Чтение онлайн

— Постой, старина... зайдем, выпьем пива,— сказал он, беря Варью под локоть.

Не решаясь отказаться, Варью поднялся вслед за ним по ступенькам и шагнул в пивную, в густое облако табачного дыма. Его не покидало ощущение, |что в это самое время светловолосая девчонка стоит там, на берегу, пытаясь остановить проносящиеся мимо машины. Балог занял очередь в кассу. Варью огляделся. Пивная слишком приятного впечатления не производила. Пакш и прежде был не самым луч-шим местом, а с тех пор, как здесь началось строительство электростанции, и вообще стал напоминать былой Сталинварош. Вокруг подпирали стенки пьяные. Недалеко от Варью ел соленый корж старик, сопли текли у него из носа прямо на корж. «А куда им еще им течь?» — подумал Варью и отвернулся. Но куда бы он ни повернул голову, везде потели, икали, что-то пили, жевали люди. Варью, конечно, не мог о себе сказать, что он слишком уж часто моется, однако вонь и грязь, неизбежные в таких местах, переносил плохо... Балог тем временем благополучно добыл чеки, и они встали в очередь к пивной стойке.

В кружке было много пены, но пиво было по крайней мере холодным.

— Ну, поехали,— сказал Балог, чокаясь кружкой.

Иштван Варью поднес свою кружку ко рту - и, когда холодная, пощипывающая язык жидкость полилась ему в рот, он вдруг совершенно отчетливо почувствовал, что вот сейчас, в этот самый момент, на шоссе остановилась машина и светловолосая девчонка села в нее и укатила.

— Не нравится? — спросил Балог.

— Да нет... хорошее пиво... Спасибо,— ответил Варью.

Янош Балог, молча улыбаясь, выжидательно стоял с пустой кружкой в руке. Варью понял, что теперь его черед покупать пиво.

— Выпьем еще по одной? — спросил он.

Балог охотно кивнул.

Варью пошел к кассе. Вместе с пивом в желудок ему проникла тоскливая горечь. Она жгла, беспокоила. Теперь он был твердо уверен, что светловолосая уехала. Что ей как раз в эти минуты удалось наконец остановить проходящую машину. Он словно воочию видел, как некто смотрит на нее, стоящую на обочине, оценивающим взглядом, потом, снисходительно кивнув, приглашает в машину и увозит. Увозит в Сексард, в Печ или еще дальше. В Боглар, туда, куда ей только захочется.

Перед ним в очереди стоял цыган, по виду рабочий, в комбинезоне, с потной шеей. Он обернулся, держа в зубах сигарету, и посмотрел на Варью.

— Коллега, не дадите ли огоньку?

— Конечно,— ответил Варью и зажег спичку.— Шофер?

Цыган раскурил сигарету и лишь тогда ответил:

— Нет, не шофер.

— А я шофер,— сказал Варью.

— Спасибо. Закурить не хотите? — продолжал разговор цыган.

— Нет, я сперва выпью,— сказал Варью.

Теперь у него не оставалось никаких сомнений, что девушка уехала. Он даже знал, что уехала она на легковой машине. На «Жигулях»... или, может, на «фиате»...

Очередь двигалась медленно. Какой-то пьянчужка заспорил кассиршей. Он, видите ли, заплатил за кружку пива и стопку рома, а чек получил только на пиво. Кто из них прав, понять было совершенно невозможно. Наконец пьяного отпихнули от кассы, и очередь снова зашевелилась. Пьяный, пошатываясь, стоял рядом и ругался последними словами. Получил свой чек цыган, за ним подошел к кассе Варью, попросил два пива. Тем временем Балог, знавший здешние порядки, занял очередь к стойке. Варью отдал ему чеки, вытер пот со лба.

Отойдя к стене, они не спеша потягивали пиво. Балог показал глазами на дверь:

— Смотри: патруль.

Варью оглянулся: несколько полицейских вошли в пивную и стали проверять документы. Он теперь твердо знал, что светловолосая уехала. От этого на душе было тревожно, беспокойно. Не то чтобы Варью надеялся, что она останется с ним; но все-таки ему было не по себе. Допив пиво, он направился к выходу. Балог двинулся за ним. Однако выйти не удалось: усатый сержант загородил им путь.

— Местные?

— Нет,— ответил Варью, видя, что сержант косится на его волосы.

— Прошу предъявить документы,— сказал полицейский.

Варью протянул ему паспорт. Тот перелистал его, сравнил фотографию, потом спросил:

— Имя. фамилия матери?

— Гизелла Рабель,— послушно ответил Варью. Он давно, еще с тех времен, когда проводил много времени в «Семерке треф», накрепко усвоил: с полицией задираться не следует.

— Место рождения?

— Кёбаня, двадцать третьего февраля тысяча девятьсот пятьдесят третьего года.

— Род занятий?

— Шофер.

Ефрейтор еще раз с неодобрением посмотрел на волосы Варью, снова перелистал паспорт.

— Где остановились?

— В общежитии для шоферов.

В паспорт Балога ефрейтор лишь бегло заглянул: личность Балога не вызвала у него никаких подозрений, он даже не спросил его ни о чем.

Они не спеша шли через поселок в сторону Дуная. Начинало темнеть. Балог показал на маленькие крестьянский домик с садом.

— Посмотри туда, Варью... Видишь, садик... Тишина, покой... Баба уток разводит, муж деньги зарабатывает, сколько требуется, в «Махарте» [6] . В декабре свинью заколют, будет мясо свое...

В голосе Балога слышалась грусть: вот у него — ни домика, ни свиньи. Варью слушал его вполуха — он все еще был занят мыслями о светловолосой девчонке. Когда они вышли из пивной, он вспомнил, что дал ей денег, сто форинтов. Значит, она могла куда-нибудь зайти поесть и упустить лучшие машины... Может, теперь она как раз вернулась на берег или к дороге... Трудно стало нынче путешествовать на попутных машинах, молодежь стонет. «Вполне может статься, что она еще здесь»,— подумал Варью и ускорил шаги. Балог чуть не бегом поспевал за ним.

Они быстро дошли до окраины. В густеющих сумерках протянулась между поселком и Дунаем серая лента шоссе. Варью посмотрел направо, посмотрел налево — светловолосой нигде не было видно. Значит, ей все же удалось в нужный момент поймать машину. И как минимум «фольксваген». Варью готов был в этом поклясться.

— Не нравится местность? — спросил Балог.

— Местность красивая, только вот...

— Что только вот?

— Пусто здесь. Чего-то недостает. Сюда что-нибудь этакое, особенное...