Казачья серьга, Макеев Василий - читать онлайн бесплатно

Казачья серьга

5.00 + -

рейтинг книги

Шрифт:

«Я был у Дона, на излуке Дона…»

Я был у Дона, на излуке Дона,В степи моей, так странно дорогой,И вдруг звезда мигнула с небосклонаСеребряной казаческой серьгой.И мне приснилось в девственную полночь,Что всю-то жизнь в скаку и набегуФетис – мой прадед, иже Парамоныч,Таскал на ухе знатную серьгу.В бою смелы, в гульбе подчас угрюмы,Но, свято чтя предания свои,Его оберегали односумы —Последнего заступника семьи.И он не подкачал! Воспрял из чунейИ взял свое у песенной судьбы:Спроворил чад и ласковых чадуний,По всей округе вырастил сады…Как жалко мне, что я, уйдя из кругаВ небрежные превратности строки,Не продырявил трепетного ухаДля оберега – то бишь для серьги.Но иногда в душе легко и празднично —Не всё ж волне крутые берега! —Звенит серьгой задиристого прадедаДонской излуки вечная серьга.

Мой век

«Не из борцов и шустрых лиходеев…»

Не из борцов и шустрых лиходеев.Лишь тем и грешен, что навеселе,Мужчина под названием МакеевБредет по неустойчивой земле.Презрев любовь и дела не содеяв,Забыв родню и память на селе,Упрямец непростительный МакеевОдин как перст остался на земле.И сызмальства на ребрышках скамеек,А пуще – на исчерканной скалеНе выводил «Здесь был В.С Макеев» —Один поэт, ненужный на земле.Но в череде дорог и юбилеев,О, кто бы ведал в мороси и мгле,Как потаясь мятущийся МакеевОт тихой боли стонет на земле!

Последняя песня

У Есенина сник колокольчик певучий.Пронеслись у Рубцова, скрипя, поезда.А у нас гулевые ракеты за тучиРазлетаются с ревом незнамо куда.Хоть и Бога еще скрепя сердце простилиИ сиянье вершин навели на него,Только судьбы крестьян, их надежды простыеНе волнуют на свете уже никого.На соломенных свадьбах вправду дико и горько,На вокзалах кишит без куска детвора.И который уж раз виноватую ЗорькуУвела нищета, взналыгав, со двора.По церквам и погостам снова заголосили,Голубица снесла в ржавых пятнах яйцо.И кровавый наемник оголенной РоссииПлюнул жвачкой зеленой в расписное лицо.

«Побурели сады…»

Побурели сады.Ожидая не впрок листопада.Над степной голызнойОчумело кричит козодой.Иль кислотным дождемОкатилась родная левада.Иль омылась онаМатеринской горючей слезой.Не успела уйтиК дочерям на хлебы даровые.У покорных могилДорогого совета спросить.На присадистый домЗаявились купцы гулевыеИ давай сгорячаВсе нажитки ее поносить.Мол, холодный чулан,И наличники смотрят непрямо,И старинная печьЧересчур широка и толста.Осерчала мояБестелесно-упрямая мамаИ турнула гостейВ золотые свои ворота.Дом скрипел и стонал.Словно в нем совершались поминки.Словно кто-то обрекПлоть его на замедленный слом.И дрожали под ним,Как в бреду, вековые обчинки,И напуганный голубьГундел над щербатым крыльцом.По округе тоскаРасплескалась зарей неминучей,Лишь пустырник махор свойВозносил на корявой стерне.Снова солнышко селоЗа кузнечно-чумазые тучи,И в своем далекеЯ слезами давился во сне…

«Жалею ли, скорблю…»

Жалею ли, скорблю,А впрочем, не жалею:Чтоб пуще расплеласьПроворная трава,В заброшенном садуЯ вырубил аллею,Хоть клялся не губитьВпустую дерева.В ней выросли цветыНевиданной породы,Как бледные луни,Летящие навстречь.И яблони-дичкиОпять сомкнули своды,Чтоб эту красотуСобою уберечь.Невинные цветыНапомнили о вечном,Стояли у пеньковК исходу октябряНа тонких стебелькахВ паневах подвенечных.Небесной худобойЗастенчиво горя…А где-то через годВ июльскую полудуЯ ринулся по нимОтслеживать стихи:Не возродилось вновьСиреневое чудо.Лишь грустно шевелятУшами лопухи.

Мой век

Я все еще от века не отвык.В моем двадцатом – страхи и привады.Кулючу впрок, кочующий кулик,У кулича родительской левады.О том, что тень свалилась на плетеньИ к неминучей горестной досадеКрестьянство обломали, как сиреньСноровистую в сорном палисаде.Но все же, осиян иль окаян,Век близок мне не бомбою атомной,А как хмельной колодезный ирьян,В жару даримый матушкой укромной.Портошное, быть стало, молоко…И новый век, срамной и заполошный,Хотел я встретить гордым, как древко,Но скоро сник душою беспортошной.Зачем насилу вянуть и смердеть,Вылизывать господнюю посуду?Желаю ближним век сей перебдеть.А я в плену у вечности пребуду.

Я жил в стране лукавой новизны.Прилюдно чтил зароки и советы.Стихи стране вдруг стали не нужны.В политику ударились поэты…А я все пел от лета до весны: В какие лета!Народ бурчал, как пшенная кутья,И мазал ближних дегтем или медом.В конце концов, слезы не пролия,Срамная власть поладила с народом…А я все славил бренность бытия: С погожим годом!Опять сулят удачу во хмелюИ ставят впрок посильную задачу,Поклон великий рваному рублюИ сытости невиданной в придачу…А я все реже верю и люблю И чаще плачу!

«Не бранил житья…»

Не бранил житья.Не ломал копья,И в итоге сих полумерГолова мояИ страна мояПоусохли вдруг на размер.Я детей хвалил,А людей квелил,Красоту узнавал в лицо.И душой в тернахШироко шалил,В стороне от былых лесов.И не зряч, не слеп,Сыплю соль на хлебИ сулю судьбе неуют,Коль теряет крепьГулевая степьИ сверчки зарю не куют.

«Ну что вы разгалделись о погибели…»

Ну что вы разгалделись о погибелиВсея Руси, пустые жернова?А в поле росам глазыньки повыпилиПлакун, разрыв и снова сон-трава.И рожь стоит, как в яви рать кулачная,Сад соловьями окропил Господь.Страна досель куличная, калачная,Свирепая, смиренная и злачная!Нам не галдеть пристало, а молоть!Не языком, умом и плотью грешною,Переборов раздоры и раскол,Чтоб не казался выдумкой потешноюНаш на века запущенный помол.

«Я гнался за дождем…»

Я гнался за дождем.Он топотил корявоИ нош уносилЗа дольний окоем.Я гнался за дождемНе ради слез и славы.А чтобы, прослезясь,Навеки стать дождем.И я уже летел,Крылами помаваяНебесный зрак луны,Рябой Батыев шлях,И вся моя земля,До боли золотая,Корежилась тоскойВ обугленных полях.Она меня ждалаИ в гневе обожала,Сулила городам,Молила во дворах.Я долго падал ниц.Но ливневые жалаЛомались у землиИ обращались в прах.– Да разве это дождь,Что сукин кот наплакал! —Смеялась ребятня.И отдувался гром,И сытно рокотал,Как старорусский дьякон:– Не каждому даноВольготничать дождем!

«Ранняя птаха, соловушка…»

Ранняя птаха, соловушка,Слышишь, небесный пиит,Что-то от жизни головушкаПуще болит и болит.В громе ли, в песне ли, шорохеЧаще препятствуют мнеВ яви – обманы да мороки,Слухи да страхи – во сне.Раньше все грезились лошади,В желтых веснушках июль.Ныне – орущие площади,Здания в оспинах пуль.Эх ты, страна окаянная!Тупо бредя сквозь бурьян,Словно кабатчица пьяная,Грязный мусолишь стакан.Чья ты, не знаю, зазнобушка?Я твой питух, не пиит…Только садовый соловушка,Горя не зная, гремит.

1 2 3 4 5