Шрифт:
Положив блокнот на пульт главного компьютера, Стив Бландерс производил последние вычисления. Капельки пота блестели у него на лбу, как сигнальные лампочки на панели управления кораблем. Иногда, видимо, чтобы довершить сходство со щелкающей реле и переключателями машиной, в животе у него начинало урчать.
Одно из табло на пульте нетерпеливо замигало, и Стив заторопился. Он подвел под конечной цифрой черту и попытался в уме возвести ее в куб. Но 3,5389 упорно противились его усилиям. Слабо выругавшись, Стив снова взялся за карандаш.
— Долго еще ждать? — поинтересовался откуда-то из стены бесцветный металлический голос.
— Сейчас, сейчас… — забормотал Стив. — Готово! Сорок четыре, запятая, триста двадцать, пятьсот двадцать один.
В рубке воцарилось молчание. Стив заерзал в кресле пилота и неуверенно спросил:
— Неправильно?
— Правильно. Только медленно считаешь, дожидайся я тебя, давно бы проскочили мимо планеты…
На лице Стива появилось нечто вроде гордости. Рассчитать вручную вектор подпространственного курса — этим можно гордиться! Но корабельный кибермозг склонен был оценивать его успех куда с меньшим восторгом.
— Готовься к посадке. А то опять придется медотсек расконсервировать.
Стив торопливо застегнул ремни кресла. Как всегда в такие моменты, зачесалась бровь, рассеченная год назад о стеллаж с навигационными картами. Тогда кибермозг забыл предупредить его о посадке…
— Пойдем с маленькими перегрузками, да? — небрежно спросил он и затаил дыхание в ожидании ответа.
— Конечно. Десять «жэ» — не больше.
Стив застонал. А через секунду начались перегрузки. Действительно, всего десять «жэ», что, по мнению машины, совсем немного и здорово экономит горючее…
Когда он открыл глаза, перегрузки уже давно прекратились. Судя по данным на пульте, корабль прочно стоял на поверхности планеты, а исследовательские зонды уже расползлись по окрестностям.
— Это какая планета? — слабым голосом спросил Стив. Он вовсе не рассчитывал на ответ, но на этот раз компьютер снизошел до беседы.
— Би-Эн, N 315. Южный материк.
— Да нет здесь ничего, — почти закричал Стив. — Нет! Я же был здесь семь лет назад, перед тем как…
— Знаю, что был! — в металлическом голосе возникло какое-то странное дрожание. — Ты же мне все микрофоны прожужжал, что именно здесь расстался с этой рухлядью, этой кучей металлолома, этим «Громовержцем»…
В недрах пульта что-то застучало. Стив быстро отодвинул кресло к стене: манипуляторов в рубке не было, но вот струя горячего кофе могла литься не только в стакан, но и прямо в лицо.
— Что ты дергаешься, — уже спокойнее произнес кибермозг. — Нечего сказать, повезло мне с капитаном. От перегрузки сознание теряет…
— Я не терял!
— Помолчи. От перегрузки сознание теряет, от каждого звука дергается. И говорит только о ржавой консервной банке, на которой когда-то летал… не летал, а ползал по космосу!
Стив подавленно молчал. На прогулку теперь нечего и рассчитывать… Но у кибермозга было положительно хорошее настроение.
— Если хочешь, можешь выйти наружу. Полюбоваться планетой…
В голосе кибермозга дрогнуло презрение. Планеты он, как все корабельные компьютеры, не любил.
В шлюзовом отсеке не было света. Стив, однако, это предвидел: достав из кармана фонарик, он уверенно пошел к выходу. Свет немедленно включился, и на кнопку открывания люка капитан давил, убежденный в хорошем настроении компьютера.
— Открывай вручную, моторы надо беречь, — немедленно отозвался кибермозг.
Стив взялся за рычаг. Не привыкать, за последние годы он нарастил такие мускулы, что за сутки разгружал грузовой трюм корабля. Без помощи роботов, разумеется.
Планета встретила его воздухом, наполненным запахами цветов, таким свежим и чистым, что Стив закашлялся. Даже пепел, в который обратились джунгли в километровом радиусе, не мог заглушить этой свежести. «Мечтатель» всегда садился на полном пламени, словно ему доставляло удовольствие любоваться силой своих двигателей…
— Ну, что стоишь? — загремело над головой. — Иди, разведай, что вокруг творится. Ох, и это мой капитан… Вот подам рапорт в управление, пусть подыщут мне другого. Расскажу, как ты спишь целыми днями, не следишь за приборами, не ведешь бортжурнал…
— Ты сам его отобрал!
— Это ты будешь рассказывать в самом дрянном марсианском кабаке. Тебя вышибут без обратного билета на Землю, потому что поверят мне. Ведь киберсистемы не лгут.
Стив прислонился к надраенному до блеска корпусу «Мечтателя». Все верно, вышибут из космофлота, как пить дать…
— Эй, я забыл флягу, — дернулся он. — И бластер…
— Как ты меня назвал? «Эй»?
— Нет, я хотел сказать…
— Обойдешься без фляги. А бластер тебе и подавно не положен.
Развернувшись, Стив быстро зашагал к лесу. Во-первых, звери наверняка разбежались, во-вторых… Во-вторых, бластера он не получит. Оглянувшись, он с ненавистью оглядел двухсотметровую титановую башню с выгнувшимися над люком светящимися буквами: «Мечтатель». А ведь раньше он, пожалуй, соответствовал своему названию. Какой это был прекрасный корабль, когда Стив, избавившись, наконец, от старой развалюхи «Громовержца», занял на нем пост капитана. И как быстро все изменилось…
Из корпуса корабля с гудением вынырнула штанга грунтозаборника. С воем впилась в покрытую черным дымящимся пеплом землю. Стив внезапно рассмеялся.
— Великое пространство…
А ведь «Мечтатель» ревнует! До сих пор он ненавидит его предыдущий корабль. И его идиотский поиск полезных ископаемых на бесперспективной планете — еще одна попытка доказать свое превосходство…
— Чтоб ты здесь не нашел ничего, кроме железного колчедана, — пробормотал он страшное проклятие межзвездных разведчиков.