Книга 2
Шрифт:
Баба его шастает в халате...
Я б в Москве с киркой уран нашел
При такой повышенной зарплате.
И, сдается мне, что люди врут: Он нарочно ничего не ищет. А для чего? Ведь денежки идут, Ох, какие крупные деньжищи!
А вчера на кухне ихний сын
Головой упал у нашей двери
И разбил - нарочно,- мой графин.
А я мамаше - счет в тройном размере.
Ему платят рупь, а мне - пятак Пусть теперь дает мне неустойку. Я ведь не из зависти, я - так, Ради справедливости и только.
Ну, ничего я им создам уют.
Живо он квартиру обменяет.
У них денег куры не клюют,
А у нас - на водку не хватает.
На стол колоду, господа
– ---------------------
На стол колоду, господа. Крапленная колода. Он подменил ее, когда, барон, вы пили воду. Валет наколот, так и есть. Барон, ваш долг погашен. Вы - проходимец, ваша честь, Вы - проходимец, ваша честь, И я к услугам вашим.
Но я не слышу ваш ответ,
О, нет, так не годится...
А в это время Бонапарт,
А в это время Бонапарт
Переходил границу.
– Закончить не смогли вы кон. Верните бриллианты. А вы, барон и вы, виконт, пожалте в секунданты. Ответьте, если я неправ, но наперед все лживо... Итак, оружье ваше, граф? Итак, оружье ваше, граф? За вами выбор, живо!
Вам скоро будет не до карт,
Вам предстоит сразиться,
А в это время Бонапарт,
А в это время Бонапарт
Переходил границу.
– Да полно, предлагаю сам. На шпагах? Пистолетах? Хотя сподручней было б вам на дамских амулетах. Кинжал? Ах, если б вы смогли. Я дрался им в походах. Но вы б, конечно, предпочли, Но вы б, конечно, предпочли На шулерских колодах.
Вы не получите инфаркт,
Вам предстоит сразиться,
А в это время Бонапарт,
А в это время Бонапарт
Переходил границу.
Не поднимайте, ничего, я встану сам, сумею. И снова вызову его, пусть даже протрезвею. Барон, молчать! Виконт, не хнычь! Плевать, что тьма народу. Пусть он расскажет, старый хрыч, Пусть он расскажет, старый хрыч Чем он кропил колоду.
Когда раскроешь тайну карт,
Дуэль не состоится...
А в это время Бонапарт,
А в это время Бонапарт
Переходил границу.
А коль откажется сказать, клянусь своей главою, Графиню можете считать сегодня же вдовою. И, хоть я шуток не терплю, но я могу взбеситься. Тогда я графу прострелю, Тогда я графу прострелю Экскьюз ми, ягодицу.
Стоял весенний месяц март,
Летели с юга птицы.
А в это время Бонапарт,
А в это время Бонапарт
Переходил границу.
– Ах, граф, прошу меня простить! Я вел себя бестактно. Я в долг хотел у вас просить, но не решался как-то. Хотел просить наедине, мне на людях неловко, И вот пришлось затеять мне, И вот пришлось затеять мне Дебош и потасовку. Ну да, я выпил целый штоф и сразу вышел червой... Дурак? Вот как?- Что ж я готов. Итак, ваш выстрел первый.
Стоял июль, а может март,
Летели с юга птицы,
А в это время Бонапарт,
А в это время Бонапарт
Переходил границу.
Песнь о вещей Касандре.
– --------------------
Долго Троя в положении осадном Оставалась неприступною твердыней, Но троянцы не поверили Касандре... Троя, может быть, стояла б и поныне.
Без умолку безумная девица
Кричала:- Ясно вижу Трою, павшей в прах!
Но ясновидцев, впрочем, как и очевидцев,
Во все века сжигали люди на кострах!
И в ночь, когда из чрева лошади на Трою Спустилась смерть, как и положено, крылато, Над избиваемой безумною толпою вдруг Кто-то крикнул: - Это ведьма виновата!
.........................
И в эту ночь, и в эту кровь, и в эту смуту Когда сбылись все предсказания на славу, Толпа нашла бы подходящую минуту, Чтоб учинить свою привычную расправу...
..........................
А вот конец, хоть не трагичный, но досадный: Какой-то грек нашел Касандрину обитель, И начал пользоваться ей, не как Касандрой, А как простой и ненасытный победитель...
Без умолку безумная девица
Кричала: - Ясно вижу Трою, павшей в прах!
Но ясновидцев, впрочем, как и очевидцев,
Во все века сжигали люди на кострах!
Про Ивана-дурака
– --------------
На краю края земли, где небо ясное, Как бы вроде даже сходит за кордон На горе стояло здание ужасное, Издали напоминавшее ООН.
Все сверкает, как зарница,
Красота, но только вот
В этом здании царица
В заточении живет.
И Кащей Бессмертный грубое животное Это здание поставил охранять. Но по-своему несчастное и кроткое Может, было то животное, как знать?
От большой тоски по маме
Вечно чудище в слезах.
Ведь оно с семью главами,
О пятнадцати глазах.
Сам Кащей, он мог бы раньше врукопашную, От любви к царице высох и увял. И стал по-своему несчастным старикашкою, Ну, а зверь его к царице не пускал.
– Ты пусти меня, чего там.
Я ж от страсти трепещу!
– Хоть снимай меня с работы,
Ни за что не пропущу!
Добрый молодец Иван решил попасть туда: Мол, видали мы Кащеев, так-растак! Он все время где чего, так сразу - шасть туда: Он по-своему несчастный был дурак.
То ли выпь захохотала,
То ли филин заикал:
На душе тоскливо стало
У Ивана-дурака.
И началися его подвиги напрасные, С баб-ягами никчемушная борьба. Тоже ведь, она по-своему несчастная Эта самая лесная голытьба.
Сколько ведьмочек пошибнул.
Двух - молоденьких в соку.
Как увидел утром - всхлипнул:
Жалко стало дураку.
Но, однако же, приблизился. Дремотное Состоянье свое превозмог Иван: В уголку лежало бедное животное, Все главы свои склонившее в фонтан.