Кейн
Шрифт:
Я захныкала.
— Что, если с ним случится что-то плохое?
— Не случится, я могу поговорить с Брэнди…
— Нет! — заявила я и отстранилась от Кейна. — Не хочу, чтобы ты связывался с ним, я знаю Брэндона, и сама с этим разберусь.
Губы Кейна дрогнули.
— Что случилось с нашим «вместе»?
Моя нижняя губа задрожала.
— В этом вопросе, это касается только меня. Я не могу защищать вас обоих одновременно.
Кейн улыбнулся.
— Я защитник, Куколка.
— Нет, я уже застолбила это звание. Прости.
Он рассмеялся.
— Мы можем защищать друг друга.
— Договорились, — пробормотала я.
— Пожалуйста, не плачь больше, — пробормотал Кейн. — Это заставляет меня хотеть выбить дерьмо из твоего брата за то, что он расстроил тебя.
Я неожиданно рассмеялась:
— Мои братья опередили тебя.
— Я так и думал.
Я вздохнула.
— Скучала по тебе.
Кейн фыркнул.
— Меня не было всего пару часов.
— И что? Я все равно скучала по тебе.
Он приподнял мою голову, чтобы наклониться и прижаться своими губами к моим. Наш поцелуй начинался как медленный, но быстро превратился в голодный. Он крепко поцеловал меня и зашипел, когда я прикусила его нижнюю губу.
— Не могу дождаться, когда ты будешь моей, — прошептал он.
Я улыбнулась.
— Я уже твоя.
— Имею в виду, не могу дождаться, когда ты разденешься.
Я игриво шлепнула его.
— Мы только начали встречаться. За какую девушку ты меня принимаешь? У меня есть мораль.
— Ненавижу твою мораль, — захныкал он.
Я рассмеялась.
— Позволь мне сначала по-настоящему почувствовать себя комфортно рядом с тобой. Не хочу, чтобы это было просто физическим.
Кейн потерся своим носом о мой.
— Я могу подождать. Это убьет меня, но я могу это сделать.
Я знала, что он может, и это делало ожидание еще более тяжелым.
Буквально.
***
Мне было больно.
У меня болела спина, и из-за этого я была раздражена.
— Хочешь массаж ног? — спросил меня Кейн.
Я закатила глаза.
— Я хочу, чтобы ты отвалил и оставил меня в покое.
— Черт возьми, Эйдин, — пробормотал он. — Ты сегодня такая капризная.
Я пожала плечами.
— Ты это переживешь.
— Тебе следует трахнуть себя.
Я посмотрела на Кейна, приподняв брови.
— Прошу прощения?
Он поднял руки вверх.
— Мастурбация — доказанное средство для снятия стресса. Если ты не позволяешь мне трахнуть тебя, тогда трахни себя сама и успокой свою беременную задницу.
Я ненавидела, что моя губа дрогнула, и ненавидела, что Кейн и его братья видели это. Мои братья покинули квартиру несколько часов назад; я осталась с Кейном, Нико и Алеком.
— Ага! — он указал на меня. — Я заставил тебя улыбнуться!
Я закатила глаза.
— И что?
— А то! — просиял Кейн. — Не такая уж я и сволочь, если могу заставить тебя улыбнуться.
Я заставила себя не рассмеяться.
— Ты сволочь. Огромная сволочь.
— Я хочу бросить в тебя лампу.
— Что? Почему? — спросила я, широко раскрыв глаза.
— Потому что тебе нужно расслабиться, черт возьми! — хмыкнул Кейн и скрестил руки на груди.
Я на мгновение уставилась на него, а затем расхохоталась.
— Что? Теперь ты смеешься?
Я засмеялась еще громче.
— Никогда не пойму женщин, никогда!
— Я здесь, чтобы направлять тебя, бро.
— Отвали, Доминик.
Я так сильно хрипела, что подумала, что могу потерять сознание.
— Остановись! — умоляла я и упала боком на Кейна, который смеялся надо мной.
Я быстро встала и вразвалку вышла из комнаты, направляясь по коридору в туалет. Я едва добралась до туалета, прежде чем облегчилась. Смеяться во время беременности отстойно — всегда есть возможность обмочиться.
Закончив в ванной, я направилась обратно в гостиную. Прошла мимо кухни и увидела, что все трое братьев там и делают сэндвичи. Я не чувствовала голода — на этот раз — поэтому вернулась в гостиную и села.
Как только я села, она проснулась, и это заставило меня улыбнуться.
— Кейн, — позвала я.
Через несколько секунд он вошел в гостиную с сэндвичем в руке.
— А?
— Она проснулась; спроси своих братьев, хотят ли они почувствовать, как она двигается.
Кейн улыбнулся и подошел ко мне. Он положил свой сэндвич на кофейный столик и опустился передо мной на колени, задрав мою футболку и положив руки мне на живот.
— Доминик, Алек, — позвал он. — Идите сюда.
Они оба вошли в комнату с сэндвичами в руках.
— Что? — спросил Алек.
— Идите сюда, малышка проснулась.
Они положили свои сэндвичи, затем обступили Кейна с обеих сторон и опустились на колени рядом с ним. Как и Кейн, они просто уставились на мой живот.
— Положи руку ей на живот, — прошептал Кейн, широкая улыбка все еще остававшаяся на его красивом лице, превращала его в нечто прекрасное.
Нико и Алек переглянулись поверх головы Кейна, но сделали, как было сказано, осторожно протянули руки и нерешительно положили их мне на голый живот. Я улыбнулась им обоим и переложила свои руки с рук Кейна на их. Я рассмеялась, когда малышка сильно пнула меня, а Нико тихонько вскрикнул.