К черту 8 марта!
Шрифт:
– Не нужен тебе никакой блеск, Малинка, у тебя губы и так, словно малина…
И Машку в жар бросает от его слов, становится настолько стыдно и волнительно, что она не может терпеть, отталкивает Сашку и бежит домой. Они к этому времени умудряются дойти практически до ее дома, так что Сашка не успевает ее догнать.
Машка забегает в подъезд, в одно дыханье залетает к себе на третий, затем в квартиру, скидывает обувь и куртку и запирается в ванной.
Там она смотрит на себя, безумную, красную, зареванную всю.
И в голове звучат Сашкины слова: “Твои губы, как малина…”
Черт… Чего это он? Зачем?
Так и не найдя ответа, Машка умывается, отказывается от ужина и валится в кровать.
И перед сном вспоминает совсем не свой позор, а Сашкины блестящие глаза и его слова.
На следующий день у нее поднимается температура, и Машка две недели валяется с орз дома.
И за это время умудряется уговорить маму перевести ее в другую школу. Она хочет быть врачом, а нужная ей школа является опорной от медицинского университета.
Аргументы серьезные, и мама соглашается…
Машка больше не появляется в своей старой школе, постепенно забывая Аньку, свой позор, Семина…
Машка увлечена новой школой, одноклассниками, которые не знают про дырку на колготках, учебой, пусть теперь приходится ездить две остановки по прямой…
Она ни о чем не жалеет… Может, только о темных глазах Светлова, взволнованно глядящих на нее, о его словах: “Твои губы, как малина…”
Это кажется волнительным и нереальным, и со временем тоже тускнеет, все больше напоминая сон.
А Восьмое марта Машка теперь не любит. Дурацкий праздник. К черту его!
Глава 2
– И вот представь, когда раскопали это захоронение, там обнаружили в целости и сохранности скелет скифской принцессы! Это невероятное открытие!
Вадик горячится, поправляет очки, даже, кажется, чуть-чуть подпрыгивает, отбегая на пару шагов дальше Машки и идя спиной вперед, чтоб смотреть в глаза и видеть, как она реагирует на его рассказ.
Машке приходится округлять глаза и открывать удивленно рот, хотя, на самом деле, история раскопок могил ее не особенно увлекает.
Но Вадик не замечает этого, он размахивает руками, оседлав своего любимого конька, торопится, глотая звуки, стремясь донести до Машки всю важность того, о чем говорит.
А она идет, чуть ускоряясь, потому что уже поздно и темно, и опять это проклятое Восьмое марта, которое ей со школы не нравилось, и зачем вообще пошла на дурацкие камерные посиделки для избранных?
Это не банальная вписка, где пьют и веселятся, нет… Это такой интеллектуальный вечер, где все строят из себя ужасных умников и кривят нос, если ты не умеешь поддерживать разговор на заданную тему.
Конец ознакомительного фрагмента.