Кейн
Шрифт:
— Я же говорил тебе, она присматривает за тобой — за всеми вами. — Я посмотрела на своего отца, когда он подошел ко мне. И улыбнулась, когда он обнял меня. — Поздравляю, малышка.
Я крепко обняла его в ответ.
— Спасибо, папа.
— Да, поздравляю, сестренка, — раздался голос Харли.
Я улыбнулась, отстранившись от отца, и обнаружила, что все мои братья поднялись на ноги и направились ко мне. Я рассмеялась, когда они окружили меня, и мы крепко обнялись.
— Мы собираемся стать дядями! — сказал Гэвин, его голос звучал как у ребенка.
Я рассмеялась и отошла от братьев к раковине, чтобы попить воды.
— Да, вы будете дядями, но и братья Слэйтер тоже, так что я была бы признательна, если вы четверо не будете нападать на них, когда встретите в будущем.
Джеймс ухмыльнулся мне.
— Никаких обещаний.
Я покачала головой.
— Сейчас для меня и Кейна все кажется безумием. Пожалуйста, будьте осторожнее. Он выписался из больницы всего десять дней назад.
— Из-за чего? — спросил Харли.
— У него диабет, — объяснила я.
Отец покачал головой и уставился на Джеймса.
— Я не знал, что он болен! — огрызнулся брат в свою защиту.
Я выдохнула.
— Кроме того, он не бил так, будто болеет.
Не могла не посмеяться над этим. Братья и отец последовали моему примеру.
Прошло несколько часов за разговорами с отцом и братьями. Мы прогуливались по переулкам памяти и обсуждали наше будущее с улыбками и смехом. Около девяти вечера я начала чувствовать себя по-настоящему уставшей. Харли предложил отвезти меня домой, и я с радостью согласилась. Я обняла всех на прощание, дала им понять, что думаю о том, что они придурки из-за драки, но я все равно их люблю.
Харли отвез меня домой и проводил до дверей квартиры. Он отказался от моего приглашения на чашку чая, потому что знал, что я устала. Он ушел, удостоверившись, что я в безопасности в своей квартире с запертой дверью.
Несколько мгновений в квартире я была спокойна и собрана, но внезапно я ничего не смогла с собой поделать — слезы навернулись на глаза и потекли по моим щекам. Я не была плаксой — я выросла с четырьмя братьями и отцом-одиночкой, это закалило меня, — но со всем, что было у меня на уме, я не смогла удержать себя в руках.
У меня должен родиться ребенок, и моя семья ненавидит отца этого ребенка.
Я подняла глаза к потолку и захныкала:
— В какую бы игру ты ни играла, ма, я не нахожу в этом ни капли смешного.
Я услышала в своей голове звонкий смех матери, и на мгновение это успокоило меня. Войдя на кухню, я включила свет и положила сумку на кухонный стол. Налила в чайник воды и поставила его кипятиться.
Мне нужна чашка чая.
На самом деле мне нужно что-то покрепче, но, учитывая, что я беременна, отныне чай должен стать моим любимым напитком для снятия стресса, и я понимала, что в будущем будет приготовлено очень много чашек.
Глава 12
— Эйдин? Открой, это я.
Моргнув, я открыла глаза и не смогла сдержать легкой улыбки, когда встала с дивана, лениво подошла к двери своей квартиры и широко открыла ее для моей лучшей подруги.
— Мне так жаль, детка, — сказала Кила, войдя в мою квартиру и обняв меня. — Я бы пришла утром, если бы знала.
Я обняла ее в ответ.
— Все в порядке.
— Это, бл*дь, не так! — заявила она и отстранилась.
Она закрыла дверь и повела меня в гостиную, где мы сели на диван. Я поджала ноги под задницу, и Кила сделала то же самое.
— Твое лицо! — ахнула она.
Я отмахнулась от нее.
— Это был несчастный случай.
— Честное слово я приехала бы утром, но парни поехали в дом Нико и Броны, чтобы привести себя в порядок, и вернулись только около двадцати минут назад. Они подумали, что для нас будет лучше услышать, что произошло, не видя их покрытыми кровью.
Воспоминания о парнях, дерущихся этим утром, заполонили мой разум.
Я вздрогнула и обняла себя.
— Это было ужасно, Кей. Они выбивали дерьмо друг из друга. У всех моих братьев будут фингалы.
— У парней болят челюсти и синяки, это уж точно. Лица Кейна и Райдера чертовски распухли, на скулах и челюстях появились синяки. У Нико кровь из носа текла целую вечность, он сказал, что у него темнеет в глазах, а у Алека… ну, у Алека всего только два пореза — он был идеален по сравнению с остальными.
Я не могла не фыркнуть.
— Это потому, что Гэвин пошел на него, маленький идиот.
— Он помогал своим братьям так же, как Алек. Они оба не лучше друг друга.
— Мужчины.
— Ага.
Мы сидели в тишине, пока Кила не произнесла:
— Судя по такой жестокости, я так понимаю, твои братья не хорошо восприняли Кейна как отца ребенка?
Я неожиданно рассмеялась.
— Можно и так сказать.
Кила улыбнулась мне.
— Кто был больше всего зол?
— Джеймс, — вздохнула я. — Он ненавидит братьев, как и остальные трое, и теперь мой отец определенно тоже ненавидит их. Он угрожал убить Кейна бейсбольной битой.
Кила ахнула:
— Стальной?
— Той самой.
— Трахни меня.
— Ага.
Кила покачала головой.
— Не понимаю, почему это дерьмо случается с парнями, они никогда не могут просто поговорить.
— В тот день, когда они просто поговорят, полетят свиньи.
— Согласна.
Я улыбнулась, но улыбка была вымученной, и мне не удалось надолго ее сдержать.
— Ты собираешься остаться здесь до конца выходных?
Я кивнула.
— Не обижайся, но я просто хочу побыть наедине с собой, чтобы все обдумать. Я все еще не могу до конца поверить, что беременна. Это просто безумие.