Шрифт:
1. Ученик мастера Матея
Даяна
– Приехали мы. Пора выходить, княжна Корина, сударыня Даяна, – Кучер остановился. Я хотела спуститься с саней первой, но меня опередила маленькая девочка: Корина, наследница Алаурии, понеслась по белому снегу, радостно рассматривая каменные скульптуры в саду Хозяина Гор. Каменные звери выглядели как живые: казалось, дикий кот вот-вот прыгнет за добычей, а олень ускачет прочь.
– Даяна, я поиграю, можно? Маме не скажешь?
– Конечно, – я кивнула, и оставленная на мое попечение девочка рванула мерить сугробы.
Я же подошла к резному деревянному крыльцу. Много раз здесь бывала, но сейчас волновалась: осенью Хозяин Гор, владыка магии, мастер Матей Олдрич, обещал взять меня в ученицы. И не просто чудеса показывать, а учить серьезно, как положено. Но меньше всего, толкая тяжелую деревянную дверь, вместо привычного скрипучего голоса старика, я ожидала услышать насмешливый мужской голос:
– О, Мастер, так у вас и внучка есть?
Пришлось поморгать, привыкая к комнате после ослепительной белизны снега. За столом сидел старый Матей, а рядом с ним молодой мужчина. Хозяин Гор поднялся, шагнул ко мне.
– О, милая, проходи. Рад, что ты приехала. Знакомься, это мой ученик: Анджей Соллан.
– Что? – Я не поверила своим ушам и уронила на пол дорожную сумку. Что значит «ученик»? А как же я? Переспросить не успела, за спиной вошел кучер, неся вещи Корины. Юная княжна, которая напросилась со мной в гости «к дедушке», осталась на улице лепить снеговиков из мягкого снега. Слуга поклонился мастеру Матею, кивнул мне:
– Мастер Матей, сударыня Даяна, хорошего вам дня. Вернусь за вами, как весть пошлете.
Старик улыбнулся.
– Думаю, девочки погостят здесь недельку, нас с Анджеем пирогами побалуют, и поедут обратно в замок Раур, да?
За его спиной меня с интересом рассматривал незнакомец. Я тоже пригляделась к нему: высокий, темные волосы мягкими волнами лежат на висках. Наверное, не старше меня. И я его совершенно не знала! Откуда он взялся в наших горах? Когда успел втереться в доверие к мастеру Матею?
Парень тем временем поставил мои вещи на лавку, прикрыл за кучером в дверь, с улыбкой посмотрел в окно, где резвилась Корина Олдрич – семилетняя наследная княжна Алаурии, оставленная мне на попечение, пока ее родители отправились в соседнюю страну с дипломатическим визитом.
– Дочка твоя? – С умильным выражением лица спросил этот… как его? Анжей. Анжей Соллан, точно. Звучит вроде и на наш манер, и что-то иное, чужеземное чувствуется.
– Нет! Эта девочка – наследница Алаурии!
– А, то есть ты ее нянька?
Я нахмурилась. Ну правда! Да, княгиня Иона часто оставляет на меня дочь, но обозвать меня нянькой?
– Сам ты нянька! А я готовилась магом стать!
Парень рассмеялся, озорно сверкнув глазами. И я заметила, что они у него разные: левый зеленоватый, а правый – синий.
– Да ладно! Мастер Матей вот меня нарочно издалека вызвал, чтоб учить каменному делу. Зачем ему девчонка?
– А зачем ему чужеземец? – я кинула на пол брошку с шубки – малахитовую ящерку. Она зашевелилась и шустро побежала к испуганному моей магией парню.
Рядом на всю избу загремел гулкий голос Хозяина Гор:
– Угомонитесь, а то оба восвояси отправитесь!
***
Мы пили чай. Привычное дело, старый мастер обожал чаи гонять. Когда он жил в замке князя, нас, детей, пугали стариком, говорили, может любого за плохое поведение в камень обратить. Кто ж знал, что правда это.
Я тогда была в услужении у молодой княгини Ионы, и, как и все, поначалу чуралась старого мастера. А после вдруг заметила, что у самой дар есть. Не такой, как у Хозяина Гор, Матея Олдрича, который мог повелевать горными недрами в этих местах, и не такой, как у князя Алеша, который мог обращать что угодно в самоцветы. Раз: и вот тебе ландыш не живой цветок, а из лунного камня сделанный!
Мой дар был иной: я умела каменное заставить двигаться. Не оживить, нет. Но каменная ящерица могла бегать по комнате с неделю.
– Тебе учиться надо, – сказала мне молодая княгиня, когда впервые заметила дар. И стала все чаще отправлять меня к старому Матею. Тот уже перебрался из замка в свою избу, еще выше в предгорьях, и был рад меня видеть. Звал «внучкой», говорил, что вот вырасту, так научит он всему… Обещал ведь!
Волком глянула на парня. Тот безмятежно прихлебывал травянистый настой и делал комплименты Корине. Юная княжна зашла в избу, скинула намокшую от снега шубку, и теперь смеялась, хохотала, жевала пряники, и требовала «деда Матея» сделать ей новую игрушку и бусики блестящие.
– Даянка, ну не могу я тебя учить, видано ли дело, девицу к камням подпускать, – бормотал старик.
– А осенью еще иначе говорили! Мол, приезжай зимой, учить стану! Только у меня, мол, дар есть! – горько бросила я.
– Так это потому что никого найти не мог, чтоб силою поделиться, – повел плечами хитрый старик, – а тут видишь-ка, Анджей нарисовался.
Парень добродушно улыбнулся.
– Да ты не переживай, Даяна. Зато можешь отдохнуть! Тут знаешь, как красиво!
– Знаю я! Откуда ты вообще взялся такой?
Вот будет он мне рассказывать о том, как хороша моя родина! И все же, он странно говорил, немного иначе ставил ударения, будто…
– Так ты не отсюда! – вдруг поняла я, – ты как княгиня Иона говоришь!
Старый Матей поперхнулся чаем, а Анжей уставился на меня с любопытством.
– Да? У вас еще есть люди не отсюда?
Я кивнула и уставилась на старика с гневом:
– А если я князю Алешу и княгине Ионе скажу, что вы опять кого-то из другого мира призвали?
Он отвернулся.