Чтение онлайн

— Ладно, пошутили и хватит. Разворачивайся и иди к выходу. Автомат повешай на плечо и не шали, а то в момент гранату кинем.

— А что вы собственно ко мне привязались? А гранату можете кидать, если далеко кинете, так мне и не страшно, а если близко, так я попробую обратно ее вернуть. Вот я в вас точно попаду. Будете тут лежать с прострелянными коленками и смерти ждать, лютой.

— Кто ты такой дерзкий будешь? Что-то я тебя не знаю.

Фунтик знал, что вопросом на вопрос отвечать только одесситы и другие не воспитанные люди. Но кричать во весь голос, что он из Темной Долины, ему показалось не очень уместно.

— Сам бы для порядка назвался. Или хотя бы личико открыл, хоть ты и не Гюльчатай, — сострил сталкер.

Владелец армейской брони, повесив автомат на плечо, неторопливо снял шлем. Вспомнив все, что он знал и, оценив восточный тип лица стоящего наверху, Фунтик уверенно сказал:

— Здорово, Монгол, не нервируй меня, забери у напарника гранату. Как ты не боишься с ними на патрулирование ходить. Геройский ты парень, одно слово.

Доброе слово и кошке приятно, а бандиту и наемнику приятнее вдвойне. Слишком мало они их слышат. Монгол улыбнулся.

— А я тебя все равно не помню. Нас знакомили?

— Нет, у нас про тебя говорили. Говорят, настоящий боец, один в отделении человеком остался.

Монгол посмотрел по сторонам и скомандовал своим спутникам:

— Возвращайтесь на базу, сидите в караулке, я подойду позже. Идите, — и, дождавшись, когда они скроются в кустах, крикнул, — ты там поаккуратнее, сейчас я к тебе спущусь.

В клубах пыли и песка наемник из бывших солдат скатился на дно оврага.

— Что еще у вас говорят? — оценивающе глядя на паренька в черном плаще, спросил Монгол. Сержант-контрактник в прошлом, он обратил внимание на автомат собеседника. Ухоженный «Абакан» с глушителем и снайперским прицелом внушал уважение к владельцу. Нож на поясе висел нестандартный. Десантный «стропорез» понимающему человеку тоже говорил о многом.

— Семь человек у вас нормальных осталось. До чего ребята на крыше договорились?

Наемник резко взмахнул рукой, но она мгновенно оказалась в стальном захвате.

— Не балуй. Я голыми руками прикипевшие гайки в молодости откручивал. Не бойся, у нас доносчиков нет.

Фунтик вспомнил свое профессиональное училище и внутренне содрогнулся. Нет, братцы, здесь значительно лучше. Он разжал пальцы.

— Не хочешь говорить, не надо. У меня целая поляна артефактов, а я на тебя время трачу. Двигай отсюда к своим наркоманам. Сам уколись за компанию.

— Не горячись, приятель. Удивил ты меня сильно. Пошли к нам, с народом поговорим. Я один на твои вопросы отвечать не могу.

— Люблю я по гостям ходить, чаи с медом распивать. Пойдем.

Фунтик шел по полям Агропрома уверенной походкой хозяина, узнавая, знакомые по недавнему рейду с Алексеем места. Из кустов выскочил чернобыльский пес и метнулся навстречу незваным гостям. Сталкер рыкнул на него так, что несчастное животное испуганно прянуло в сторону. Сказывалось долгое общение с Акеллой. Оглянувшись на побелевшего спутника, Фунтик насмешливо протянул:

— Ой, какие мы робкие. Маленькой собачки испугались.

Найдя в рюкзаке надломанный батон колбасы, сталкер бросил его в кусты.

— Плата за проход по чужой земле. Вот Паук не платил Темной Долине транзитные сборы и добился войны на свою голову, жадина-говядина.

— А нам говорили…

— Да кто вам, залетным, будет что толком объяснять. Вы сегодня живы, по чистой случайности, а завтра или на иглу сели или померли от неожиданной радости. Многие мышки считают себя очень быстрыми и лезут в мышеловку за бесплатным сыром. Когда вас вербовали, ты подумал, куда делись те, кто здесь раньше работал?

— Нам сказали, что требуется охрана на новый объект. А когда с вертолета слезли, поздно было пить нарзан.

— Понятно, взрослых мужиков обманули в очередной раз, как детишек несмышленых.

За разговором любая дорога короче и, обойдя по холмам изгиб дороги, собеседники вышли на проходную с широко распахнутыми воротами и опущенным шлагбаумом.

— Сейчас мы будем пить чай, — радостно сказал Фунтик.

— Будет тебе и кофе, и какао с чаем, — отозвался стоящий в дверном проходе странного вида незнакомец. По тому, как при виде его подтянулся Монгол, было понятно, что перед ними начальство. — Чем ты собаку отогнал?

— Не собаку, а пса, твою мать, и не прогнал, а договорился.

— Продемонстрируй, — попросил начальник.

Лидер комплекса вспомнил Акеллу, когда тот рычал на Панду при знакомстве, глубоко вдохнул и во весь голос страшно и протяжно завыл. Из-за холмов раздался ответный вой. Стоящих рядом людей пробрала дрожь. Они покрылись холодным, липким потом.

— Вот в таком ключе, мил-человек. Развлекся? С тебя десять тысяч. Иди отсюда, и без денег не возвращайся.

Незнакомец расстегнул полевую сумку.

— Извини, мелочи не держу. Вот тебе полтинничек.

Фунтик внимательно рассмотрел бумажку. Так. Займа облигация. Пятьдесят тысяч евро.

— Третий сорт не брак. Не деньги, конечно, но, считай, отскочил, барыга знатный. Мне знающие люди говорили, что ты из подвала не выходишь, Паук. Какая нужда выгнала тебя под ясно солнышко?

Сейчас сталкер старательно копировал своего есаула Бывалого. Наверно, Клерк уже вывел бойцов на рубеж атаки и выжидает удобного момента для удара. Планов его Фунтик не знал, но желание ударить по Агропрому в одиночку переводил для себя точно. Поманила народ великая добыча и обуяла человечков жадность. Не хочет Клерк делиться с Зомби, дядькой Семеном и Сотником богатством Паука. Ладно, ребятки все взрослые, жизнью тертые, пусть делают, что хотят. Так будьте здоровы, живите богато, насколько позволит вам ваша зарплата, а если зарплата вам не позволит, ну, что ж, не живите, никто не неволит.

Пока сталкер аккуратно прибирал ценную бумагу, Паук и Монгол слегка порозовели. Вой из-за забора складывался в знакомую мелодию. Псы разносили весть о появлении на своей земле неведомых гостей.

— Ты из чьей группы? — с напором продолжил беседу некоронованный владыка Агропрома и окрестностей.

— Я сам по себе. У меня от группы один человек остался, ждет меня в безопасном месте. Вот такие дела, — обрисовал жизненные реалии Фунтик.

— А остальные погибли? — включился в беседу Монгол.