Чтение онлайн

В этот момент в кабинет вернулась Самира.

— У нас тут взятку вымогают, — сообщил я ей. — Требуют сказать, что в коробке.

— Это ложь! — воскликнул особист.

— А вы не сказали? — нахмурилась Самира.

— Нет. Я даже не знаю! — продолжил я диалог.

Как мне показалось, выглядело убедительно.

— А я прекрасно знаю, зачем. Юноши скромничают… В общем…

Она уселась на стул. Похоже, у неё был какой-то экспромт.

— Клетка предназначается одному влиятельному представителю дворянского рода… Для удовлетворения разных… как бы выразиться.

— Выражайтесь как есть, милочка.

— Самира, не надо! — я разочарованно покачал головой — это показалось удачным решением.

— Ну… желаний… увлечений… похотливых разных штук для плотских утех, я плохо знаю точное слово.

Она специально заговорила как будто бы с акцентом. Я вздохнул и заговорил в соответствие с легендой:

— В общем, для садо-мазохистических удовольствий. Пожалуйста, не распространяйте никому.

— Что это такое? — не то нахмурился, не то покраснел особист. — Никогда не слышал такого выражения.

— Это когда несколько голых женщин садят в клетку, возможно, связывают, а несколько голых мужчин ходят снаружи и вставляют свой половой орган им в разные отверстия через прутья клетки! — выпалила Самира.

В воздухе повисла пауза.

— Хм… — особист снова вытер пот с лица. — Весьма, хм… затейливо. Но ради этого — трёх человек нанимать? Ещё и один с двойным гражнанством, а? Тротуаров Янко Штефанович. Не очень верится. Справился бы и один. А зачем?…

— Там камнерезка для усиления остроты ощущений на уровне психики и физиологии, — поддакнул Янко. — Спецзаказ. Тридцать два кейта — это очень большая силовая ёмкость, опасно транспортировать обычным людям, только с сечением человечек, а лучше — бригада. Без контроля камнереза-матрициста может сработать в транспорте, и тогда весь салон самолёта превратится в одну большую оргию.

На этом моменте даже мне стало немного не по себе. На словах Самиры я ещё был уверен, что это вполне удачный экспромт, а настоящая функция нашего груза — совсем иная. После слов Янко я в этом уже не был уверен. Неужели это… правда? Я вспомнил свою первую доставку — вибратор для Эльзы Юльевны, безвременно почившей при загадочных обстоятельствах. Вполне возможно, и нам даже намекали об этом на курсах, что периодически Курьерке приходится доставлять подобный деликатный груз. Но лететь за полмира? Ещё и совмещать с экзаменом кандидата в Общество? Выглядело, как бред. С другой стороны, тот факт, что подобную доставку поручили новичкам…

В общем, я был в сомнениях. Но продолжал играть роль.

— Пожалуйста, не пишите в отчёт, — попросил я. — Нас оштрафуют или уволят. Самира, зачем ты так! Нам же говорили легенду…

После некоторой паузы особист плюхнулся на стул.

— Конечно, я повидал разное. Бомбы, зомбирователи, выкачиватели сил… Но стимуляторы для… простите, такого?! Мне, признаться, самому стыдно такое вписывать в отчёт. Ладно, молодые люди, запишем, что «клетка магическая для содержания реликтовой фауны». То, что клетка — вполне разумно.

— Моё требование о предоставлении транспорта до южной границы либо вызова сотрудника консульства — в силе, — напомнил я.

— Да-да, конечно. Сейчас. Знаете что… мы просто попросим транспорт у консульства.

Мне даже захотелось сострить что-то на тему знаменитой иудейской скупости, хотя я никогда не был склонен к шуткам на национальной почве. Но предложение так или иначе выглядело разумным.

Как только обо всём договорились, вышли из кабинета в коридор и принялись ждать первого сопровождающего, произошло нечто странное — то, что мне меньше всего хотелось бы увидеть.

Янко — то ли в сердцах, то ли на эмоциях, то ли с расчётом, посчитав, что подходящий момент, сграбастал Самиру, приложив ладонь сильно ниже уровня спины.

— Молодец! Молодец, Самирка, спасла нас! Умница девка!

Она вырвалась из захвата, хлестанула по плечу.

— Ещё раз тронешь!…

— И придётся разбираться со мной, — я подошёл и встал между ними, схватившись за кобуру — опечатанную ещё на пароме перед высадкой, но меня это в тот момент не останавливало.

После секундной паузы Янко сграбастал и меня.

— Подпоручик ты наш! Отлично роль сыграл! Не серчай. Скоро мы с тобой путь закончим и больше не увидимся никогда. А девку свою сам мацай, так и быть, вижу…

Ситуация была улажена, Самира многозначительно стрельнула на меня глазками после последней его фразы. Но осадок, конечно, остался. Защитить я был обязан, но больше заставила задуматься своя реакция — неужели у меня уже работал собственнический инстинкт про Самиру. А значит…

Значит, увы, она мне становилась небезразлична. Чёртовы юношеские гормоны!

Несколько часов ожидания, перекусов, поездок по городу — и мы были вместе с молодым парнем из консульства Р. Ф. И. на площадке геликоптерного аэроклуба, с которым был заключён контракт на доставку трёх человек и багажа. Маршрут предстоял длинный, пятьсот километров, с дозаправкой, а конечная точка — Гусев-Лосиный, небольшой российского посёлок-форт на строящейся трансконтинентальной железной дороге, проходящей в семидесяти километрах на северо-восток от границы. Оттуда уже предполагалось везти или на джипах, или на геликоптерах вахтовиков.

Кто знал, что всё пойдёт совсем не по плану…

Трудолюбивый народ особенно заметно с высоты. Когда вместо протуберанцев грязных лачуг, цепочек заброшенных деревень, пыльных серых кварталов посреди пустыни растут рукотворные оазисы идеально-круглой формы. Когда это всё соединено геометрически-правильными каналами, красивыми полями, ровными дорогами.

На самом деле, расположением Израиля в Австралии меня было не удивить. Как минимум трижды я встречал Новую Иудею на Мадагаскаре, пару раз в районе Великих Озёр и ещё пару раз — совсем в неожиданных местах вроде побережья Аральского моря и южной половины Парагвая. Это не считая вариаций расположения границ восстановленного Израиля на ближнем востоке — от Сирии до Синая. Не всегда я видел там что-то аналогичное местному — в условиях мировой анархии и ограниченности ресурсов и еврейский народ запросто скатывался в совершенно дикие формы. Но чаще, всё же, высокая образованность и врождённые амбиции «стать лучшим» позволяли выжать максимум ресурсов из самой неблагоприятной среды.