Карибы
Шрифт:
Но даже пройдя по мирам и временам, Агний чувствовал растерянность и страх перед завтрашним днем. Как просто было в Камелоте в чужой шкуре он понял только сейчас. Как сладко было в Вероне...
Здесь, чтобы противостоять, какая ирония, своему любовнику нужен корабль, нужна команда. Здесь надо прожить не один год, чтобы разобраться во всем. Или просто шагнуть в море...
Елин заглянула в глаза мужчины и почувствовала его смятение.
– Прости, я не хотела расстраивать тебя. Я не хотела, чтобы всё было вот так.
Их разговор продолжился уже утром в доме. Становилось привычкой уходить на закате и возвращаться с первыми лучами солнца, словно кто-то мог отругать их и запретить им.
– Не хотела… Мы оба не хотели себе такой судьбы… - Адам не пошел в комнату, а рухнул на диванчик у окна, широко расставив ноги и обхватив голову руками.
Днем он пошлет приглашение Ричарду, устроит судьбу Энни. Как можно скорее. Хочет она этого или нет. У него обещание Року Бразильцу, пусть даже он и не отец этой девки. Ее родителей он вообще не знает и знать не желает. Впрочем, как и своих! Если уж он Туата Де Дананн или Итхаква или еще кто-нибудь ужасающий для всех этих людей, то какая разница кто его рожал такого в муках!
Адам встал и подошел к зеркалу, что висело в простенке. Овальное зеркало в пол, явно трофей Рока, показало светловолосого кркасивого мужчину атлетического телосложения, с классическими чертами лица и пронзительно-голубыми глазами. Из мира в мир он переходил с этой внешностью. Так почему же Моргана, капитан и старая индианка видели в нем монстра?
Что было такого в его облике?
Он нравился женщинам, очень нравился. Изначально. Они находили его желанным. Нравился мужчинам. Разным, даже тем, что не практиковали «особый вид» любви.
И совсем не нравился себе…
С рассветом встали рабы. По дорожкам сада прошаркал негр-садовник. Увидев в проеме окна хозяина, низко поклонился, стянув шляпу с седой курчавой головы. С кухни потянуло ароматом свежеиспеченных булочек и неприятным отчего-то запахом этого напитка – чая. Привезенного за тридевять земель, горьковатого отвара, который многие еще и молоком разбавляли.
Юркая Мэгг выскочила из комнаты Энни, ойкнула, наткнувшись на Адама, и исчезла в саду средь клумб с цветами.
Что здесь делать гладиатору или рыцарю?
Адам знал что.
Пройдя в свою комнату, мужчина переоделся в дорожный костюм, натянул высокие сапоги и перепоясался ремнем и перевязью, на которые нацепил шпагу, пару кинжалов, сунул за ремень однозарядный пистолет.
Завтракать будут без него.
***
Солнце уже начинало по-дневному пригревать, когда, оседлав коня, Адам выехал из ворот дома на берегу моря.
В седельной суме лежало письмо плантатору, бумаги из сундука Рока-пирата.
Адам не будет рисковать жизнью Энни. Только не ее жизнью!
Если он найдет клад капита, то эти деньги пригодятся для безбедного проживания на Барбадосе белокурой красавицы с мужем и детьми.
И хватит капитану Адаму Лонели, чтобы снарядить корабль и собрать достойную команду. И уплыть отсюда куда глаза глядят.
В Ирландию.
«Parting - a long way to the pier.
Maybe someday we'll meet again.
Wherever you are - no me, the place where I - is not there, there is no place near me, darling!»
***
А через три дня, вернувшись домой, Адам застал Энни Пуговицу в боевом расположении духа.
Внезапное его исчезновение, долгое отсутствие и даже визиты одобренного Ричарда не вызвали бури слез, обвинений и жалоб. Нет. Девка спокойно и деловито отдавала распоряжения рабам, закрывала комнаты, убирала вещи. Роскошные платья и шляпки.
Доставала вещи. Походные бриджи, плотную юбку, холщевую рубаху, разношенные и от того удобные сапоги.
Нехитрое оружие Пуговицы было извлеченно из сундука, начищено и разложено на кровати. А девица упражнялась со шпагой капитана Лонели у зеркала.
– Адам.
– Коротко поприветствовала Энни и продолжила отрабатывать выпады.
– Бедняга Ричард не был шокирован всем этим карнавалом?
– Ты думаешь это я к свадьбе готовлюсь? Я хочу тебе помочь.
– И чем ты мне поможешь? Будешь пышными юбками подметать раскоп? Или зацепившись за корягу в лесу, повиснешь как лиана, демонстрируя всем обитателям свои кружевные панталоны! – Адам был в прекрасном расположении духа, он опасался что по возвращении на него прольются слезы, а тут Пуговица вспомнила, что она не нежная орхидея. Но не удержался, чтобы не поддеть.
– Ты посмотри на себя, ты ж разодета как принцесса, папка постарался. Со дня на день ты выйдешь замуж за добропорядочного богача. Это уже я постараюсь для тебя. А потом уже пусть Ричард старается сделать тебе побольше детей. Смотри, дорогая, сколько мужчин стараются ради тебя одной. Чем ты не довольна? Чего еще ты хочешь? – Слова были жесткие, но честные. И они помогали Адаму скрыть, что он чувствует по-настоящему.
– Что тебе интересного в сундуке пирата, который даже и не твой отец? Я же знаю, что ты сунула уже свой любопытный носик…
Адам прошел в свою комнату, расположенную в мансарде и, не закрывая дверей, переодевался к ужину. Скидывая одежду, он не беспокоился о том, что Энни лицезреет его полностью голого.
«Можно подумать, на моем теле осталось такое место, которое Елин еще не видела, не знает и не трогала» - сам себе фыркнул Адам.
Не натянув еще штаны, но накинув на плечи рубаху, он развернулся к девушке и прокричал.
– Что там уселась? Иди, примерь очередной наряд, погреми побрякушками, что Рок награбил, иди.. там цветы от жениха вянут без тебя… Не смотри на меня!!!