерные. С такими не очень-то пооткровенничаешь.
Каково же было изумление Марсии, когда более двух лет назад, встретив на одном из приемов покорившего ее с первого взгляда Карлоса Рикардо де Мелло, она нашла в лице его матери неожиданную союзницу. Да и сама девушка на какие только ухищрения не пускалась, лишь бы завоевать благосклонность темноволосого красавца, обратить на себя его внимание.
И вот мечта ее готова осуществиться. Ее мужем станет одним из самых богатых, самых неотразимых молодых людей, которых ей доводилось встречать…
А в это самое время второй виновник предстоящего торжества находился совсем в другой стране… Карлос Рикардо де Мелло пребывал в отличном настроении, поднимаясь на лифте в свой номер в отеле «Шератон». Дела, по которым он приехал в Боготу, успешно завершены, он только что хорошо пообедал, а очередной политический кризис в столице обеспечивал ему отличный повод не явиться на прием по случаю собственной помолвки. И даже матушка его, известная как самая – богатая и самая властная женщина в Венесуэле, абсолютно ничего с этим поделать не сможет. Он улыбнулся своим мыслям.
Две молодые женщины, делившие с ним кабину лифта, – судя по акценту и одежде, туристки из Штатов, – заинтересованно обратили на него призывные взгляды. Карлос мгновенно перестал улыбаться, а в темных глазах появилось выражение гордого презрения, положившее немедленный конец женским фантазиям.
Карлос презирал иностранок, которые рыскали здесь повсюду в поисках сексуальных приключений. Ему претило, что его рассматривают как потенциального латиноамериканского любовника. Возможно, внешне он и соответствовал этому образу: оливковая кожа и черные волосы выдавали его происхождение, к тому же высокий рост и физическое сложение добавляли ему привлекательности. Но он никогда больше не унизится до этой роли. Хватит, обжегся!
Лифт остановился. Карлос зло смотрел в светлые затылки женщин, пока те выходили из кабины. И хотя их волосы не шли ни в какое сравнение с шелковистыми солнечными волосами Присциллы, скрывавшиеся под ними мозги, по мнению Карлоса, у всех иностранок были устроены одинаково. Для них он всего-навсего один из аборигенов, от которого ждут нового опыта чувственного наслаждения.
«Ну нет, леди, перебьетесь!» – яростно произнес про себя Карлос, прежде чем закрылись двери. Лифт повез его выше. В одном его мать, несомненно, права: связывать жизнь лучше с женщиной из своего народа, с которой у тебя и общая культура, и общие корни. Так что его сватовство ни у кого не вызвало удивления. Все прошло как по маслу. Тем более что заправляла всем Элда Регина де Мелло. Вот только одного она не могла предвидеть – небольшой заварушки, разразившейся в Колумбии, которая и послужит причиной его отсутствия на собственной помолвке.
Ничего не поделаешь – непредвиденные обстоятельства! Мысль об этом вернула Карлосу веселое настроение. Двери лифта открылись на нужном этаже. А вот и его номер. Никто не может оспорить его права оставаться здесь: выбраться из Боготы без риска буквально невозможно. После вчерашнего марша крестьян по улицам столицы страна находилась в стадии кипения перед очередной возможной сменой правительства. Аэропорт был закрыт. Установлен комендантский час. Город наводнили войска.
В безопасности и комфорте отеля Карлоса совсем не волновали разворачивающиеся события. Латинская Америка это Латинская Америка – всем известно, что смены правительств здесь происходят чаще, чем на любом другом континенте. Порой по пять раз на дню, как свидетельствует новейшая история. Скоро все уляжется, и жизнь пойдет своим чередом.
Войдя в номер, Карлос направился к мини-бару, чтобы пропустить пару стаканчиков и отрешиться от всех проблем. Разумеется, будет организован второй прием с объявлением о помолвке. Впрочем, он должен настоять, что сделает все сам, по-своему… в следующий раз. Эта небольшая передышка всего лишь отсрочка неизбежного. Ему уже двадцать восемь, пора жениться и обзаводиться семейством. К тому же пришло время его матери отойти от дел.
Элда Регина, несомненно, будет вне себя от переноса срока публичного объявления события, составлявшего предмет давно взлелеянного ею честолюбивого замысла – соединить богатства двух семейств, де Мелло и Арбэлоэс. «Это пойдет ей только на пользу, – с глубоким удовлетворением подумал Карлос, – уж слишком она торопится».
На Марсии Арбэлоэс она остановила свой взгляд почти сразу после трагической гибели его старшего брата. Карлос посмеялся над ее выбором – школьница! Ничего, доказывала мать, вышколят, станет ему подходящей женой, достойной их положения в обществе. Иногда он строптиво заявлял, что сам выберет себе жену. Но на самом деле ему все было безразлично с тех пор, как Присцилла, эта зеленоглазая ведьма, пожевала и выплюнула его.
Карлос достал из холодильника лед, лимон, выбрал запотевшую бутылку сухого вина, обтер ее… Как бы ему хотелось вот так же стереть даже память о существовании Присциллы Деламбр! Из-за нее… после нее ему уже было мало иметь просто подходящую жену. Хотелось настоящего чувства…
А может, он больше не способен на чувство? Тогда какая разница, если его брачная постель будет недостаточно теплой? Скоро он женится на Марсии. Она этого хочет, он хочет. Вместе они обеспечат продолжение рода… и он перенесет свою любовь на детей. Тем не менее одно дело, когда ты сам решаешь примириться с судьбой, и другое – когда тебя заставляют. Да, бунтарская юность позади, на нем лежит бремя ответственности, предназначенное старшему брату, Деметрио, останься он жив. Просто Карлосу не нравилось, что мать считала себя вправе руководить его жизнью.