Чтение онлайн

— Дворца?

— Смута не из тех суфиев, что живут, отрицая излишества…

— Так, все, дай подняться.

— Куда тебе подняться? Ты несколько месяцев под капельницей лежал да через трубочку питался, а тут проснулся — и марафон? Лежи, пока кто из старших по разуму не позволит хотя бы моргать.

— Иди ты!

— Только что с самолета!

Сергей приподнял с подушки голову, и она рухнула обратно, больше подчиняясь гравитации, чем атрофированным мышцам шеи. Вдобавок мир стал кружиться, и больше желания двигаться не возникало. Слабость накатила такая, словно обежал вокруг пояса Земли и сдвинул весь Гималайский хребет.

— Вот я и говорю, — продолжил Сема, подтащив поднос. — Кушай кашку, малыш, сил набирайся. А там, глядишь, и снова на березу за бананами полезешь. Открой рот, — Сема набрал полную ложку овсянки и поднес к губам.

— Я… ты… мы…

— Да не боись, у нас у обоих двадцать четыре открытых врат силы, проблемы с отдаленностью вторых половинок, но я не впадал в зимнюю спячку, а ты постиг симбиоз…

— Анабиоз! — поправил Сергей.

Сема ловко воткнул в рот ложку, ехидно скалясь:

— Попался. А еще говорят, знания опасны. Хе, знания полезны!

Ком прошелся по пищеводу, и перед глазами появилась новая ложка.

— Спасите!

— Ага, давай. Маму зови, папу, братика. Потом других маму, папу… А там, глядишь, и моя очередь подойдет.

— Подлец! Вот возьму сейчас и дверку открою.

— Открывай, что хочешь, но не раньше, чем доешь кашку.

— Балбес, медом корми, он сразу всасывается. С первыми соками и пищеварительная система заработает как надо…

— Экий ты прыткий. И сразу в бой? Остынь, боец. Мы и так мир неплохо всколыхнули. А что касается попыток идти и надавать Золо по репе — забудь до лета. Смута поставил условие, что ты не выйдешь за пределы дворца, пока не одолеешь его. Более того, перед поединком с ним ты должен будешь одолеть меня. Потому что я не хочу тебя выпускать даже за пределы этой комнаты.

— Почему?

— Как это почему? Твой младший тотем до сих пор не вернулся на положенное место. Если он все еще копается в твоем теле, значит, яд нейтрализован не весь.

— Основной яд не тот, что убивает тело, а тот, что убивает разум. Братик вдоволь потравил мне мозги.

Перед кроватью появился синеглазый богатырь. Улыбка расползлась по лицу Родослава:

— Что, хроника сбилась? Научные познания со священными писаниями по датам не сходятся?

— А что, должны? — приподнял Сема бровь. — Я думал, у науки и религии вражда за каждое объяснение, толкование, домысел.

— Значит, ты тоже думаешь, что мир появился шесть тысяч лет назад? Это при том, что мне только сорок, отцу двести тысяч, а деду… ну да ладно… И про раскопки артефактов вместе с динозаврами не думай.

— Я? Думаю? Не смешите меня, я брата от голодной смерти спасаю, — обронил Сема и снова зачерпнул каши.

— Значит, Лилит — первая из сотворенных. Но первая из рожденных старше ее на десятки, а то и сотни тысяч лет? — обронил Скорпион, глядя на ложку перед глазами как на неминуемое.

— Первая из сотворенных Велесом, — поправил Родослав. — Попыток сотворения было много. Дожили немногие. Отбор суров. Природа, эволюция — называй, как хочешь. Но какие бы боги ни ставили эксперименты, рожденные от богов жили задолго до этого. Я родился незадолго до разделения рас. Но когда стал путешествовать по миру, во всех уголках мира уже жили разные люди. Не так уж и много сражений довелось пережить с побочными ветвями человечества. Больше с теми, кого сейчас называют монстрами. Вот этих существ было валом, героев на всех не хватало…

Сема почесал о рукав нос и, продолжая впихивать последние ложки каши в Сергея, спросил:

— А почему останков нет?

— Почему нет? Много было. И сейчас порой находят. Тебе об этом не расскажут. Что показать?

— Вы не мне, вы людям покажите.

Родослав присел на край кровати, голос немного упал:

— Людей-то как раз в мире все меньше и меньше. Больше тех, кто просто называет себя людьми.

— Големы? Начальные души? «Зверье» человеческой расы? — посыпал вопросами Скорпион в спину отцу.

— Тпру, мистик. Еще ложечку, за сестричку! — остепенил Сема.

— Големы — те, кто жил на Земле до нашего прихода. Неодушевленное быдло, которое никогда не толкает человечество вперед.

— Вы ему сейчас весь аппетит отобьете! — возмутился Сема.

— А почему он еще в кровати?

— Ранен.

— Куда?

— В голову.

— Мы все рано или поздно получаем туда ранение.

— Да, только у одних это называется маразм, а у других — прозрение. Хватит делать вид, что вы тут случайно.

— Не бывает случайностей.

— Тогда почему у вас синие глаза и светлые волосы, а у него — зеленые и черные?

— Все, ухожу, ухожу. Будет желание пообщаться со стариком, зовите, — обронил Родослав и исчез.

— Зачем ты его выгнал?

— Потому что ты едва не попросил у папашки помощи.

— В моем положении зазорно?

— Было время, когда ты меня учил всего добиваться самостоятельно, теперь я тебя буду переучивать. Никакой помощи, никаких поддержек. День за днем ты сам будешь восстанавливать мышцы, искать истину в мудрых речах с посторонним человеком и обдумывать прошлые поступки. Только так я могу дать тебе время продумать дальнейшие шаги и избежать ошибок. И черта с два я допущу до тебя кого из родни, пока не преисполнюсь уверенностью в том, что крыша у тебя на месте.

— Как ты сказал? «Преисполнюсь»?

— Сам в шоке. Но я просто хочу, чтобы ты понял: общение с очень древними людьми и выворачивание наизнанку прошлого для тебя чревато проблемами. Просто сравни их опыт и свой. И успокойся.

— Голема из меня хочешь сделать?

— Я зла тебе желаю?

— Нет, но хотя бы прекрати делать вид, что ты Сема.

— Как догадался? — Человек перед глазами сменил облик на естественный. Снова серые глаза и лицо, отведя от которого взгляд, тут же забудешь, как оно выглядело.