Изгои
Шрифт:
Если бы она постаралась, то смогла бы увидеть чувства и остальных соседей, как бы далеко от них те ни жили – на холме или ниже по течению. Бууш, наверное, говорила им о новых поселенцах, но эта новость, похоже, никого особенно не заинтересовала. Когда сезон дождей закончится, она отправится в их Дома сама – надо же показать им младенца…
Ммммм… Этого еще не хватало! Ты уж немножко потерпи, мой хороший… Подожди, пока вернется твой папа.
Какой у нее теперь прекрасный Дом. Возле ее ног стояла корзина с чистым платьем и кое-какой одеждой. На одной из стен висела сделанная Лиибом полка, на которой лежали ее «драгоценности» – то немногое, что она смогла прихватить с собой: многоцветные раковины, блестящие камешки, игрушечный дракончик, с которым она любила играть в детстве, вырезанная из камня человеческая локтевая кость. В соседней комнате стояла плетеная колыбелька с пушистыми одеялами, сделанными ее собственными руками. Она приготовила их для Каифа. Или для Фриэль.
Как замечательно иметь ребенка, кормить и укутывать его…
Ах! Лииб был уже в Доме Ниита или совсем рядом с ним. Она видела его нетерпение и возбуждение и одновременно удивление и радость стариков… Река сейчас была быстрой. В любом случае ждать их осталось недолго.
Ох… Ах! Неожиданно для самой себя она захныкала. «Началось?» – подумала она с ужасом. Она дала себе слово, что в любом случае будет вести себя спокойно. Ее крики и слезы могли насмерть перепугать несчастного Лииба. Два года назад, когда Хоан рожала своего первенца, Тхайла и другие девочки тихонько подобрались к Дому Юрга и стали прислушиваться к тому, что происходило внутри. Такое простое дело, а сколько из-за него шума! В любом случае она не будет вести себя так, как Хоан.
Скоро к ней придут Лииб и Бууш. Может, и Ниит составит компанию Лиибу. Уже скоро… Дождь полил как из ведра. Наверняка они промокнут до нитки..
Дверь дома скрипнула.
Тхайла испуганно замерла. Кто это? Кто мог подойти к Дому так тихо, что она ничего не почувствовала? Конечно же, Джайн из Колледжа. Он был магом и умел становиться невидимым.
Тут же на нее снизошел удивительный покой. Она забыла о всех своих тревогах, смутно осознавая, что это – дело рук Джайна.
Она спокойно взирала на то, как в комнату вошли две женщины. Та, что повыше, была не молодой, но и не старой, та, что пониже, была не старой, но и не молодой. На них были белоснежные блузы и длинные полосатые юбки, сшитые из неведомой ей гладкой ткани. И одежда, и прически, и выражения их лиц говорили о том, что эти женщины принадлежат к какому-то высокому сословию. Одежда их была совершенно сухой.
Они стояли у ее ложа, молча глядя ей в лицо.
– Учетчики? – спросила Тхайла шепотом. Та женщина, что была помоложе, нахмурилась.
– Разумеется, нет!
– Она ничего не смыслит в этом, – усмехнулась Старшая. – Тхайла, меня зовут Шол. Я – аналитик. Что до Мирн, то она – архивариус. Мы куда важнее обычных учетчиков. И все же в одном ты не ошиблась – мы тоже имеем отношение к Колледжу. Наверное, именно это ты и имела в виду, верно?
Тхайла кивнула. Помимо прочего, обе женщины были волшебницами. Она почувствовала, как ее сердца коснулись леденящие пальцы ужаса.
– Уходите, – сказала она. – Входить в дом без приглашения могут только самые невоспитанные люди.
– Невоспитанные? – удивленно переспросила младшая, глаза которой имели цвет болотной жижи. – Детка, ты же просто не понимаешь, насколько все это важно! Всему миру угрожает опасность, исходящая от…
– Мирн! – резко перебила ее старшая.
– Я жду ребенка! – с трудом выдавила из себя Тхайла.
– Именно поэтому мы сюда и пришли. Мы примем у тебя роды.
– Мне не нужна ваша помощь! Уходите отсюда!
Мирн насмешливо фыркнула и присела рядом с ее ложем.
– Не глупи, деточка. Мы в любом случае получим то, ради чего пришли сюда. Если мы уйдем, тебе от этого будет только хуже, ты же нам нужна здоровой и невредимой. Все будет очень легко и просто – боли ты можешь не бояться. Как ты уже знаешь, это – мальчик. Ты его немного недоносила, но это на его здоровье никак не скажется – он у тебя настоящий крепыш. Теперь подними подол.
– Нет! – запротестовала Тхайла, попытавшись сесть. Тело отказывалось ей повиноваться. Она уставилась в потолок, силясь понять, не сошла ли она часом с ума?
Ее одежды и покрывало куда-то исчезли. Теперь она была совершенно голой. Тхайла заплакала.
– Уже скоро, – сообщила ей Мирн. – Все нормально.
Тхайла попыталась взять себя в руки.
– Сейчас сюда придет мой муж. Мне не нужна ваша помощь. Оставьте мой Дом!
– Глупая девчонка! – оборвала ее Шол. – Делай то, что тебе сказано, и без разговоров! Всеми неприятными чувствами ты обязана самой себе и больше никому! Если бы ты подчинялась закону, не было бы ни боли, ни скорби!
– Успокойся, деточка, – прошептала Мирн. – Закрой глазки. Сделай глубокий вдох…
– Но ведь я должна отбросить папоротник и присесть на землю!
Именно так должны были рожать пиксы – об этом знали все женщины их племени.
– Глупый предрассудок, и ничего более! Расслабься.
Вослед за этими словами с ней стало происходить что-то совсем уж странное.
Ммммм!!!
– Какой славный ребеночек! – сказала одна из женщин. Шлепок.
Плач! Слабое чувство страха…
Тхайла почувствовала, как на ее живот положили что-то горячее и мокрое…
– Сыночек!
Она вновь попыталась присесть, опираясь на руки, но те вновь подвели ее. Более того, теперь она не могла даже поднять голову.
– Это не твой сын, Тхайла, – сказала старшая женщина. Теперь она казалась Тхайле куда крупней и страшнее. Особенно страшными были ее глаза. – Твоим он не станет никогда. Даже не пытайся смотреть на него. Если ты его увидишь, потом тебе будет еще тяжелее…
Лииб! Лииб! Скорее!!! Он приближался – он уже близко.
В тот же миг женщины убрали ребенка с ее живота. Мирн поднялась на ноги и быстро вышла, унося с собой крохотный сверток. Едва она покинула комнату, плач тут же затих, но она все еще видела испуг и изумление Каифа.
– Деточка моя!
Тхайла заставила себя сначала встать на колени, затем – подняться на ноги. Ее огромного живота теперь не было и в помине. Она вдруг заметила, что на ней вновь появилось платье, прикрывшее ее наготу. Более того, это было ее лучшее платье. Она чувствовала себя как-то странно, при этом горечи не испытывала. Ее сильно качало. Долговязая Шол подхватила ее под руку.
Какие ужасные у нее глаза!
– Тхайла, тебя предупреждали… Разве ты не помнишь того, что говорил Джайн?