Клан быка
Шрифт:
Да, сатир уже взобрался на скалу, на свое любимое спальное место. Наверняка уже дрыхнет.
Можно не опасаться внимательных хитреньких глазок, изучающих карту. Леха развернулся и побежал на юго-запад. К Изумрудным горам – там тоже три угольно-черные точки, одна из которых на самом деле медная гарпия. И может быть…
Может быть, вечером она… Ну может же быть?…
Должно же когда-то повезти?!
Звезды на востоке уже пропали – осталась лишь одна яркая-яркая, повисла над самым гребнем скальной стены. Небо за стеной все светлее и светлее.
Но по эту сторону стены, под ней – темно. Светлеющее небо только мешает, слепит глаза. Леха медленно шел вдоль стены, вглядываясь в щели и выступы. Где-то здесь сидит…
Леха сделал еще несколько шагов и встал. Вернулся назад.
О черт… Застыла, как каменное изваяние. Чуть мимо не прошел.
Но не спит.
Все так же в позе лотоса, и кончики крыльев чуть заметно подрагивают. Правда, не так быстро, как вечером… Неужели всю ночь вот так просидела?…
Леха вздохнул и шагнул к ней. Как мог мягче, позвал:
– Ли-ис.
Алиса вздрогнула и открыла глаза.
– А, Лешка… Привет… – медленно, чуть заплетающимся языком.
Пьяная от усталости. И в глазах – такая тоска… Уставилась на кончик крыла.
– Никак с сетью?
Алиса вздохнула, не поднимая глаз:
– Не пойму, что со мной… День… Сутки?… Сколько уже с этим сервис-паком мучаюсь?… И ничего. Ни-че-го! Мозги, что ли, слежались за время, что я здесь?… Заплыли жиром… Господи, я в самом деле стала здесь как курица-пеструшка, такая же безмозглая дура…
– Лис…
– Или это их электроды прямого контакта так на мозг влияют? Вроде крепких наркотиков, так же разрушают?
Теперь уже Леха опустил голову. Как раз мозги-то, может, здесь и не очень портятся. А вот все остальное – неподвижно лежащее в затхлом зале, без лучика солнца, на внутривенном питании… И еще черт его знает, что там в вену подают. Может, и здесь еще экономят, или сами технички по домам растаскивают…
– А через местный форум? – осторожно спросил Леха. – Там как?
– Ни словечка. Да бросили они это дело, ясно как божий день… И правильно. Какой с меня толк? Вон, даже в этой местной сетке завязла… Ничего не умею…
– Лис!
– Все выкрутились, только я попалась, как дура…
– Может, как раз в них дело, не в тебе? – мрачно предположил Леха.
Но Алиса будто не слышала.
– И тут… – бормотала она, ссутулившись и сжавшись. – Ты вот столько возишься со мной. И к Тхели бегал, и того урода сколько раз пришиб, и вот теперь, с доступом в систему… А я… Никакого толка… Дура дурой, и уши холодные… Странно, как тебе еще не надоело со мной цацкаться. Другой уж бросил бы давно, и правильно сде…
– Ну-ка, перестань! – Леха ткнул плечом когтистую лапу Алисы, безжизненно свисающую с валуна. Довольно сильно.
Алиса насупилась, но замолчала.
– Ты сегодня спала?
– Угу…
– Правда?
– Ну…
– Сколько? – не отставал Леха.
– Ну, так… – Алиса неопределенно мотнула головой. Не спала.
Леха вздохнул и уставился в пустыню. Сил больше нет смотреть, как она себя изводит…
А когда наконец-то рискнул поглядеть прямо, Алиса уже сидела закрыв глаза. Сосредоточившись, отрешившись. Опять в местной сетке?
– Лис, ты бы поспала, а?
Алиса упрямо мотнула головой, не открывая глаз. Да, что-то рассматривает…
Вот только кончики крыльев неподвижны.
Может быть, уже и не рассматривает, а просто… вроде и глядит, но не видит. Потому что все уже испробовала, все облазила, и больше не осталось папочек, куда можно заглянуть, не осталось вариантов, чтобы набивать в поля запросов и командную строку…
Все испробовала – но все еще не может в это поверить.
Выть хочется, на нее глядя!
Да только нельзя. Ей и так паршиво, только еще чужой истерики и не хватало…
– Поспала бы, Лис. Лучше потом, со свежей головой, еще раз попробуешь…
– Нет! Я должна. Должен быть какой-то способ! – Она замолчала и вдруг открыла глаза. На этот раз не пряча взгляда. В упор посмотрела на Леху. – Я ведь все понимаю, Леш. Это наш последний шанс. Если не это – то что?
Леха вздохнул и уставился на копыта.
Два места. Всего два места, про одно из которых можно забыть…
– И все же поспи, Лис.
– Я должна, Леш. Я должна…
Вот ведь упрямица!
Леха закусил губу. Эх, рыженькая, рыженькая, что же ты себя так изводишь…
– Лис, перестань. Лучше выспись как следует. Слышишь? Ты должна выспаться. Очень может быть, что завтра мне понадобится твоя голова. Умная и свежая…
Алиса только грустно улыбнулась в ответ. Ничего не сказала, но…
Все прекрасно понимает. Не провести ее на таком высосанном из пальца поводе… Знает, что нет никакой надежды на завтра. И попыток не бросит, пусть уже и сама не очень-то верит, что у нее что-то получится. Все равно не бросит…
Едва сдерживаясь, Леха развернулся и рванул в пустыню.
Вбивал копыта в песок, карабкаясь на дюну, стиснув зубы, чтобы не взвыть…
Светлело, дюны накатывали и оставались позади, а изнутри будто жгло. Но не от жажды крови, нет, еще хуже – жажду-то хоть можно было утолить…
– Ненавижу… – прошипел Леха, – Ненавижу!…
Господи, как же ненавижу этих тварей, что выдумали все это! Зубами бы рвал!!! И если получится выбраться отсюда… Только бы выбраться отсюда! А уж там, в реале… По кирпичику. По камешку разнесу эту чертову фирму!!! До последней бумажки, до последней инструкции, до последнего закона, что разрешают это.