Чтение онлайн

Он откинулся на спину с видом человека, который только что метнул кости и ждет, что выпадет.

— Ну да, вышвырнуть тебя за порог, а потом еще возиться с похоронами, — мрачно пошутил Джереми.

Жена бросила на него гневный взор, но, не успела она и рта раскрыть, как хозяин добавил:

— Нет уж. Единственное, что тут имеет смысл закапывать, это рыбьи головы. Храни свои тайны, господин Сил-вер. Нам все равно, пират ты или нет. Твоего Кидда будут искать, куда бы он ни направился, но, уж конечно, не рыбаки с Лонг-Айленда получат награду за его голову. Однако поговаривают, что он закапывает клады на островах, начиная с нашего и кончая островом Гардинер, чтобы сокровища не достались англичанам. Не думаю, что тебе «об этом что-нибудь известно, а?

— Отчего же, — отозвался, ухмыляясь, Дэн, — пиратские капитаны обычно рассказывают своим пленникам, как и где они прячут клады. Иногда даже карты дают с подробным указанием места. Это помогает им коротать долгие вечера между танцами и игрой на волынке, разве вы не знаете?

Когда все отсмеялись, Дэн добавил более серьезно:

— Однако мне действительно жаль. Право, друзья мои, я всего лишь бедный моряк, у которого в жизни только и есть богатства, что жалованье в конце плавания. Нынешнее мое плавание завершилось досрочно, и у меня нет для вас ничего, кроме слов благодарности. Как же мне отплатить вам?

— Поправляйся скорее, — сказал Джереми, поднимаясь на ноги. — Нам больше ничего от тебя не нужно.

— Так я уже! — воскликнул Дэн, должно быть, чересчур энергично, потому что сразу закашлялся.

— Не совсем еще, — криво улыбнувшись, заметил Джереми.

— Ты уверен, что мы не сделали глупость, приютив его в своем доме? — спросила мужа Рейчел Дженкинс, когда они остались одни. — В конце концов, мы ведь ничего о нем не знаем. К тому же у нас дочь.

— И что теперь? Выбросить его вон? И потом, дочка у нас разумная девушка, — возразил Джереми.

Они сидели у себя в спальне и беседовали, как всегда перед сном. Это было единственное время, когда супруги могли спокойно побыть вдвоем: она была уже слишком усталой, чтобы вязать или штопать одежду, а он — чтобы строгать что-нибудь или чинить рыбачьи снасти.

— Да, она разумна и к тому же добродетельна, как вы помните, мистер Дженкинс. Но он, кажется, шибко лихой парнишка, — проговорила жена, расчесывая свои волосы.

— Лихой, да не шибко. Ведь он только-только выкарабкался.

— А тебя не интересует, почему с ним все это случилось? — спросила Рейчел, отложив в сторону гребешок.

— Да что тебя так мучит, моя дорогая? — удивился Джереми, пальцем зажав то место в Библии, на котором он остановился, и поднимая глаза на жену. — Признайся же наконец.

— Вы читаете меня, словно раскрытую книгу, мистер Дженкинс, — вздохнула она. — Так вот. В заливе недавно видели каперское судно. Наш гость был на этом корабле и не отрицает этого. Мне, конечно, понравился его рассказ, но мальчик может оказаться пиратом. Вот что меня волнует!

— Ну да. Может оказаться. Как и многие из наших друзей и соседей. Или ты веришь, что старик Беллами заработал все свое золото, ловя треску в море? Или мистер Уикем основал магазин тканей на деньги от собирания устриц? Ну нет. Все мы кормимся с моря, кто как может, и вокруг полно людей, которые промышляли в свое время пиратством. Разве мы виним их за это? Нет, мы отворачиваемся и делаем вид, что все они — простые моряки или китобои. Едва ли наши лучшие граждане сумели бы заработать хорошие деньги честным путем. И вам это прекрасно известно, миссис Дженкинс. Море — суровый учитель, особенно для тех ребят, что избрали военную службу, а уж тем более для тех, кого взяли силой. Сама знаешь, как бывает, если капитану нужно набрать команду к следующему же приливу. В таких случаях матросов просто похищают или «принудительно вербуют» — называй как хочешь, все едино. Людей просто забирают на улицах и тащат на корабль, и все это во имя королевского флота. Мужчин и мальчиков, всех без разбору, хватают и отправляют в море на долгие годы, хотя, быть может, эти люди мечтают только об одном — жить дома со своими родными. Порой не лучше бывает и тем, кто сам идет на пиратское судно в надежде, что его ожидает красивая, свободная жизнь, а потом обнаруживает, что это не многим лучше рабства. Джереми вздохнул:

— Некоторым кажется, что поступить в команду капера — все равно что обрести свободу. Но самые разумные стремятся как можно скорее сойти на берег. Я не люблю пиратов. Некоторые — настоящие подонки. Но есть среди них и люди, которые просто стремятся к свободной жизни, есть и такие ребята, которые ошиблись в выборе пути. И немало парней, которые воображают, что на море их ждет жизнь, полная приключений. Вот и мы с тобой ежедневно на коленях благодарим Создателя за то, что наш Джефф не клюнул на наживку Веселого Роджера, не так ли?

Жена кивнула:

— Ты совершенно прав, мистер Дженкинс. Но как все-таки насчет Ханны?

— А что Ханна? Кажется, у парня еще слишком мало сил, чтобы набедокурить у нас в доме.

— Я не об этом подумала, — сказала миссис Дженкинс, убирая гребешок. — Просто мне еще не доводилось видеть та-, кого красавчика.

— Красавчика? — переспросил пораженный супруг. — Да у этого парня настоящая акулья морда!

— Вы, мужчины, ничего в этом не смыслите, — посетовала Рейчел, натягивая чепец.

— Смыслим больше, чем вы полагаете, миссис Дженкинс, — с усмешкой промолвил Джереми, подходя к жене и снимая с ее головы кружева, чтобы без помех насладиться ее густыми волосами!

С улыбкой глядя на нее сверху вниз, он добавил:

— Намного больше, чем вы полагаете.

Прошло немало времени, прежде чем Рейчел свернулась калачиком под боком у мужа на широкой и мягкой постели и снова беспокойно заговорила:

— Я боюсь не того, что может натворить он. Я думаю о том, на что ради такого парня может решиться она.

— Только не наша Ханна, — сонно пробормотал муж.

— Что ж, надеюсь, ты прав, — с сомнением согласилась Рейчел, прежде чем закрыть глаза. — Она действительно очень разумная девочка.

— И потом, — спустя еще полчаса сказала себе миссис Дженкинс, — они ведь не наедине в этом доме, не так ли? — И, окончательно успокоившись, все-таки уснула.

Ханна остановилась возле двери в комнату раненого и, услышав хохот, хмуро свела брови. Ей было отнюдь не смешно, ведь она сразу узнала голоса: Молли заливалась, как девчонка, а Сэл, как всегда, прикрывала рот рукой, отчего смех получался приглушенным. Но обеим служанкам следовало работать, а не развлекаться! Молли вообще обязана находиться в кухне и готовить обед. А Сэл позвали только для того, чтобы поправить больному простыни. Может, и наоборот, но, как бы там ни было, ни одной из них не полагалось захлебываться тут от смеха.