Чтение онлайн

Рта я не видел, но оно издавало жутковатые, мычащие, тревожные стоны.

Купол, скрывавший наш с Кондратьичем разговор от чужих ушей, лопнул, как мыльный пузырь. Мастер-слуга тотчас же встал между мной и этой образиной, загородил ошалевшего меня руками.

— Назад, барин! Назад! — Старик сунул руку под камзол — так вот где он прятал свой кортик! Я готов был заверить Кондратьича, что назад — это в самом деле не так уж и плохо, а перед лицом таких фокусов вперед решится разве что отчаянный дурак.

Ибрагим, кажется, таким и был. Оружие зло и красиво блеснуло в его руках. Не мешкая, он подскочил к твари, пригнулся, уходя хоть и от неловкого, но быстрого удара. Промахнувшаяся клякса на ножках получила добрых четверть метра стали в брюхо. Кондратьич, проколов вражину, тут же отскочил, попятился — из свежей раны полыхнуло огнем. Сделав пару нелепых шагов, слабея с каждой секундой, тварь хлюпнула, заваливаясь на пол. Пожар ее жизни, словно его кто залил водой, тут же затух.

Я часто заморгал глазами. Проклятое наваждение родом из вчера вновь вернулось по мою душу. Теперь оно изо всех сил убеждало меня в том, что передо мной лежит гомункул. Я пробежался взглядом и по другим строкам.

Гомункул, класс: Призванное существо.

Статус: мертв.

Карты способностей: Ожог ненавистью, Шипастые лапы.

Я облизнул высохшие губы. Все было будто в излишне сверхреалистичной компьютерной игрушке. Вдруг поймал себя на мысли, что подсознательно ищу мышь: покликать по другим возможно открывающимся вкладкам.

— Не время рот разевать, барин! — с напором пророкотал Ибрагим, схватив меня за руку и подтащив к окну.

По ту сторону творилось страшное. Десятки мохноногих паукообразных тварей заполонили маленький сад поместья. Желтый туман обступал нас со всех сторон, скрывая напавших на Тармаевых. Не знаю как, но мне удалось разглядеть смутные очертания затянутых в холщовые плащи фигур. Это не люди, понял я, разве у людей бывают такие по-птичьему длинные носы?

Текст был со мной согласен: какие же это люди, когда это алхимики?

Ибрагим грязно выругался, повернулся ко мне. Лицо его в одночасье посерело от ужаса.

— Менделеевы, — прошептал он мне. — Ох, скурвецы, решили забрать все-таки! Если б я знал, что сегодня...

Он схватил самого себя за голову, не спеша объяснять.

— Если у них дело к Тармаевым, то мы тут при чем?

Я ощутил себя последним трусом после этих слов.

— Ох, барин! Да разве ж они спрашивать будут? Они резать будут! — Он облизнул губы. Я видел, как над головой несчастного веет значок паники, медленно, но верно скидывающийся по кулдауну. — Уходить надо, барин. Сейчас.

Он кивнул в сторону двери.

Дверь по какому-то недоразумению оказалась заперта. Неужели Алиска преисполнилась в своей обиде настолько, что решила закрыть нас на ключ?

Я решил, что поинтересуюсь этим как-нибудь потом.

Вместе мы навалились на дверь — дуб из российских чащ разве что затрещал от наших потуг, но не поддался. Не поддался он и на второй, и на третий раз.

Один из пауков показался в оконном проеме, запрыгнул внутрь — на нас уставились четыре пары изучающих глаз. Как будто переросток раздумывал — мы уже еда или еще пока не еда?

Я нырнул в сторону, схватил со стола увесистый подсвечник. Страх, что еще пару минут назад заставлял меня разве что тяжело пыхтеть да прятаться за спиной мастер-слуги, будто корова языком слизнула. Сам не знаю, что на меня нашло, но оно мне определенно нравилось.

Моя причуда обозвала поганца химой. Карты способности я рассматривать не стал — было не до них. А вот в характеристики хотелось глянуть хоть глазком: мне вспомнилось, как вчера над Ибрагимом видел и тень старой раны, и усталость со старостью...

Паук решил, что оставит старика напоследок. Мне казалось, я слышу, как скрипят его мерзкие жвала. Издав противный писк, он подобрался, подтянул брюшко — оттуда в меня прыснуло белой гадкой паутиной. Мерзкой жижей она плюхнулась в стену — прямо рядом с Ибрагимом. Кондратьич и глазом не моргнул, продолжил штурмовать треклятую дверь.

Я в один миг оказался над пауком, попытался растоптать его ногой — но тот ловко отскочил прочь, зашипел. С клиновидных жвал закапало — то ли яд, то ли еще какая дрянь. Паук подбирался для следующего выстрела паутиной: такой возможности я ему не дам.

Подсвечник с хлюпаньем опустился в хрустящий хитин тулова, в лицо мне брызнуло теплым и влажным. В иное время меня бы уже вывернуло на изнанку, а тут — плевать!

Словно ошалелый, я раз за разом опускал свое импровизированное оружие, обращая тушку несчастного в кровавую кашу. Ну, кто у вас там завалялся еще? Комар-великан, таракан-недоросток? Всех убью, один останусь!

У меня в голове тут же пиликнуло: получено 25 ед. опыта!

Знать бы еще только, где оно и как применимо. Взял с себя слово, что как только это все закончится, я калеными клещами всю правду из моего слуги вытащу! А то хожу, как вслепую...

Дверь, наконец, решила, что играть из себя неприступную даму ей не к лицу. Лакированная древесина пошла трещинами, в месте, где держался замок, вылез мох деревянных опилок. Бывший вояка, а ныне мой поверенный окончательно высадил дверь пинком.

Я выкатился за ним едва ли не кубарем, и в тот же миг на меня со спины накинулся человек. Мастер-слуга успел только выругаться, разом оборачиваясь мне на подмогу, но она мне и не потребовалась. Я ударил головой назад — затылок тут же обожгло болью. А позади послышался хруст и вскрик моего противника. Еще не спеша разжать свои неприветливые объятия, он врезался вместе со мной в ближайшую стену — один за другим нам на головы посыпались предметы декоративной посуды. Покосилась, грозя в любой момент рухнуть наземь, деревянная рамка, загрохотала лежащая внутри нее палка.