Каёдза
Шрифт:
Прошел год.
Как-то вечером, в субботу, жена поехала в гости к подруге. Гладков, оставшись в доме один, привычно уткнулся в Каёдзу. Экран заняли скрипачи. Пожилые люди, склонив головы к инструментам, дружно взмахивали смычками. Жалобно плакали скрипки.
«Какие тут могут быть запахи, — с грустью подумал Валентин Игнатьевич. — А тем более ощущения...»
Ансамбль скрипачей сменила передача «В мире животных». Гладков оживился, надел на голову кольцо, поудобней устроился в кресле. Показывали отлов носорогов в Африке. Зрелище было великолепное. Желтые «лендроверы» мчались за грозными животными по саванне. Загорелые люди всаживали в них пули со снотворным, и через некоторое время носороги засыпали. Их связывали и отправляли в крупнейшие зоопарки мира. Возбужденный Валентин Игнатьевич, высунувшись по пояс из кабины «лендровера», целился в одного из носорогов. В охотничьем азарте он машинально нажал красную кнопку и в ту же секунду получил под лопатку заряд снотворного...
Проснулся он в незнакомом месте. За высокой оградой стояли дети и взрослые. Они ели мороженое и с интересом смотрели на Валентина Игнатьевича. Экскурсовод что-то быстро говорил на чужом языке.
«Где я»? — с тревогой подумал Гладков и вдруг обнаружил, что вместо носа у него торчит мощный рог. Он застонал и потерял сознание...
Очнулся Гладков в больнице. Врач, склонившись над ним, укоризненно сказал:
— Что же вы так, Валентин Игнатьевич... С Каёдзой надо поосторожней!
Через неделю его выписали. Елизавета Сергеевна, взглянув на мужа, заплакала.
Вернувшись домой, Гладков взял в сарае топор, вошел в комнату и, мрачный, долго стоял у Каёдзы. Потом, пожалев рубить вещь, отнес ее в чулан. Привычный «Электрон» вернулся на старое место.
Постепенно Валентин Игнатьевич оправился от потрясения, жизнь вошла в привычное русло.
Однажды под вечер в мастерские притащили измятый «Москвич». Его владелец, заведующий какой-то базой, доверительно шепнул Гладкову:
— Хотите иметь «Суперлюкс»? Получено семь штук на весь город...
Валентин Игнатьевич о «Суперлюксе» слышал впервые в жизни. Отказаться было невозможно...