Кобра
Шрифт:
Она пожала плечами и щелкнула выключателем кондиционера:
– Ты так когда-нибудь подхватишь воспаление легких, – укоризненно сказала она Дэну.
– Этого я только и жду. Тогда я подам на ТН в суд и отсужу все до последнего цента.
Клер полистала журнал, который он читал. Единственной иллюстрацией в нем была фотография уборочного комбайна. Из фирм, с которыми работал Дэн, две занимались исключительно сельским хозяйством, но ей всегда было трудно представить его себе с соломой, застрявшей в волосах.
– Клер, ты решила?
– Да.
– Ну и…
– Дэн… Я… – Она неохотно встретилась с ним взглядом и, собравшись с духом, выпалила: – О, ради Бога, Дэн. Я просто не хочу выходить сейчас замуж, вообще не хочу, ни за кого. Если бы я хотела, то уверена, что ухватилась бы за тебя без малейшего сомнения, но…
– Но ты все-таки сомневалась.
– Да…
Что еще могла она ответить?
– Ладно, не переживай из-за этого, Клер. Я понимаю, что ты ценишь свою независимость и все такое, – он старался, чтобы его голос был теплым и искренним. – Вот что я тебе скажу. Почему бы нам вообще не забыть, что я задавал тебе этот вопрос? Все будет так, как раньше, легко и просто.
– Слишком просто. Ты же все равно будешь пытаться доказать мне, что я не права.
– Конечно, буду. Но даю слово сильно не нажимать.
Клер слишком устала, чтобы продолжать этот разговор. Позади был крайне изматывающий день, да и какой смысл спорить? Что могла она доказать? Дэн хочет, чтобы она продолжала играть с ним в лицемерные игры, это уже вошло в привычку.
– Мы сегодня вечером встречаемся с четой Байтов в баре «У Клэнси», так?
– Да, в шесть часов для аперитива, потом поужинаем и…
– Я не смогу, – она сделала быстрый успокаивающий жест, чтобы удержать его от возражений. – Я имела в виду, что не успею к шести. Мне еще нужно заехать во Дворец Правосудия… между прочим, я уже туда опаздываю.
Она начала двигаться в сторону двери, казалось, уже поглощенная заботами.
– Штрафы за превышение скорости?
– Нет, глупенький. Дело насчет аэрозоля Сан-Экс. Кто-то подал жалобу в прокуратуру или что-то в этом духе. Меня выбрали как достаточно безобидного представителя ТН для предварительных прений по искам к образцам. Если я не успею в Клэнси… Куда мы идем ужинать?
Он назвал ей ресторан. Ей удалось выбраться из офиса без прощального поцелуя, с серьезным намерением обязательно вернуться к этому разговору. В вестибюле на первом этаже она остановилась, чтобы купить газету, и начала читать заголовки, прежде чем поймать такси. Просмотреть последние новости не заняло много времени. Обычный набор для праздничных выходных и соответствующая ему негодующая передовица, подводящая итоги, – дорожных происшествий больше, чем обычно, несколько убийств, а также излияния политиков, бьющих себя в грудь по поводу «земли веселых и отважных».
Клер оставила газету в такси и вошла во Дворец Правосудия, чтобы защищать интересы Сан-Экса без особого энтузиазма.
Она потратила на это гораздо больше времени и сил, чем ожидала. Ехать в Клэнси было уже слишком поздно, и ей пришлось взять такси до ресторана. Она все еще кипела от негодования и бессилия перед неповоротливостью Закона.
Спеша встретиться с Дэном и Байтами, Клер не заметила мужчину, который следовал за ней по пятам. Но даже если бы она и обратила на него внимание, то не узнала бы.
Он сильно изменился.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Вторник оказался удачнее. Обменявшись впечатлениями от уик-энда днем раньше, сотрудники ТН были готовы приступить к работе. За длинные выходные и бесполезно проведенный понедельник накопилось очень много невыполненных дел, но все брались за них с невиданным энтузиазмом. Часы показывали почти полседьмого, когда Клер вышла на улицу. Позади был нескончаемый день, жаркий и липкий даже со включенным кондиционером, и к вечеру всеобщее рвение превратилось в раздражительность.
Час пик близился к концу. Мимо проехало несколько пустых такси, которые, казалось, умышленно держались ближе к середине дороги, чтобы не подбирать пассажиров. С тоскливой и не очень лестной мыслью о мастерской, где ее машина стояла в ожидании какой-то жизненно необходимой запчасти из Лос-Анджелеса, Клер начала ловить такси, двигаясь боком вдоль кромки тротуара.
У ее друзей по несчастью – пешеходов – еще хватало сил на грубости, и какой-то мужчина натолкнулся на нее, даже не извинившись. Клер в десятый раз подняла руку и наконец сумела обратить на себя внимание одного из таксистов. Он лениво махнул рукой в ответ и, глянув в зеркальце заднего обзора, включил сигнал поворота. Клер, видя, что сразу подъехать к тротуару ему не удастся, продолжала идти вперед вдоль бровки. Внезапно она почувствовала сразу два удара одновременно: спереди на нее налетел мужчина, пытающийся поймать другое такси, и еще один толкнул слева.
«Ах, простите меня!» – саркастически крикнула она вслед первому мужчине и обернулась, чтобы разобраться со вторым. Но рядом с ней уже никого не было. «Должно быть, он толкнул меня на бегу», – решила Клер.
Удар был довольно сильным, и она потерла ноющую левую руку. Как раз в этот момент такси добралось до тротуара, и Клер пробежала несколько метров, чтобы кто-нибудь не занял его раньше нее.
Забравшись на заднее сиденье, она захлопнула за собой дверцу и облегченно выдохнула. Водитель улыбнулся ей в зеркальце и философски изрек:
– Всем куда-то надо, все куда-то спешат.
– Это точно… Причем им нет никакого дела, если они по дороге собьют кого-нибудь с ног, – согласилась она и назвала адрес. Таксист опустил флажок, и машина присоединилась к потоку транспорта.
Теперь, наконец-то усевшись после спешки и суматохи дня. Клер почувствовала легкую тошноту. Тяжелый теплый воздух такси обволакивал ее, и неровное движение машины сквозь лабиринт автомобилей становилось неприятным. Наклонившись вперед, чтобы открыть окно, Клер ощутила, как натянувшийся ремешок сумочки на ее плече причинил руке острую боль. «Наверно, у этого кретина, натолкнувшегося на меня, было что-то твердое в руках, – подумала она. – Книга или коробка». Она дотронулась рукой до синяка.