Клиент Пуаро
Шрифт:
Но Аглая Михайловна и сама была не промах, во всяком случае, она отреагировала на Лолину истерику совершенно спокойно. Белобрысой девице, с испугом выглядывающей из-за книжной полки, она махнула рукой, чтобы не нервничала, и та выскользнула за дверь.
– Сядь! – повелительно сказала Аглая. – Сядь и успокойся! С чего это тебя так разобрало, интересно знать? Жить, что ли, не на что? Ни за что не поверю! – Она окинула взглядом Лолин леопардовый плащ.
Лоле было безумно жалко расставаться со своими мечтами о славе, она надулась и глядела на Аглаю исподлобья.
– Разумеется, я приходила к профессору для того, чтобы выбрать подходящего попугая. Ведь он ведет учет всех своих пациентов, и почти всех попугаев возят к нему на консультацию. А тут я как раз встретила тебя с Перришоном. Кстати, как он поживает?
– Прекрасно! – угрюмо ответила Лола.
– Думаю, он нам очень подойдет, – пробормотала Аглая, – такой колоритный попугайчик…
– А вот эти… две дамы, на их роли у вас уже есть кандидатуры?
– Я тебя умоляю! – воскликнула Аглая, порылась в ящике стола, извлекла из него книжку в ярком переплете и потрясла перед Лолой.
На обложке был изображен разноцветный попугай, очень похожий на Перришона, и две тетки лет примерно пятидесяти, причем одна из них очень толстая, в ярком платье в цветочек.
– Ну? – требовательно спросила Аглая. – Что ты об этом скажешь?
– Да уж, – пробормотала Лола.
– И что ты мне прикажешь делать? – горестно заговорила Аглая. – Как только услышат наши примадонны, что героиням под пятьдесят – как ветром их всех сдувает! Трубку телефонную даже не берут, на студии меня как чумную обходят! Им, видите ли, которым пятьдесят, подавай роли тридцатилетних! А если ей сорок, то она норовит девочку восемнадцатилетнюю сыграть! С этой пластической хирургией совсем с нашими заслуженными сладу не стало! Перережутся, перетянутся, морду чуть не на затылок натянут – ну молодица, да и только! Это если издалека, а камера-то она все видит…
– Ну а если кого постарше пригласить, кому под семьдесят… – неуверенно предложила Лола.
– А те как раз на свой возраст и выглядят, им уже никакой хирург не поможет! – отмахнулась Аглая. – Ну, можно, конечно, морду подштукатурить, но камера-то все видит, а с ней и телезрители заметят. И потом, в нашем сериале много действия, эти две тетки там то дерутся, то бегают от бандитов, то вообще в старом замке по подземельям ползают…
– Старость не радость, – сочувственно вздохнула Лола. В ее двадцать восемь слово «старость» казалось пустым сотрясением воздуха.
– Ну, тебе-то об этом нечего печалиться! – ответно вздохнула Аглая. – Вот мне уже пора задуматься… Но вот что я тебе скажу: стареть нужно уметь!
– Как это – уметь? – удивилась Лола. – Что тут уметь-то? Старость – она сама ко всем приходит, уж этого никто не минует…
– Вот гляжу я на некоторых наших отечественных див, – начала Аглая, тяжко вздыхая, – и вместо человека вижу работу хирурга, косметолога и визажиста. Уж ты мне поверь, глаз у меня наметанный, это же моя профессия – в людях разбираться. Вот я и думаю – зачем все это? Ведь все равно зрители знают, сколько ей лет, ведь вспомнят люди, что она в шестидесятых годах в кино снималась! Так каким же образом ей сейчас может быть тридцать?
– Тяжелый случай, – рассмеялась Лола. – Как же вы с ними ладите?
– Ох, с этим сериалом у меня сплошная головная боль! – пожаловалась Аглая. – Если честно, то еще неизвестно, как все в дальнейшем сложится, потому что у нас ведь еще несчастье – продюсера убили!
– Да что вы? – ахнула Лола. – Ну надо же…
– Да, три дня назад. Никто не знает, с чего бы это. Вот просто зарезали на стоянке, охранник никого не видел. Сейчас вопрос решается с сериалом. Да еще актерский состав никак не подобрать. Так что ты уж приноси своего попугая, хоть одной заботой у меня меньше станет. Перришончик твой такой хорошенький, просто класс! Очень киногеничен!
«Шею ему сверну!» – подумала обозленная Лола, но вслух обещала, что позвонит в ближайшие дни. На том они с Аглаей расстались, вроде бы примирившиеся, но на душе у Лолы скребли кошки. Ей было ужасно обидно, что она так глупо попалась, теперь Аглая подумает, что дела у нее совсем плохи, раз Лола готова согласиться на любую роль. А дурацкие мечты о славе! Верно Ленька говорит, что Лолины амбиции ее когда-нибудь погубят. Вспомнив про своего компаньона и представив себе все ехидные слова, которые он мог бы ей сказать, Лола совсем пала духом.
В расстроенных чувствах Лола свернула в туалет. Ей неудержимо захотелось снять стресс, а самым безобидным методом для снятия стресса она считала хорошую сигаретку.
Однако в этом стремлении она оказалась не одинока. В светлом помещении, отделанном дорогим кафелем, кто-то уже рыдал.
Присмотревшись, Лола узнала маленькую несчастную девчушку с круглыми голубыми глазами, на которую недавно безобразно орал в коридоре дородный мужчина в длинном плаще.
Голубые глазки наполнились слезами, хрупкие плечики тряслись от рыданий.
Лола, которая сама только что была готова разреветься от унижения, при виде чужого горя взяла себя в руки и, взяв девушку за хрупкое плечико, протянула ей пачку «Вог».
– Брось переживать, – проговорила она, щелкая зажигалкой, – они все того не стоят. Давай лучше покурим.
Девчушка благодарно улыбнулась сквозь слезы и дрожащей рукой вытащила из пачки тонкую сигарету.
– Это ты из-за того старого козла? – поинтересовалась Лола, округлив рот и выпустив аккуратное колечко дыма.
Девчушка кивнула. Сделав две затяжки, она немного успокоилась и подняла на Лолу глаза:
– Он вообще-то не козел… это очень известный писатель Алексей Волкоедов!
– Подумаешь. – Лола пожала плечами. – Никогда такого не слышала!
– Ну как же, у него столько романов… Цикл про Могильщика… такой ужас…
– А даже если известный – разве это дает ему право так разговаривать с женщиной? – не согласилась Лола. – Тебя как зовут?
– Таня, – ответила несчастная девчушка.
Ее бледное личико, до сих пор напоминавшее своим цветом клиента городского морга, постепенно приобретало нормальный живой оттенок.