Клан
Шрифт:
Вообще, давно уже было ясно: анонимности не существует. Как в реале, так и в вирте. Все упирается в количество ресурсов, которые заинтересованная сторона готова затратить на добычу информации. Пока ты мелкая рыбешка, можешь быть более или менее спокоен: ты анонимен просто потому, что неинтересен. Но знай, в случае нужды, всплывет все, что только возможно. Логи твоих телефонных переговоров, вся история серфа в виртнете, трансакции по картам и видео от каждой захватившей твое лицо уличной камеры. И многое, многое другое…
Под алчным взглядом Стаса я упаковал в карман два самостоятельно наполненных фиала. Особист глазами указал на мензурки, а потом покрутил пальцем над головой, изображая нечто наподобие смерча.
— Надо бы это обсудить…
— Не сейчас, — отрезал я. — Спать хочу, сил нет, а мне еще летучку с моими орлами проводить…
Череп повернулся ко мне:
— Глеб, не будешь против лично посвятить меня Макарии?
Я кивнул — не проблема.
Дзинь! Зеленая вспышка на мгновение красит наши лица в инопланетные цвета.
— А у меня уже половина Религиозного Уровня сделана, — не очень-то удивленно заявляет генерал. — Видимо, начальная точка отсчета напрямую завязана на ранг посвящающего. Слышал я как-то одну мульку, годика полтора назад, если абсолютная память не врет, трепался один персонаж, как по результатам квеста, он был посвящен богу-покровителю самим Первожрецом. Светлым энпиэсом, конечно, что, впрочем, сути не меняет. Так вот, он тоже радостно обмывал честно сэкономленное золото и время.
Стас возмущенно глянул на своего командира, но промолчал. Нет, жлобом он не был, но выброшенные ради эксперимента полсотни баксов — это не подаренный любимой жене букет цветов и охапка шоколада мелким спиногрызам. Генерал тем временем просительно глянул на меня:
— Глеб, может, ты все-таки лично моих людей посвятишь? Экономия ведь существенная, почти сорок тысяч вечнозеленых.
Я возмущенно вскинулся: что за манера, как мед, так ложкой! Нет у меня времени, для того и жреца им своего организовал, да и храму нужно расти в уровнях! Хотя это аргумент — не только храму, но и самому Эрику требовался подъем в ранге. Покачав головой, указал на мнущегося воина:
— Генерал, даже игноря целую охапку других проблем, лично для вашего клана будет выгодна прокачка своего служителя веры. Ведь жрец растет по уровням только на основании процентов от Очков Веры, полученных от тех, кого он посвятил лично. А уровни ему ой как нужны. Ведь помимо личных умений, той же добровольной смерти, Эрику придется брать кучу всего, что может работать на благо клана. Это и бафы, в том числе рейдовые, и всевозможные проклятья, анафемы… Так что сердечная рекомендация: не жаться в этом вопросе.
Уловив благодарный взгляд Эрика, я едва заметно подмигнул. Воин, вероятно, уже успел пробежаться по списку умений и, зная его аппетиты, наверняка приглядел себе десяток способностей. А тут чуть было не лишили реферального опыта от семи сотен посвященных. Хвала всем святым, что у меня рост идет по другим критериям. А то вместо фарма бегал бы по городам и весям, агитируя за комсомол.
— Ладно, Глеб, у тебя глаза уже как у вампира. Иди, отдыхай, — согласился генерал в ответ на мой спич.
Обменявшись со всеми рукопожатиями, вяло махнул на прощанье и, выйдя из кабинета, направился в свои апартаменты.
Кирилл и Лена были бодры и веселы, развалившись в креслах и перебивая друг друга, они обменивались впечатлениями о последней фарм-сессии. Ребята за пару дней сделали почти тридцатый, что, впрочем, не являлось совсем уж неподъемной задачей для персонажей, вливших реал. Завидев меня, Лена с оглушающим визгом повисла на моей шее, в душе сразу потеплело, как будто я обнимал младшую сестренку после долгой разлуки. Кирилл не ревновал, а его глаза говорили, что он искренне рад меня видеть. Моя семья, Дети Ночи…
Наобнимавшись, усадил ребят и вкратце пересказал им события последних дней. Новости о том, что клан имеет теперь свой замок, их лидер стал Первожрецом и призыв Макарии моих рук дело, вознесли мой авторитет на невероятную высоту. Поэтому просьба принять жреческий сан и помочь в нелегком деле служения богам и окучивания паствы была воспринята как прямое руководство к действию. Благословение Павшего, наложенное на Кирилла несколько дней назад, не делало его жрецом, а лишь определяло вектор его веры и давало неизвестные мне плюшки.
Ребята повскакивали с мест и, сделав серьезные лица, приготовились к ответственной процедуре.
— Не так быстро! — остановил я. — Подготовиться надо.
Под удивленными взглядами я выложил из сумки пару горстей мензурок, стратегически аккуратно расставил их для максимально быстрого хватания, наполнения и закрывания.
— Значит, так, скорее всего, богиня явится взглянуть на своих новопосвященных адептов. Ее появление сопровождается легкими осадками в виде Искр Божественного Присутствия, которые в будущем должны послужить одним из столбов нашего финансового благополучия. После закрытия окна хватаем ноги в руки и оперативно сгребаем все в фиалы.
Задумчиво оглядевшись, я выбрал самый свободный угол помещения, убрал в сторону ковер и ткнул пальцем:
— Становитесь здесь!
Их серьезные лица забавляли, и я весело подмигнул и показал язык. Не хватало еще предстать перед богиней с лицом, как на фотографии для паспорта. Молодежи повод особый не нужен, на «хи-хи» срываются с полпинка, так что когда под перезвон колокольчиков и сверкание снега в наш план заглянуло раскрасневшееся от напористого ухаживания Павшего личико Макарии, то увидела она две веселые мордахи с улыбками от уха до уха. Непроизвольно усмехнувшись, небожительница кивнула и показала мне большой палец.
Пелена затянула портальное окно, лицо богини исчезло, когда в комнате раздался хлопок, и прямо посреди тоненького ковра ценнейшего ингредиента возник гадский Чебурашка. Брезгливо отряхнув грязные лапы, ушан зашлепал по направлению к камину, топча и раскидывая драгоценные Искры.
— Скотина белобрысая! — заорал я и, выбрав Чебурашку как цель, мысленно рубанул кулаком по виртпанели жреческих умений.
Не знаю, чего я добивался, слишком уж быстро все произошло. То ли проклятье хотел наложить, то ли просто настучать богам на белую тварь, но выпало Чебуратору быть жрецом.