Чтение онлайн

Куда ты прешь? — услышал я крик. — Там в смотровой яме «жарка».

В центре гаража взметнулось пламя. Охваченная огнем фигурка с диким воем упала прямо в огонь.

Да мать твою, раздалось возле внутренней стороны стены. — Эй, Филя, мы с тобой вдвоем остались. Как ты там? — Голос приближался.

Нету тут никого, дискантом отозвался Филя сверху.

Точно нету?

Я услышал скрип гравия прямо передо мной и, шагнув внутрь гаража, выдал очередь. Сухо лязгнул затвор, а бандит, снесенный очередью, вытянулся вдоль стены.

Ты че стреляешь? — из верхнего окна выглянула голова Фили. Я не успевал ни снять с плеча винтовку, ни перезарядить автомат, поэтому просто бросил автомат вверх как кусок железа. Попал я удачно. Отпрянувший Филя, глухо завыл и исчез в проеме окна. Подняв автомат со второго трупа, я выщелкнул рожок и пересчитал патроны. Одиннадцать. Очень не запасливый народ эти бандиты. Не стоит им жить, таким не хозяйственным. Держась вдоль стены, я добежал до лестницы на второй этаж и знакомым путем поднялся наверх. Филя хлюпал носом и старался вытереть глаза от потока крови, лившегося из рассеченной брови. Ударом ноги я отбросил подальше обрез, который он положил перед собой.

Не убивай! — заверещал он. — Я тебе все захоронки сдам и покажу, где ключ от оружейной комнаты лежит.

Держи, я сунул ему в руки бинт. Он приложил его к брови. — Сколько человек в комплексе?

Многие пацаны на охоту ушли. Человек двадцать. Тут Фрол старшим остался. А в главном корпусе Чапай со своими.

Вспоминай точнее! — ткнул я его в шею стволом автомата.

Ну, ты че? — заверещал он и открыл глаз, сверкающий среди кровавой дорожки. — Че ты вообще к нам привязался?

Да ни тех вы на корм кровососу оставляли. Кое за что ответить надо, сказал я. Глаз опустился вниз, и я увидел торчащий за поясом молоток. Тварь. «Подай, принеси, сюда гвоздь вбей». Палец нажал на курок автоматически. Опять лязгнул затвор. Не видать мне премии за экономию боеприпасов. Я обшарил труп. Пачка патронов двенадцатого калибра и нечаянная радость, граната «Ф-1», оборонительная, «лимонка».

Я спустился вниз на первый этаж и подошел к трупу, лежащему у стены. Проверив рожок его автомата, я нашел восемь патронов. У следующего будет пять, а потом они пойдут на меня с ножами. Надо было что-то придумывать. Собрав рюкзачки с трех трупов, лежавших рядом, я подкрался к стенке вагончика, высунулся из-за угла и, сорвав кольцо, кинул гранату в проем двери.

Атас, пацаны, граната! — закричал вожак.

Я упал в канавку за бетонную плиту. Раздался взрыв. Заскочив в вагончик, невольно поморщился. Пахло отвратно. Подхватив пулемет и отсоединив диск, я перешел на ненормативную лексику. Патронов не было. Этот мерзавец все выпустил, стреляя по окнам второго этажа.

В обломках ящика валялся сине-серый защитный костюм. Взяв его, пулемет и рюкзак вожака, побежал к воротам. Там я остановился, сдернул с покойника автомат, рюкзак и пояс и, вытирая пот со лба, быстро зашел в наше здание.

Эй, не волнуйтесь, свои!

Понятно, свои, раздался голос со второго этажа, тут некоторые все ребра хвостом отбили от радости.

Тяжело пыхтя, я забрался на второй этаж.

Вот, давай меняться. Это тебе, я бросил на пол пять рюкзаков, три автомата и пулемет. — Ты уж насобирай тут на одну нормальную очередь. А «Гадюку» давай мне, а то у них, у тварей, одни укороченные «калаши», а патронов нет.

Да, конечно, сказал раненый «долговец» и почесал Плаксу за ушами. — Сейчас пока они всей стаей вечером не соберутся, они шага сюда не сделают. Ты за сорок минут девять пострелял, одного гранатой снял и одного в «жарку» загнал. Чапай сразу всех своих подельников собрал, и через трубу элеватора за забор попрыгал. Он показал мне экран дисплея маленького компьютера. — Вот видишь белая черта — это внешняя стена. Видишь красные точки? Это активные бандиты.

А че, они еще и пассивные бывают?

«Долговец» хохотнул.

У меня ПДА слабый.

ПДА?

Детектор аномалий. Показывает различные аномалии и другие окружающие детекторы в радиусе пятидесяти метров. Видишь серые точки? Это твои покойнички лежат. Вот список сообщений по внутренней сети.

Я прочитал последнее. «Погиб Фрол Вепрь. Множественные ранения. Очевидно граната».

ПДА подключен к носителю двумя креплениями, и всегда показывает состояние твоего здоровья. Если носитель погибает, ПДА выбрасывает информацию и очевидную причину смерти, а потом переходит в режим ожидания и остается серой точкой на карте.

Я понял, каким был наивным дураком, когда надеялся тихо пострелять бандитов из снайперской винтовки. То-то они всполошились сразу после первых выстрелов.

У меня ПДА как я тебе сказал не очень сильный и если кто-то из братков сидит тихо или забился в ямку, то ПДА его не покажет. Так что их может быть еще на пять шесть человек больше. Пока они все у стеночки сидят, хорошо бы сбегать к ним оружейку. Они и с меня костюм сняли, да и так может там, что хорошее есть, — «долговец» отодвинул Плаксу в сторону и, цепляясь за стенку, встал. Его мотнуло. — Черт, я думал, будет значительно хуже. Час тому назад ты меня от стенки отодрал, а я уже ходячий.

Что, так и тянет геройствовать? Объясняй, где оружейка и садись обратно.

Да не найдешь ты, сказал «долговец». — Я все лазы не знаю, но один хитрый ход могу показать. А тебя я на детекторе и в активном режиме не вижу.

У меня такой штучки нет.

Чудны дела твои, Господи! Штык посмотрел на экран своего ПДА. — Мне с детектором привычнее, я тебе на нем все покажу. — Он щелкнул клавишей. — Сейчас мы перевели его в режим карты. Гляди, проходишь в ворота, обходишь вагончик, видишь перед собой забор. С аномалиями разберешься сам, там их две-три. Бежишь прямо к забору. Он не глухой, между плитами есть лаз. Проскользнешь, окажешься на второй половине базы, там уже разбирайся сам.

Я с удовольствием повесил на плечо «Гадюку», мысль о двух сотнях патронов приятно грела душу.

Ты бережешь его, сказал я Плаксе, он раненый. А ты присматриваешь за ним, он маленький, — славно распорядился. — Приду, проверю.

Иди, геройствуй, отозвался Штык.

Плакса пренебрежительно мотнул ухом. Я скользнул к двери, осторожно выглянул, спустился на первый этаж, прислушался. Поймал себя на мысли, что все это я сделал абсолютно не думая, на чистом инстинкте. Когда успел всего этого нахвататься? Думать будем вечером у костерка. Интересно, что у них там в оружейке? Глубоко втянув носом воздух, я привычной дорогой побежал к вагончику. Обойдя вагон, я остановился у забора, о котором говорил Штык. Справа что-то неприятно пузырилось, у левой стены что-то сверкало. Сначала влево, потом вправо, потом опять влево, прикинул я предстоящий путь. Через две минуты, добежав до забора, я убедился, что Штык говорил точно и между двумя плитами есть ход. Низко пригнувшись, я пролез между ними и оказался на незнакомой мне части базы. Броском проскочив метров пятнадцать, я свернул за угол и приник к стене. Гадство, как мне не хватает моих собачек! Я принюхался. Все здание было насквозь прокурено. Никаких других запахов я уловить не смог. Осторожно выглянул из-за угла, увидел крылечко и дверной проем, ведущий вглубь здания. Что-то мне не хотелось опрометчиво туда бежать. Я двинулся влево. Обойдя четырехэтажное здание с торца, я увидел вторую дверь. Она мне понравилась больше. Я проскользнул в темноту входа. Быстро укрывшись под лестничным маршем, я прислушался. Привычные завывания ветра снаружи, дребезжание железа на крыше, где-то капает вода. Кажется ничего опасного. Я пересек фойе первого этажа и вошел в коридор, примыкавший к холлу с другой стороны.