Чтение онлайн

— Не везет? — спросил Том.

— Подстрелила пару пней, — ответила Сэлли. Том улыбнулся и взял ее за руку.

— Трепещите, пни! Великая охотница Сэлли вышла за добычей!

Она стерла с лица грязь.

— Извини.

— Завтра, — сказал Том, — надо выйти пораньше. Пойду туда, где мы нашли Филиппа. К ночи вернуться не успею. Но та река большая. Наловлю уйму рыбы.

— Отличная идея, — одобрил Вернон, но его голос дрогнул.

— Мы не сдадимся.

— Ни за что! — подхватила Сэлли.

— Не могу себе представить, — покачал головой Вернон, — что сказал бы отец, если бы увидел нас в таком положении.

Том, в свою очередь, мотнул головой. Он перестал думать о Максвелле Бродбенте. Знал бы тот, что натворил, — послал своих сыновей на смерть… Сыновья разочаровывали его при жизни и оказались не на высоте теперь, когда он лежал в могиле. Том посмотрел на огонь и спросил:

— Ты на него злишься?

— Да, — ответил Вернон после недолгого колебания. Том безнадежно махнул рукой.

— Как ты считаешь, мы сумеем его простить?

— Какое это имеет значение?

Том проснулся до рассвета со странным ощущением, будто что-то давит ему на основание черепа. Шел дождь, и было темно. Шум дождя, казалось, проникал в самую голову. Том повернулся раз-другой. Давление превратилось в настоящую головную боль. Он подтянул ноги к животу, сел и, к своему изумлению, понял, что не в состоянии держаться прямо. Повалился на спину, голова упала набок, и он провалился в черноту, которую наполняли красные и бурые всполохи и шепот голосов. Где-то встревоженно бормотал Волосатик. Том прищурился и разглядел обезьянку. Она сидела неподалеку на земле и возбужденно причмокивала губами. Он понял: что-то случилось.

Это не просто последствия голода — начиналась болезнь. Господи! Только не теперь! Том повернулся и в завихрениях тьмы попытался разглядеть Вернона и Сэлли, но ничего не увидел. В нос ударил отвратительный запах гниющих растений, дождя и земли. Капли барабанили по листьям, а казалось — насквозь пробивали голову. Тянуло ко сну. Но вот он открыл глаза и увидел перед собой Сэлли. Девушка вглядывалась в его лицо.

— Сегодня я пойду рыбачить, — пробормотал Том.

— Ты никуда не пойдешь, — ответила она, наклонилась, потрогала его лоб и не сумела скрыть страх. — Сейчас принесу тебе чаю.

Сэлли вернулась с кружкой, из которой шел пар. Том выпил горячую жидкость.

— А теперь спи.

Он заснул. А когда проснулся, стало светлее. Несмотря на удушающую духоту под деревом, его знобило. Рядом свернулась Сэлли. Она увидела, что Том открыл глаза, и улыбнулась.

— Как Филипп? — едва выговорил он.

— Все так же.

— А Вернон?

— Заболел.

— Черт! — Том с тревогой посмотрел на Сэлли. — А ты? Не заболела?

Ее лицо горело.

— Похоже на то. — Она приложила ладонь к его щеке.

— А мне лучше. Я позабочусь о тебе. Мы обязательно выберемся из этой передряги.

Сэлли покачала головой:

— Нет, Том, не получится.

Простое признание непреложного факта прочистило его страдающую от боли голову. Вот, значит, как? Им суждено умереть на дожде под гниющим стволом, и дикие звери разорвут на части их тела. Никто даже не узнает, что с ними приключилось. Том попытался убедить себя, что это нашептывает ему его лихорадка, а на самом деле все обстоит не так плохо. Но в глубине души понимал, что это неправда. Голова кружилась. Да, им придется умереть. Он открыл глаза.

Сэлли была по-прежнему рядом и держала ладонь у его щеки. Она пристально посмотрела на него. Ее лицо было в грязи, исцарапано и искусано; волосы спутались и потускнели, глаза ввалились. Не осталось никакого сходства с той девчонкой, которая сломя голову скакала за ним в Юте. Только насыщенно-бирюзовый цвет глаз и то, как она слегка выставляла нижнюю губу.

— У нас осталось немного времени, — заговорила Сэлли и, помолчав, добавила: — Мне надо тебе кое-что сказать, Том.

— Слушаю.

— Мне кажется, я в тебя влюбилась. — Действительность в один миг вернулась к нему.

— Ну вот, я и сказала.

— А как же…

— Джулиан? Он мужчина розовой мечты. Красивый, блестящий, правильно обо всем судит. Родители каждой девушки хотят, чтобы их дочь вышла за такого замуж. Он — моя Сара. Но то, что я испытывала к нему, совсем не то, что я испытываю к тебе. При всем твоем… ну, что ли, несовершенстве. — Сэлли улыбнулась.

После этих слов все стало ясно и просто. Том попытался ответить и наконец прохрипел:

— Я тебя тоже люблю.

— Я знаю. — Ее лицо озарилось прежним светом. — И очень рада. Извини, что цапалась с тобой. Это от моей строптивости.

Они помолчали.

— Наверное, я люблю тебя с того самого дня, когда ты украла мою лошадь и гналась за мной в Юте. Но понял это окончательно, когда ты не захотела убивать ягуара. Никогда этого не забуду.

— А я поняла, что люблю тебя, когда ты позвал меня посмотреть на светящийся лес.

— Но ничего не сказала.

— Сама не хотела верить. Ты же видишь, какая я упрямая. Не желаю признавать, даже если совсем не права.

Том почувствовал в горле ком. Закружилась голова.

— Имей в виду, я самый обыкновенный человек. В шестнадцать лет в Стэнфордский университет не поступал.

— Это ты-то обыкновенный? Ты, кто с голыми руками сражается с ягуарами и анакондами? И смело, с чувством юмора ведет отряд в самое сердце тьмы?

— Я все это делал, потому что меня вынуждали обстоятельства.

— Это тоже твоя положительная черта — ты скромен. Рядом с тобой я поняла, что за тип Джулиан. Он не захотел ехать со мной, потому что это было ему неудобно. Пришлось бы прервать работу. А на самом деле, я подозреваю, он просто испугался. Я поняла, что он из тех людей, кто ни за что не возьмется за дело, если не будет абсолютно уверен в успехе. А ты, наоборот, готов испытать невозможное.