Чтение онлайн

Всё, кто вышел.

Но, нож — это нож. Я им умею хорошо пользоваться и пользовать. Но, душа моя отдыхала именно с шашкой в руках. Вряд ли в этом времени сойдусь с кем-нибудь в реальной сабельной схватке, но, я получал то, забытое уже чувство, прошлой жизни.

Ностальгировал ли? Нет. И да. Такова жизнь.

Диана сидела в плетённом кресле и внимательно смотрела за моими «художествами».

Уверен, что трансляция идёт прямо в кабинет Марии.

Господи, как хорошо было в прошлом, без этих всех чудес современной техники. Впрочем, кому я рассказываю? За кем беспрерывно следили десятки шпиков?

Поэтому я не особо переживал, ни о наших с Дианой утехах (в смысле их трансляции куда надо), ни о том, что я сейчас кручу шашкой на Полигоне Острова. Семь бед — один ответ. Захотят задушить подушкой — повод не потребуется.

* * *

ОСТРОВ. РЕЗИДЕНЦИЯ ИМПЕРАТРИЦЫ. ГОСТЕВАЯ КВАРТИРА. 3 июля 2015 года.

Мы сладко лежали в постели. Динка нежно целовала моё лицо и достигнув уха, повернув голову так, чтобы камерам и сканерам речи видно не было, прошептала страстно:

— А скажи-ка мне, любимый, где ты так научился шашкой крутить? Нас этому не учили…

* * *

ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОССИЯ. КИЕВ. КИЕВО-ПЕЧЕРСКАЯ ЛАВРА. 5 июля 2015 года.

Диана стояла на коленях перед образами и молилась Пресвятой Богородице. За что молилась? За всё. За облегчение своих страданий. За благополучное разрешение от бремени. За нашего будущего первенца. За меня. За себя. За Отечество наше. За всех православных. За всех соотечественников. За всех людей. И за Катю Волконскую тоже, Упокой Господи ее душу и Даруй ей Царствие Небесное.

С чего вдруг Киев? Дина молилась в Домовом Храме Пресвятой Богородицы на Острове Христа и исповедалась отцу Никодиму. Старому батюшке. Тот выслушал её исповедь и покаяние. Отпустил грехи, даже епитимью не наложил. Но сказал:

— Чадо, нет покоя в душе твоей. Поезжай в Киев, в Лавру. Оттуда пошла русская Церковь. Там Главный Престол Богородицы. Я свяжусь с настоятельницей женского монастыря матушкой Ефросиньей. Тебе дадут приют, кров и окормление. Поживи там, пока не почувствуешь сама, что Господь Отпустил грехи твои и Дал успокоение метущейся твоей душе. Не виновата ты в смерти рабы Божией Екатерины, но нет и покоя в душе твоей. Поезжай. Благословляю тебя. Иди с миром.

Вот мы и здесь.

Я стоял позади, метрах в десяти. Тоже читал молитвы и крестился. Но, не хотел даже намёком или вздохом мешать ей общаться с Ним и с Ней.

Сколько мы пробудем в Лавре? Не знаю. Диана хочет пожить в монастыре какое-то время. В женский монастырь меня, конечно, не пустят дальше гостевой, так что полечу заниматься делами, благо дорогая сестрица мне их организовала целый список.

Динка поживет пока тут. Помолится. Поговорит с матушкой Ефросиньей. В её состоянии и положении это нужно. Слово Бога и слово пастыря. Не хочет она вынашивать ребёнка с кровью на своих руках. Пусть и невольной.

Потом я с ней вернусь домой.

Странно. Ловлю себя на мысли, что подумал об Острове, как о доме.

Наконец Диана поднялась с колен и подошла ко мне.

— Знаешь, — прошептала она. — Если у нас родится дочь, я хочу назвать её Екатериной. Я пообещала Богородице…

* * *

ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОССИЯ. КИЕВ. ЗАВОД «АРСЕНАЛ». 6 июля 2015 года.

Танковый цех. Всяко разно. В том числе и лунные танки.

Я тут «на посмотреть». Раз уж в Киеве очутился. Мария рекомендовала. Она, почему-то, всё время настаивает на том, чтобы я углублённо вникал в дела этого времени. Мне кажется, что даже Вовку гоняют меньше.

— А для Марса есть что-нибудь?

Вопрос был задан в шутку. Но директор «Арсенала» лишь усмехнулся:

— Есть, Михаил Александрович, есть. Конечно, пока только прототипы, но работы идут. А если Государыня поставит задачу создать танки для спутников Юпитера, Сатурна или даже для поверхности Венеры — мы создадим, не сомневайтесь.

* * *

ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. НОВЫЙ ИЛИОН. «ИМПЕРИЯ КИНО». 8 июля 2015 года.

— Ты куда летишь-то?

Девочка улыбнулась с детской очаровательной непосредственностью.

— На Луну.

Усмехаюсь.

— Тогда полетим вместе?

— Пожалуй.

— Тебя как зовут?

— Маша Иванова. Мне девять лет. Я уже взрослая.

— Вот и чудесно! Значит у меня будет взрослая спутница в этом полёте!

Застенчивая улыбка.

— Стоп! Снято.

Я встаю из кресла и протягиваю девочке руку.

— Ярослава — ты молодец. Я всегда к твоим услугам.

Она смущенно улыбается. Мне приносят шикарного плюшевого медведя, и я вручаю девочке.

— А это от меня. В знак дружбы. После съемок найди меня. Я тебя познакомлю со своей женой. Можешь взять с собой родителей. Устроим пикник. Договорились?

Кивок.

— Да, спасибо. Я позвоню.

Качаю головой:

— Не «позвоню», а «обязательно позвоню». Договорились?

— Да.

— Жду твоего звонка.

— Хорошо.

Девочка мне понравилась. Было в её глазах что-то. Ясная перспектива какая-то. Нельзя такими талантами разбрасываться.

Меня уговорил на съемку в коротком сюжете Антоха Прокудин-Горский. Он снимал фильм про приключения девочки на Луне, а я оказался в Новом Илионе по делам. Ну, пересеклись случайно, слово за слово, и, как говорится… Ну, вы поняли. Я потратил два часа времени на эту съемку, но ничуть не пожалел. Увидел, так сказать, мир кино изнутри.