Чтение онлайн

— Проходите, проходите, девочки! — гостеприимно широким жестом пригласил Куравлев и распахнул дверь. Первой в квартиру шагнула Пельмешка. В ее действиях чувствовалось больше уверенности, чем у ее подруги. Она сразу деловито представилась.

— Я — Снежана Корикова. Я покрупнее Светки буду. Намного упитаннее.

— Я — Света Стриж, — тихо поздоровалась вторая.

— Что ж, а я Петр Степанович. Вы, дочки, зовите меня просто Петр. Или дед.

— Знаем, как вас зовут, знаем. На всю жизнь запомним! — уверенно заметила Снежана Корикова. Лиса же тихонько стояла в коридоре и молчала. Она была хрупкая на вид, даже миниатюрная. Лицо ее покрывали едва заметные веснушки. Петр Степанович с улыбкой смотрел на эти веснушки. Его супруга тоже была слегка конопатой.

— Дядя Петя, показывай, где у тебя кухня! Сейчас готовить будем. Мы тебе хорошей водки купили, мяса принесли, закусь кое-какую.

— Ну что ты, Снежана, незнакомого человека намного старше нас сразу на «ты» называешь? — укоризненно заметила Света Стриж.

— Да правильно она говорит! — вступился за Пельмешку пенсионер. — Какие ж мы с вами незнакомцы? Мы друзья теперь! Да и не хочу я, чтобы вы мне всю дорогу «выкали». Меж друзьями попроще надо.

— Вот-вот! Дядя Петя прав! — пробасила Корикова. — Что ж мы встали в прихожей и не туда и не сюда. Пожрать-то охота! Прости дед, поесть. Так, где кухня-то?

Куравлев улыбнулся. Бойкая девчонка, ничего не скажешь. «Характер как у жены моей покойной. Та тоже покомандовать любила, раздать указания и инструкции, да еще следила за их исполнением. А вот внешность у Светланы, наоборот, поразительно похожа» — подметил он про себя с интересом это наблюдение.

— Кухня по коридору прямо, потом налево. Там же ванная комната. Я там закуску приготовил, мясо вы зря притащили, потому, как у меня уже в духовке готовится баранина. Вы хоть и боевые девчонки, но приказываю двигать живо в ванну, мыть руки перед едой!

— Светка, в ванну! — скомандовала Корикова. — Полковник приказал!

Во время небольшого застолья Куравлев в основном молчал. Он сидел с едва заметной улыбкой и слушал непрекращающееся почти двухчасовое щебетание своих гостей. Он смотрел на этих двух представителей поколения «Пепси» и не мог понять, как эти две пигалицы, которым, как выяснилось, по семнадцать лет, могут болтать о каких-то сериалах, мальчиках и новых нарядах, когда совсем недавно они были на грани перехода в мир иной.

— Как в больнице с вами обошлись? Доктора там неплохие? — поинтересовался хозяин.

— Да мы как стали очухиваться, так все в тумане, — начала рассказывать Пельмешка. — Кто я такая, я еще помнила, но как попала в эту палату, что тут делаю, хоть убей, не знаю. Стала я проверять потихоньку, целы ли руки, ноги. Проверила, не пробита ли башка. Вроде нет. Где была, где валялась — ничего не помню. Надругались ли надо мной, нет, не пойму. Башка как тыква трещала спелая, — без стеснения рассказывала Снежана. Потом опять вырубилась.

— А у меня видение было, — уже смелее стала говорить Лиса. — Женщина мне привиделась, в белых одеждах вся, с накинутым капюшоном на голову. Она мне очень красивые ворота в облаках показывала. Такие резные, все в сияющих драгоценных камнях. Они хоть и огромные, эти ворота, а открывались легко, как пушинки летали на ветру! Представляете! Она мне что-то говорила, типа, что я могу помогать людям, что есть у меня предназначение. Понятно, что «глюк» это был. Но я его, наверное, на всю жизнь запомню!

— Это от лекарств! — со знанием дела констатировала пухленькая. — Доктор говорил же, что нам разные успокаивающие вводили, чтобы мы по ночам не шлялись по палатам, чтобы в окно, как в двери не выходили, на медперсонал не бросались. Чтобы максимально много спали.

— Может, и от лекарств, — неуверенно согласилась рыжая. — Но это видение было как будто наяву, как будто неслучайно.

Раз разговор зашел о «глюках» и видениях, Петр Степанович спросил:

— А теперь скажите-ка мне честно, девоньки, что это вы тогда принимали, что на земле без чувств лежали?

Щебетание о сериалах, мобильных телефонах, исполнителях современной музыки как-то сразу прекратилось. Было видно, что обоим гостьям на эту тему говорить неприятно и не хочется. Они молчали, переглядывались, но и хозяин дома не спешил, ждал ответа. На этот раз ответила Лиса:

— Так праздник же был! Мы у друзей праздновали. Видимо, не рассчитали со спиртным. Много выпили. Очень много. Плохо нам было.

— Вот молодой организм такой нагрузки и не выдержал! — поддержала эту удачную, как им казалось, мысль Пельмешка.

— Значит, спиртного перебрали? — с сомнением переспросил дед.

— Угу. Спиртного. Но ты не переживай, дед, мы сегодня в норме будем. Видишь, мы твою наливочку потягиваем, а ты водку пить продолжай. И еще раз спасибо, что не бросил нас там, помог. Кто знает, что бы с нами там случилось, если б не ты, отец!

— А мне показалось, что вы каких-то наркотиков перебрали. Может, так дело было? — внутренне мужчина смеялся над этой неумелой подростковой ложью. Лица подружек опять омрачились. «Не кайфово им, как сейчас модно говорить, о том вспоминать», — подумал Куравлев.

— Слушай, дядя Петя, ну что ты как опер в ментовке заморачиваешься? — недовольно повысила голос пухленькая Снежана Корикова. — Говорим же, что спиртного слегка перебрали, да еще грибами отравились, наверное. Это ж часто случается. Мои родители тоже от грибов померли. Мы же лишь отравились. А ты прям как будто нас на показания «крутишь»!

— Да ладно, девчонки, нет — так нет. Я ж не милиционер вам, допрос устраивать, — опустил взгляд в свою тарелку бывший оперативник 2-го отдела милиции г. Коломна. — Просто вы совсем без чувств были. Странно все это выглядело.